Дело №1. Ловчие - Светлана Залата Страница 22

Всего несколько мгновений – и от тех мест, куда аристократ нанес зеленую жижу, пошел дым. До ноздрей Инги дошел запах, напоминающий тот, который можно почувствовать рядом со сварочными работами. Налетевший порыв ветра толкнул дверь, и она начала открываться, словно незапертая.

Вскрик раздался вновь.

Андрей Васильевич быстро набрал что-то на телефоне и убрал мобильник в карман. Достал уже виденную Ингой складную дубинку и тихо проговорил:

– Еще раз повторяю: оставайтесь здесь. Сейчас придет полиция – встретите наряд и объясните ситуацию.

Не дожидаясь ответа, аристократ, распахнув дверь, направился внутрь котельной. Кюн побежала куда-то прочь.

Шаги отдалились. Раздались ругань на непонятном языке и тихие просьбы на русском. Там, внутри, кажется, находились молившая о пощаде девушка и недовольная женщина. Или мужчина? В грубом голосе ругавшегося не удавалось ничего разобрать.

Инге всегда сложнее всего давалось ожидание, а в этот раз приходилось ждать и слышать голоса. Резкий – женщины. Умоляющий – девушки. И спокойный – Андрея Васильевича, старающегося уговорить кого-то положить оружие и сдаться, намекающего, что скоро прибудет подкрепление. Женщина на словах соглашалась, но лгала. Лгала и ждала кого-то! Инга слышала это, ощущала благодаря собственным способностям.

– Эй, надо шефу помочь. – Кюн появилась так неожиданно и говорила так тихо, что у Инги сердце в пятки ушло. – Тут есть лаз внутрь, идем. Не захочешь сама пачкаться, так хоть меня подсади.

Лаз действительно имелся – кто-то разбил одно из окон с торца котельной, в верхней части рамы еще остались осколки стекла. Внизу у стены стоял немаленький такой пенек, явно указывавший на то, что этот способ проникнуть в здание пользовался популярностью. Встав на пенек, Инга без труда поставила шпица на подоконник, и Кюн спрыгнула внутрь.

Из нового места переговоры, явно зашедшие в тупик, были слышны еще лучше. Андрей Васильевич пытался успокоить вооруженную женщину, взявшую заложницу. Судя по всему, не слишком успешно.

Но Кюн они не заметили. Значит, можно попробовать хотя бы посмотреть на то, что происходит внутри. Может, Инга сумеет как-то помочь или хотя бы вещи свои поищет? В рюкзаке лежал перцовый баллончик, и он бы сейчас очень пригодился.

Эмпат не с первого раза, но сумела ухватиться за частично разрушенный подоконник и подтянулась, чтобы заглянуть внутрь. Трубы, приборы, какие-то агрегаты… Говорившие находились за высокой проржавевшей установкой для чего-то непонятного, занимавшей большую часть помещения. Со своей позиции Инга видела только задник туфли особиста.

Висеть так оказалось тяжело, треклятая слабость напоминала о себе. Поколебавшись мгновение, Инга с усилием подтянулась, зацепилась руками за дальнюю часть подоконника и начала медленно протискиваться в окно. Ладони норовили соскользнуть, осколки стекла и занозы рвали одежду и кожу. Руки подрагивали, а сердце бешено колотилось. Зачем вот полезла? Что она тут забыла? Но не отступать же теперь… Еще несколько осторожных движений, и Инга сумела перелезть и повиснуть с другой стороны окна. Быстро уставшие пальцы пришлось разжать, и она без элегантности, но все же тихо приземлилась на грязный пол. Спина и бедро побаливали, но двигаться это не мешало.

Инга осторожно приблизилась к странному агрегату, который отделял ее от аристократа и женщины с заложницей. Рядом ни камня, ни палки какой-нибудь, но она умела драться и голыми руками. Если получится, то воспользуется эффектом неожиданности. Двое на одного – верный путь к победе.

– Я ее прикончу, если ты дернешься. Только двинься! – Женский голос с сильным акцентом. Знакомый или нет? Непонятно.

– Спокойно. Не нужно лишних жертв. То, что у вас в руке, убьет нас всех вместе, и никакие артефакты ваших работодателей вас не спасут, – спокойный, уверенный голос особиста.

– Да плевать!

– Вам не нужно умирать. Вас наняли лишь охранять девушку. В самом худшем случае вам грозит высылка из страны и, возможно, месяцы общественных работ. Не вы похищали ее и не вы нанесли ей раны, не так ли?

Инга понимала – это ложь. Это понимал и особист, но все равно говорил.

– Вам на меня все не повесить!

Шаги. Там, откуда ушла Инга. За разбитым окном. Вибрация чьего-то телефона.

– Мы с вами разумные люди. Я готов гарантировать вашу защиту.

– Тогда я согласна.

Ложь! Ложь – и предвкушение торжества, близкой победы.

– Мы оба положим оружие…

Шаги – теперь у входа. Распахнувшаяся со скрипом дверь. Надрывный резкий лай…

Инга выглянула из-за агрегата и оказалась совсем рядом с женщиной в платке, кажется, с Ближнего Востока, сжимающей что-то в вытянутой руке. Другой рукой она удерживала нож у горла блондинки, привязанной к здоровенной горизонтальной трубе.

Краем глаза Инга уловила движение от входа. Резкое, несущее опасность. Не придумав ничего лучше, она подскочила и перехватила ладонь с ножом отвлекшейся на шум женщины. Та от неожиданности разжала вторую руку, и маленькая хрустальная пирамидка полетела на пол.

Что-то невидимое вырвалось во все стороны особиста, метнувшегося вперед в попытке поймать падающий предмет. Что-то, врезавшееся в Ингу и отдавшееся болью во всем теле. Ее повело в сторону. Колени подкосились, но и нападавшая, чью ладонь Инга не выпустила, тоже не устояла на ногах.

Андрей Васильевич поймал пирамидку у самой земли.

Гром выстрелов и чей-то злобный крик оглушили. В нос Инге, мотавшей головой и пытавшейся как-то вернуть четкость вдруг расплывшемуся миру, ударил запах пороха. Кто-то крикнул, и в отдалении раздались новые выстрелы. Дверь вновь заскрипела. Новые выстрелы. Раз, второй, третий… Громкий щелчок, ругательства и топот удаляющихся ног. Лай, рык и вновь лай.

Резкий женский окрик от входа в котельную:

– Тома, мы с тобой – за ним, держимся пса! Артем, Дима – внутрь!

Лежавшая рядом с Ингой преступница вывернулась, выдирая ладонь. Эмпат попыталась помешать, но тело плохо слушалось, и пахнущая какими-то специями женщина выскользнула из захвата. Замахнулась ножом…

И двое черношинельников скрутили ее, оттаскивая от Инги. Женщина разразилась проклятиями, но, лишившись ножа, выпавшего из вывернутой кисти, только это и могла.

Эмпат так и осталась лежать на спине, отдав все силы в короткой борьбе. По телу гуляла выматывающая боль, но мир хотя бы перестал расплываться.

– Инга, слышишь меня? – Андрей Васильевич присел на корточки рядом с ней. – Ты ранена?

– Все нормально.

Ответ особисту не понравился, да и кровь на бедре он заметил.

– Это из-за окна. – Инга, преодолевая слабость, медленно села.

Она бы предпочла, чтобы ее еще раз сбил пес,