Зажмурься и прыгай - Юлия Стешенко Страница 32

— Но…

— Ванда, хватит.

Пан Гурский внезапно поднялся со стула. Это было совершенно внезапно — словно ожила каменная статуя. Яська даже вздрогнула — Лесь почувствовал это плечом, там, где касался ее тела.

— Мы действительно ничего не можем сделать. Яся совершеннолетняя, дом принадлежит ей. Она имеет право поступать так, как считает нужным. Может даже полицию вызывать — чтобы вывели непрошеных гостей с частной территории. Ну что ж… — скорбно поджал губы пан Гурский. — Это был сложный разговор. Но очень важный. Кажется, мы как родители потерпели сокрушительное фиаско. Достойно воспитать дочь мы не смогли. Очень жаль.

Торжественно кивнув, он направился к выходу. Пани Гурская, разом сникнув, засеменила за мужем. Хлопнула дверь, взревел на улице двигатель машины. И Яська расплакалась. С места в карьер, шумно, некрасиво, громко хлюпая мгновенно покрасневшим носом и размазывая по лицу слезы.

— Ну все, все, — Збышек, мягко развернув ее, обнял, прижал к широченной груди. — Все будет хорошо. У тебя хорошая мама, вы обязательно помиритесь.

— Да, вы помиритесь, — совсем не так уверенно поддержал его Лесь. Он осторожно погладил Яську по узкой спине, застыл в нерешительности, а потом мотнул головой — и тоже обнял. — Не обращай внимания. Сейчас все на нервах, но потом успокоятся и привыкнут. Ты молодец, все правильно сказала. Ну все, все…

Внутри затихал, складывал черные крылья страх. Яська не уезжает. Лесь не уезжает. Даже Збышек не уезжает. Все остается по-прежнему.

Может, это не лучшее решение. Для Яськи и Збышека точно не лучшее. Но Лесь сделает все, чтобы они не пожалели.

Глава 16 Яся. Теория, требующая доказательств

Прадед был человеком обстоятельным. Он вел записи по каждой теме, которой интересовался — и делал это тщательно, подробно, со вкусом. Одна толстенная бухгалтерская тетрадь была полностью посвящена фитотерапии, другая — сравнению диагностируемых симптомов в классической медицине, целительстве и ведьмовстве. В третьей, самой потрепанной, прадед записывал наблюдения по технике развития дара. Официальная теория гласила, что уровень силы у стихийного мага неизменен от момента пробуждения и до смерти. Развить его нельзя, утратить навыки тоже. Просто генетическая данность, вроде роста или цвета глаз — что получил при рождении, с тем и живешь. У деда по этому поводу было другое мнение. После серии попыток разной степени удачности он пришел к выводу, что стихийный дар тоже можно развить. Не так, как обычный магический, но все-таки можно.

Правда, у Яси к этим наблюдениям были большие вопросы… Статистическая выборка из одного человека — это просто смешно, а никаких иных объектов для экспериментальных исследований, кроме себя, любимого, дед не имел. Да и оценка результатов… Как можно измерять собственный дар? Где взять объективные точки отсчета, как исключить личную вовлеченность?

Но в любом случае идея была любопытной. Тщательно взвесив все за и против, Яся пришла к выводу, что попробовать стоит. В лучшем случае она станет сильнее, в худшем — просто зря потратит время. Хотя нет. Все-таки не зря. Она докажет, что прадед был неправ, а значит, убережет от подобных ошибок других ведьмаков.

При условии, что Яся эти исследования когда-нибудь опубликует.

И при условии, что их кто-нибудь станет читать.

Отложив тетрадь в сторону, Яся устроилась в кресле поудобнее, расслабилась и закрыла глаза. Сила ощущалась внутри теплым пульсирующим облаком. Она была — и одновременно не была. Как сердце, как дыхание, как биение пульса — они есть всегда, но совершенно неощутимы. До тех пор, пока не сосредоточишься, вслушиваясь — и тогда не слышать уже невозможно. Отгородившись от мира, спрятавшись за темнотой опущенных век, Яся потянулась к этому теплому дремлющему облаку, погрузилась в него, прислушиваясь к собственным ощущениям. Проснувшаяся сила вздрогнула, плеснула ласковой волной, потекла по телу, наполняя его от макушки до пяток.

Вот. Это оно. Тот самый момент. По мнению прадеда, именно сейчас нужно было привести силу в движение — но не хаотическое, самопроизвольное, а контролируемое.

По часовой стрелке. Яся не знала, почему выбрала это направление. Дед, скажем, закручивал силу спиралью, гонял ее сверху вниз и снизу вверх. Но предполагал, что любое контролируемое движение полезно — просто потому, что стихийный маг по умолчанию не совершает осознанных усилий. Он всегда доверяется дару, следует за инстинктивными порывами — а они не дают толчка к развитию. Поэтому Яся сосредоточилась, поймала момент — и подтолкнула силу, вынуждая ее прийти в движение. По часовой стрелке. Не хаотичными всплесками, не взволнованными бурунами волн, а по часовой стрелке.

Поначалу получалось паршиво. Сила бурлила, не слушалась, яростно вспыхивала и угасала, уходила, словно вода в песок. Но Яся, упрямо сжав губы, снова пробуждала ее — и подталкивала, последовательно и неумолимо. По часовой стрелке. Направо, все время направо, по кругу, не останавливаясь. Короткие невнятные рывки сменились мерной пульсацией, медленно, неохотно сила приходила в движение и устремлялась по заданному руслу. Поначалу Яся постоянно срывалась, то пережимала усилие, то, наоборот, чересчур ослабляла контроль. Сила тут же устремлялась в эти лазейки, закручивалась вихрями, ломая почти выстроенную траекторию. Но Яся собиралась, прилагала усилия — и снова возвращала ее в рамки.

По часовой стрелке. Только по часовой.

В конце концов начало получаться. Очень даже неплохо получаться — Яся пыталась оценивать себя строго и объективно, но особых проблем не видела. Сила текла по телу ровно так, как она и хотела: по часовой стрелке, аккуратным наполненным потоком. Не замедлялась, не ускорялась, не всплескивала нервозной волной. Просто текла. На пробу Яся попыталась ускорить темп, потом снизить — и снова осталась довольна результатом.

— Ну ты что, уснула, что ли⁈

— А⁈ — открыв глаза, Яся с удивлением обнаружила стоящего над ней Леся. — Что случилось?

— Это я у тебя спрашиваю, что случилось. Зову-зову, а ты сидишь с закрытыми глазами и не реагируешь.

— Я упражнения делала. По дедовой тетради, — кивнула на гроссбух Яська.

— Упражнения? Э-э-э… Ну, ладно, как скажешь, — неуверенно пожал плечами Лесь. — Ты уверена, что они… ну… безопасные?

— Прадед так делал.

— И прадед умер.

— Вот спасибо. Умеешь ты поднять настроение, — поморщилась Яся. — Так что случилось-то?

— К тебе приехали. Родственники пани Масальской, просят тебя посмотреть бабульку.

— Масальские, Масальские… Что-то знакомое.

— Ну так молочный завод Людвика Масальского. Бабулька — это его вдова.

О молочном заводе Масальского Яся, конечно, знала. И даже пару раз покупала их овечьи сыры — довольно неплохие, не хуже престижных импортных. Но вот о том, что Людовик Масальский умер, она слышала в первый раз. А