Гарем для чайников - Мэри Блум Страница 44

и это было! Через каких-то двенадцать лет. Надо же, как обо мне позаботились. Вот только это какие-то не мои фантазии. Оторвавшись от бумаг, я покосился на Асю, которая с довольным видом наблюдала за мной. Понятно, кто приложил руку. Так в чем проблема, шла бы в эту компанию и работала. Зачем в этом славном плане нужен я? Ответ нашелся через пару страниц — в разделе «семья».

— Во-первых, — Ася не сводила с меня глаз, — бросаешь свою демоницу. Рвешь с ней все контакты.

— Ага, — отозвался я, листая этот сюр дальше, — а что еще?

— Выгоняешь из дома всех шлюх. Одну за другой.

Круто. Уже бегу.

— И начинаешь встречаться, — она сверлила меня пристальным взглядом, — с нормальной, достойной, правильной девушкой!

— Уже и вариант подобрали, да? — я оторвался от плана, где совершенно четко был прописан один конкретный вариант, стоящий сейчас прямо передо мной.

Вместо ответа Ася поджала губы и насупилась, явно уловив мой сарказм. Обалденно за меня все решили. Так и подмывало спросить — с каких пор ты-то стала такой дурой?

— О, как увлекательно все расписано, — я пролистнул еще страницу со своей будущей счастливой жизнью. — Двое детей… А это пожелание или обязательство: не больше и не меньше?.. Интересно, — я тряхнул планом, — а тут есть, во сколько мне нужно умереть?

— Рай тебя простит, — влезла Кира, — если будешь следовать этому плану!

А зачем мне вообще это прощение? Помнится, я его не просил.

— И главное, — гордо продолжила Кира, будто приводя самый весомый аргумент, — сможешь стать фамильяром лучшего ангела на свете! Даже после всей твоей истории!

На этом моменте я чуть не заржал. Надо же, какая честь! Стать фамильяром самого двинутого ангела на свете было вообще последним, чего я хотел. Да я этого вообще не хотел! Проще сразу сдохнуть.

Девчонки смотрели на меня: Ася цепко, словно и правда думая, что я могу это принять, а Кира внимательно, словно ожидая, что я поставлю ей оценку за этот проект — круче был только ее список для дефлорации.

— Если бы я знал то, что знаю сейчас, — я повернулся к ней, — тогда на встрече выпускников, когда ты предложила тебя трахнуть, я бы тебя трахнул, вообще не сомневаясь. И тебя тоже, — я перевел глаза на Асю. — А потом, когда бы ты стала качать права, а ты бы точно стала, послал куда подальше. Так что, девчонки, — я развел руками, — извините, если обделил! А теперь идите отсюда вместе со своим планом.

Ася мигом развернулась и сердито застучала каблуками. Кира тут же поспешила за ней, а толстая кипа переплетенных листов осталась у меня в руках.

— План заберите! — бросил я.

Даже не оборачиваясь, они торопливо скрылись за углом ближайшего дома. Ладно, отправлю план своей жизни туда, где ему самое место. Свернув документ, я затолкал его поглубже в мусорку.

— Значок отеля — бесплатный пропуск на «Порнофест»! — проворковала поблизости Наташа, навешивая железный кругляшок на очередную футболку очередного туриста. — Приходи, тебе понравится… — следом на очередной щеке заалел сочный поцелуй.

— Лучший фестиваль в твой жизни! — вторила ей другая девчонка с рожками неподалеку.

Воздух вокруг, казалось, уже дрожал от звонких чмоков, которыми эти чертовки сопровождали раздачу значков и листовок. Не выдержав конкуренции, последние ангелочки хмуро упорхали на городские улочки — площадь теперь была нашей. Осматриваясь, я повернулся и неожиданно заметил знакомое лицо — счастливое настолько, каким я его ни разу не видел в универе. Радостно размахивая руками, ко мне во всю прыть спешил Даня — в светлой майке с многообещающей надписью «Начинающий донжуан. Но мало тебе не покажется…»

После короткого приветствия я все-таки не удержался от вопроса:

— Это что?

— Подарок по окончанию курсов, — он довольно разгладил майку. — Говорят, что девчонки будут оборачиваться и смотреть!

Да, реально оборачивались — смотрели и ржали.

— Проще вообще снять, — заметил я.

— Что, вот так прямо демонстрировать намерения? — изумился Даня.

А то твоя майка их косвенно демонстрирует.

— Но это же не главное, — странно восторженно продолжил друг. — Тренер сказал, что если хотим попрактиковаться, надо ехать сюда! И вот я всего третий день здесь — и уже девушку нашел! Представляешь?.. А вот и она, — он вскинул руку и энергично замахал кому-то в толпе.

Светлые локоны волнами рассыпались по плечам, пышные шарики прыгали под узким топиком. Я поднял глаза на ее лицо и выпал: эту девушку я знал. Даже не просто знал, а трахал — недели еще не прошло.

— Ну и как успехи? — я снова отвернулся к Дане. — Курсы пригодились?

Если рай поможет ему расстаться с девственностью, то, возможно, я их даже немного прощу.

— Да ты что, — отмахнулся он, — ну не сразу же!

А, ну тогда все как обычно. Тем временем девушка подошла и с невинной улыбкой остановилась около него.

— Это Паша, — весь засияв, Даня показал на меня. — А это Тома!

— Привет, — хмыкнул я.

— Привет, — захлопала ресничками она.

Очень, кстати, натурально захлопала, делая вид, что встретила меня впервые. Теперь понятно, чему их учили в том лагере: актерскому мастерству. И как я этого там не понял?

— И чем ты здесь занимаешься, Тома? — поинтересовался я, вспоминая, как шикарно она вращалась на шесте. — Отдыхаешь или, может, танцуешь?

Уголки ее пухлых губок, которые в лагере вовсю полировали мой член, недовольно дернулись.

— Не, — охотно влез Даня, — она тут волонтер!

— Правда? — я еле сдержал сарказм. — Людям помогаешь? И как, всем сразу или по-одному?

— Данечка, — она снова хлопнула ресничками, — я хочу мороженого…

Аж засветившись от удовольствия, он побежал исполнять ее просьбу. Мы остались вдвоем, и Тома наконец перестала натягивать улыбку.

— Тебе чего надо? — буркнула она.

— А тебе чего? — огрызнулся я. — Что ты к нему прицепилась?

— У тебя своя работа, а у меня своя! Не лезь!

Не слыша всего этого, Даня со счастливым видом выбирал мороженое у ближайшего лотка. Едва бы он так радовался, если бы знал, что он просто работа — волонтерство, так сказать.

— Короче, — подытожил я, — нечего с ним играть. Бросай его или дай ему.

— Я не даю, — Тома важно мотнула головой. — Я даю надежду…

— Вот только мне не заливай, — поморщился я.

Пусть со вступлением в рай весь компромат на нее и стерли, но я до сих пор помнил, что на мне она крутилась не хуже, чем на том шесте, давая все, что только можно дать.

— Как ты это себе представляешь? — проворчала она. — У меня таких еще шесть! Что, мне всем давать?