Слуга отречения - Свенья Ларк Страница 31

* * *

– …мне никогда не стать таким же, как ты! – Вильф от души врезал кулаком по стене, смешивая кровь с кирпичной крошкой. По стене поползла трещина, перила винтовой лестницы, по которой они поднимались, угрожающе задребезжали. – Никогда…

– Брось, – покачал головой Тео. – Ты сделал всё, что мог. Я бы тоже не сумел одолеть Хаука в одиночку.

– Он же меня почти прикончил, – Вильф яростно потёр ладонью два отчётливых синевато-красных широких шрама, тянущихся с шеи до левого плеча. – Со своими проклятыми ядовитыми зубами… Если бы не ты… если бы не слияние… И девчонка осталась жива! А ведь я же снял с неё этот чёртов ошейник… точно снял! Как они вообще там оказались?!

– Вроде бы они называют эту штуку не «ошейник», а «поводок», – заметил Тео.

– Да хоть сбруя! – кусок перил под пальцами Вильфа раскрошился в пыль. – Плевать я хотел на то, как они там что-то называют!

– Тебе просто не повезло, – сказал Тео. – И Хаук на несколько сотен лет опытнее тебя, не забывай. Он сильный воин…

– Любимец валькирий! – Вильф сплюнул, подобрал с пола грязную металлическую табличку с полустёршейся надписью «Охраняемая природная резервация» и тут же с размаху сломал её об колено. – Любимец валькирий!! – а возится с этими клоунами… А ведь как жаль, чёрт возьми. Нет, когда-нибудь я его сделаю. Обязательно сделаю…

– Мне нравится твоя уверенность. Уверенность означает успех, – Тео улыбнулся, отодвигая ногой загородившую проход в комнату бетонную плиту, и сразу же подошёл к широкому оконному проёму.

На позеленевшей медной петле болталась одинокая старинная оконная створка, в которой блестели осколки стекол. Здание вообще удивительно неплохо сохранилось для места, оставленного жителями более полувека назад. Снаружи по красным кирпичным стенам кое-где вился плющ, а в комнате местами были ещё заметны остатки отделки, стояли скелеты пыльной полуразвалившейся мебели и даже виднелись кусочки мутных зеркал в двух облезлых рамах.

– …вот увидишь, – продолжал Вильф, далеко выпущенными когтями методично превращая в щепки пинком снесённую с петель дубовую дверь. – Увидишь однажды, когда я сам, лично, вот этими вот самыми руками сдеру с него его вонючую рыжую шкуру… – он шагнул к одиноко стоящему в углу древнему письменному столу без одной ножки, разломил его пополам рубленым ударом ладони и с треском наступил сапогом на обломки. – Сделаю из неё… коврик… чтобы не сидеть на холодном полу во время бесед с Владетелем…

– Вот уж где холод меня совершенно точно ещё никогда не донимал, – рассеянно отозвался Тео, продолжая смотреть на улицу.

Вильф нанёс в стену ещё один мощный кручёный удар ногой, и на пол за спиной у Тео с закладывающим уши грохотом обрушились одна за другой три тяжёлых потолочных балки. За окном испуганно загалдели птицы. Вильф помотал головой, стоя в туче поднявшейся под потолок густой серо-коричневой пыли, и внезапно оглушительно чихнул. Тео наконец обернулся, с трудом удерживаясь от смеха, потом подошёл и положил руки тому на плечи.

– Уймись, воин, – посоветовал он. – Остынь. Одна битва – это ещё не вся война, ты же это прекрасно знаешь. Так что прибереги лучше свой роскошный орлиный темперамент для каких-нибудь более интересных… и приятных занятий. Иди-ка лучше вот сюда, полюбуйся. Нет, ты полюбуйся, полюбуйся. Как тебе это нравится, а?

Вильф глубоко вздохнул и вслед за Тео подошёл к окну, рассеянно растирая окровавленные костяшки.

– Ого, какие знакомые лица, – присвистнул он с весёлым удивлением секунду спустя.

– А ты думал, я позвал тебя сюда только ради болтовни?

– Честно говоря, у меня были самые разные варианты, – отозвался Вильф, облокачиваясь на подоконник. Потом смахнул с облупившегося дерева два прилипших кленовых листа и снова заинтересованно посмотрел вниз. – Но вот такого среди них не было точно.

Прямо под окном, на заросшем редкой, уже почти полностью пожелтевшей травой речном берегу стояло десятка два молодых мужчин, преимущественно в чёрных косухах. Вот один из них что-то коротко сказал и отступил на два шага назад, а потом медленно сжал кулаки и торжественно свёл их на груди. Его фигуру окутало золотисторозовой в лучах вечернего солнца дрожащей дымкой, но через миг дымка схлынула, а к людям, красуясь, повернулся на напружиненных лапах крупный полуволк-полуобезьяна. В отшатнувшейся толпе послышался слитный невнятный вздох.

– А мне вот тут, понимаешь, совсем недавно сделалось любопытно… – насмешливо проговорил Тео. – Он ведь совсем неплохо уже обжился, наш ворюга, не находишь? Захотелось посмотреть, чем же он там занимается… в свободное от нас время…

Пока он говорил, от толпы отделился, делая шаг вперёд, широкогрудый крепыш в белой обтягивающей мускулистый торс майке, джинсах и тяжёлых бутсах. Существо с волчьей головой что-то коротко приказало, и крепыш опустился на колени, а потом медленно склонил лицо к самой земле.

– Фантазия, конечно, скудновата, – задумчиво заметил Тео. – Как ты думаешь?

Черноголовый монстр положил коленопреклонённому парню на волосы страшную длиннопалую лапу, снова что-то сказал, и тот опять поднял голову, прикладываясь к лапе губами. Вильф, улыбаясь, покачал головой, потом не выдержал, приложил ладонь ко рту и громко фыркнул, закатывая глаза.

– Мо-ой бог… Да уж, фантазия просто… просто… с какой стороны ни посмотри, – проговорил он, запинаясь от смеха. – Дай исполнение… хромает. Может, нам стоит записать малыша в театральную студию?

Парень в белой майке поднялся с земли, в толпе снова раздался тихий шелест, и люди медленно, то и дело оглядываясь, направились в сторону полупотонувшего пирса, около которого было пришвартовано несколько крупных моторных лодок. Тео некоторое время наблюдал за тем, как они один за другим отплывают от берега, облитого последними лучами алого заката, и как чёрный полуволк провожает их глазами, не двигаясь с места. Потом мужчина сделал лёгкое движение рукой, пуская из окна вниз крошечную серебряную стрелку. Стрелка клюнула тёмную фигуру меж лопаток; та вздрогнула и пошатнулась, резко оборачиваясь и задирая вверх ушастую голову.

– Закончил? – ласково спросил Тео. – Тогда будь так добр, подойди-ка сюда на минутку…

Чёрный полуволк отчётливо дёрнулся.

Вильф, утирая глаза исцарапанной ладонью и всё ещё продолжая улыбаться, закинул ногу на ногу, поудобнее устраиваясь на подоконнике.

– И что же это у нас здесь такое было, а? – обманчиво мягко начал Тео, медленно подходя к Кейру, который так и не успел, а может, просто не решился вернуться из зверя.

Тео, напротив, не покидал человеческого облика, но его прищуренные глаза явственно блеснули алым на последнем слове:

– Рукоположение, должно быть? Или, может, посвящение в рыцари? – он насмешливо приподнял бровь. – Так не терпится стать прославленным вождём, я правильно тебя понимаю? А может быть,