Архивы Дрездена: История призрака. Холодные дни - Джим Батчер Страница 31

– Мне кажется, мистер Линдквист действует искренне. Я зайду завтра – попробую найти что-нибудь, что помогло бы вам общаться с Гарри без лишнего труда.

– Спасибо, – кивнула Мёрфи. – Раз уж ты этим занялась, может, луч…

Со двора вдруг послышался рев карманного клаксона.

Морти выпрыгнул из кресла и пригнулся, готовый ринуться прочь или же героически распластаться на полу.

– Что это?

– Тревога! – бросила Мёрфи, выхватывая пистолет. – Все на п…

Прежде чем она успела договорить, с улицы грянули выстрелы, решетя пулями стены и окна дома.

Глава 12

Я сделал то, что сделал бы в подобной ситуации любой здравомыслящий человек, – бросился на пол.

– О Дрезден, право же! – рявкнул сэр Стюарт.

Он ринулся навстречу выстрелам – прямо сквозь стену. На мгновение обереги Мёрфиного дома окутали его призрачным бело-голубым сиянием, а потом он исчез из виду.

«Ну да, болван! – обругал я себя. – Ты ведь все равно уже мертв».

Я вскочил и бросился за ним следом.

Все живые присутствующие старательно вжимались в пол, когда я метнулся сквозь стену на улицу. Насчет оберегов я не беспокоился: никто и никогда не проектировал обереги так, чтобы они удерживали всякую нечисть, пытающуюся выйти, – только так, чтобы она не могла войти. Кроме того, меня ведь пригласили в дом, что с формальной точки зрения причисляло меня к «своим», впрочем, как оказалось, на поверку «дружественные» обереги действуют приблизительно по такому же принципу, что и «дружественный» огонь. Проход сквозь защищенную оберегами стену не ограничился простым неприятным покалыванием. Я ощущал себя примерно так, словно меня спустили голышом по аквапарковому желобу, вымощенному изнутри стальными щетками.

– Ааааааааааааа! – заорал я, вываливаясь из стены дома в палисадник.

Мои познания о призраках разом расширились: теперь-то я понимал, почему они всегда стонут или завывают, выныривая из чьих-нибудь стен или пола. Никакой мистики: это просто чертовски больно.

Шатаясь, я сделал несколько шагов и поднял взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть происходящее. На улице перед домом стоял пикап. Кто-то из сидевших в кабине выставил в окно ствол дробовика, а в кузове съежились еще четыре фигуры в темной одежде, целившиеся в сторону дома Мёрфи из чего-то вроде штурмовых винтовок и автоматов. Патронов они явно не жалели, так что грохот и вспышки выстрелов казались неестественно яркими и громкими на фоне царившего вокруг зимнего покоя.

Эти парни не производили впечатления профессионалов. Мне приходилось видеть в деле настоящих наемных убийц, и эти шуты ничем их не напоминали. Они просто тыкали стволами более или менее в направлении цели и нажимали на спусковые крючки. До прицельного огня профи им было далеко, впрочем, если пуль много, куда-нибудь да можно попасть.

Они и в меня попали раз пять или шесть. Однако неприятные ощущения от пуль были слишком короткими, так что не столько причиняли боль, сколько раздражали. Я вдруг понял, что бегу к пикапу бок о бок с сэром Стюартом и что настроение у меня самое что ни на есть боевое. Что ж, пуленепробиваемое состояние, скажем так, ободряет.

– Что мы делаем? – крикнул я на бегу. – Я имею в виду, чего мы хотим добиться? Мы же не можем ничего с ними сделать! Или можем?

– Смотри и учись, парень! – отозвался сэр Стюарт, скаля зубы в волчьей ухмылке. – На счет три – в кузов!

– Что! Эм, я думал…

– Не думай! – крикнула тень. – Просто делай! Доверься инстинктам! В кузов! Раз-два…

Тень дважды оттолкнулась от земли – как при тройном прыжке. Я последовал примеру сэра Стюарта не более чем рефлекторно.

В голове моей вдруг всплыло неожиданное воспоминание: школьный двор, на котором мы устраивали свои собственные олимпийские игры. Горячее солнце пекло нам головы, и от поверхности детской площадки поднимался запах разогретого асфальта. Я состязался в прыжках в длину с разбега, и получалось у меня так себе. Я уже не помню, почему мне так важно было выиграть, но я зациклился на этом со всей детской истовостью. Я помню, как, разбегаясь к начерченной розовым мелом линии, мечтал только об одном – пробежать быстрее всех, прыгнуть дальше.

Вот тогда я впервые использовал магию.

Разумеется, сам я этого тогда не осознавал. Но я помню ощущение полной устремленности, пронзившее все мое тело, и ту невидимую силу, что подтолкнула меня в спину, так что на мгновение мне даже показалось, что я вдруг научился летать, как Супермен.

Реальность быстро напомнила о себе. Я летел как попало, отчаянно размахивая руками. Я приземлился на асфальт и изрядно ободрал об него руки-ноги. Помню, как мне было больно – и как мне было на это наплевать, потому что я победил.

Я побил рекорд школ штата Айова больше чем на фут. Впрочем, его не зачли. Меня дисквалифицировали. Я тогда был совсем еще мальчишкой. Всем ведь понятно: произошло что-то неправильное, кто-то что-то напутал, наверное, так что об этом ненормальном прыжке лучше забыть.

Это оказалось очень яркое воспоминание, дурацкое и немного грустное, – но, в конце концов, такое произошло со мной впервые.

Очень-очень мощное воспоминание.

– Три! – выкрикнул сэр Стюарт и прыгнул.

Не спуская взгляда с набитого стрелками кузова, я бросился следом за ним.

Я ощутил странное головокружение сродни тому, какое испытал от эликсира, изготовленного мною с помощью Боба во времена борьбы с Человеком-Тенью. Как будто меня разложили на миллион составных частей и швырнули вперед с неописуемой скоростью, а потом снова собрали воедино.

В лицо мне снова ударил холодный ветер, я пошатнулся и чуть не свалился с крыши пикапа, медленно тронувшегося с места и набиравшего скорость.

– Вот так хрень! – заорал я, улыбаясь как безумный. – Надо же, как круто! Сначала Китти Прайд, а теперь Ночной Змей!

Повернувшись, я увидел, что сэр Стюарт стоит в кузове, глядя на меня довольно-таки неодобрительно. Спина одного из автоматчиков находилась в той же точке пространства, что и правая нога сэра Стюарта.

– Не больно? – поинтересовался я, мотнув головой в сторону его раненой ноги.

– А? – Сэр Стюарт опустил взгляд и понял, о чем я говорю. – Полагаю, есть немного. Я перестал обращать внимание на такие мелочи после первых семидесяти или восьмидесяти лет. Ладно. С вашего разрешения, Дрезден, продолжим?

– Что продолжим? – спросил я.

– Учить вас тому, что, очевидно, вам крайне необходимо, – ответил сэр Стюарт. – А также мешать этим пиратам. – Последние слова он ядовито процедил сквозь зубы.

Я нахмурился и посмотрел на стрелков, торопливо менявших магазины. По части перезарядки они тоже не слишком блистали ловкостью.

– Чёрт! Сейчас их мог бы снять