Убийство в ритуальном зале - Андрей Волковский Страница 5

class="p1">Ниар, в отличие от Линта, выглядел скорее недовольным, чем обрадованным, хотя сам же и позвал волшебника. Впрочем, хмурое выражение было для него настолько привычным, что Скай не удивился бы, узнав, что он даже спит с такой физиономией. Вечная серьезность, призванная компенсировать невысокий рост и слишком юное лицо. Сейчас, под сводами фамильного особняка, эта серьезность приобрела новый, отстраненно-высокомерный оттенок. Хотя, откровенно говоря, Скаю за высокомерием виделось самое что ни есть смущение, словно Ниар не знал, как себя вести и чего ждать от откликнувшихся на его призыв гостей. Что ж, в конце концов, отношения между волшебником с товарищами и Стезиусом-младшим и впрямь остались крайне запутанными. После всех взаимных подозрений, обвинений, совместной погони за общим врагом и спасения из алхимического пожара нормально поговорить им так и не довелось. Так что неудивительно, что Ниар сейчас не может даже решить, на «ты» или на «вы» к ним обращаться.

– Добрый день! – Ниар кивнул всем сразу и никому конкретно.

Пит и Скай поздоровались в ответ, а Ник лишь буркнул под нос нечто невразумительное. Повисла пауза. Однако Линт не позволил тишине затянуться:

– Сейчас я найду что-нибудь съедобное, а потом мы перейдем к делу. Ниар, ну не стой же ты столбом! Тащи еще одно кресло, на всех тут не хватит. Хотя нет, лучше я сейчас позову Кирта, пусть он и принесет, кто последний, тот и стулья таскает!

Линт выскочил за дверь, а Ниар только неловко развел руками.

– Мать уехала в гости к своей сестре и всех служанок забрала с собой. Повар и конюх уволились сразу же после похорон отца. Гильдия, конечно, замяла дело. Для всего города убийцей девушек остался тот покойный художник. А отец просто трагически погиб при пожаре. Но служанки матери, конечно же, что-то поняли. И слухи, что с его смертью и с ним самим что-то было нечисто, все равно просочились. – Ниар пододвинул поближе к низкому столику кресло и уселся. – Вот и вышло, что мы с ребятами тут пока одни. Можно сказать, тут теперь штаб нашего Тайного Ордена. Вы ведь все про него знаете?

Скай устроился в кресле напротив Ниара. С троими из Тайных Кладоискателей он был знаком, а вот про четвертого, пропавшего, только слышал.

– И Манс тоже тут жил? Линт сказал…

– Нет, Манс к нам присоединиться не захотел. – Ниар печально усмехнулся. Видимо, число приятелей, внезапно ставших бывшими, одним Мансом не ограничилось.

Дверь распахнулась, и в проеме возникло огромное зеленое кресло. Оно поворочалось так и эдак, прежде чем сумело протиснуться в дверь, а следом за ним появился и несущий его здоровяк Кирт. С последней встречи парень, кажется, еще подрос, зато сбрил бородку и сделал аккуратную стрижку.

– Здорово, ребята! – Кирт плюхнул кресло напротив диванчика и сгреб со стола бумаги. – Сейчас мы с Линтом с кухни взвар притащим. Проголодались, небось?

Не дожидаясь ответа, здоровяк свалил бумаги на столик у камина и вышел. Скай еще чувствовал приятную сытость после обеда в «Снежном Змее», но отказываться от взвара было не в его обыкновении. Ниар мрачно глянул вслед Кирту и теперь молчал, дожидаясь товарищей. Пит, успевший уже рассмотреть все, что только можно было увидеть, созерцал заоконный пейзаж. Ник, не особо скрываясь, разглядывал Ниара. Студент поймал его взгляд, но Ник глаз не отвел. Скай, ощутив нарастающее напряжение, уже хотел вмешаться, но Ниар заговорил первым:

– Что, смотрите, не пробиваются ли у меня рога и клыки? – Студент неискренне, но широко улыбнулся, показав зубы. Клыков ему, собственно, и не полагалось, но выглядел жест настолько вымученным, что Скаю стало жаль парня. Отцов не выбирают, в конце-то концов. Ниару и при жизни Стезиуса-старшего приходилось невесело, а уж что началось после его разоблачения и смерти, даже представлять не хотелось. Если даже обыватели о чем-то догадались, то в самой Гильдии все точно знали, как развлекался на досуге почтенный библиотекарь.

– Вроде того, – подтвердил Ник.

– Не бойтесь, если чего и отрастет, на нормальных людей я кидаться точно не буду. Стать похожим на папашу я себе не позволю никогда. – Ниар смотрел прямо и твердо, словно приносил торжественную клятву. Потом вдруг усмехнулся самыми уголками губ. – И кстати, Ник, ты-то и сам это давно уже понял. Иначе не стал бы меня тогда спасать. Я все помню.

Переход на «ты» словно бы снова вернул ершистого и совсем юного Ниара. Ник на мгновение отвел глаза. Потом снова посмотрел на Стезиуса-младшего.

– А если я тогда вообще не думал, надо ли тебя спасать? Просто все вокруг горит, а кто-то бежит явно не к выходу – надо догнать.

– Э, нет. Кто другой, может, так бы и сделал. Но не ты. Ты ведь злодея спасать ни за что не станешь, разве не так? Скорее уж поможешь побыстрее отправиться к праотцам.

Ник как-то даже призадумался. Признавать правоту Ниара ему совсем не хотелось. Однако и спорить, особенно при друзьях, отлично знающих, насколько студент прав, было глупо. Все так: и спасать не станет, и поможет негодяю с отправкой в Темный мир с превеликим удовольствием. Вопрос только, как это понял Стезиус-младший? Рыбак рыбака узнает издалека? Неужели они похожи больше, чем травник готов был признать? Внутри у них обоих есть что-то такое, чего нет у Ская и Линта, темнота, которая способна превратить человека в чудовище… Но если Ник держит свои недобрые порывы в узде, то, может, Ниар, сумеет?

Ник снова посмотрел на хозяина дома, но не как на Стезиуса-младшего, а как на Ниара – несчастного сына ужасного отца и вроде как хорошего друга неплохих ребят. Важно ведь не только то, что есть в тебе, но и то, что ты выбираешь со своей «начинкой» делать. И этот парень определенно выбрал быть Ниаром, а не продолжателем семейных традиций.

– Ну ладно, верю, – согласился Ник наконец.

Пит и Скай переглянулись и дружно рассмеялись. Ниар улыбнулся тоже, улыбка у него вышла кривоватой, но искренней. Ник сначала посмотрел на друзей сердито, но потом тоже позволил себе улыбнуться.

– Мир?

Ниар протянул ему руку, и Ник пожал ее. В комнате, и без того не темной, как будто посветлело.

– Да, кстати, спасибо! Я ведь так и не поблагодарил тебя тогда.

– Не за что, – смутился Ник.

Снова распахнулась дверь. Вошел Линт с огромным подносом, на котором громоздилась гора лепешек и толпились разномастные кружки и банки с медом и вареньем. Следом Кирт внес солидных размеров медный котелок и толстую каменную плитку вроде тротуарной. Плитка была водружена на край столика, котелок