Последняя дочь. Книга первая. - Катерина Райдер Страница 2

Я смотрела на неё, уставшую, сгоревшую буквально за пару недель, искренне сопереживая, однако дурацкий переезд жутко злил и заставлял вести себя ровно наоборот.

– Милая, я не могу… Просто не могу здесь оставаться, – еле слышно произнесла мама, разбивая моё сочувствие вдребезги.

– Ты не можешь, а мне, значит, из-за этого приходится тащиться на другой конец страны! Тебе не кажется это несправедливым?

– Вирджиния не так уж далеко, да и бабушка будет рада…

– Перестань! Мы не поехали туда даже на похороны дедушки! К тому же ты всегда говорила, что ненавидишь Вирджинию. Поэтому мам, хватит дурить, это всего лишь развод…

Мама не ответила. За окном раздался автомобильный гудок, пронзительный и неприятный до желудочных колик. Я замерла в ожидании решения, от которого зависела вся моя дальнейшая жизнь. Ладони начали потеть, а сердце забилось в горле так сильно, что, казалось, ещё чуть-чуть и стошнит.

– Пожалуйста… – едва слышно простонала я, пытаясь ухватиться за последнюю возможность повлиять на ход событий.

Напрасно. Мать лишь отрицательно покачала головой и указала на чемодан, стоявший возле кровати.

– Я возьму этот и те, что внизу, а ты бери свой рюкзак.

– Это нечестно! – в отчаянии взвизгнула я. – Ты ведёшь себя хуже подростка…

– Кейт, – жёстко одёрнула мать, смерив меня строгим взглядом, – ты ещё слишком молода, чтобы осуждать мой выбор!

– Я не осуждаю, просто… – попыталась было оправдаться я, но Сандра Крофт (а теперь я буду называть её только так, не иначе) не позволила мне закончить.

– Хватит! Тема закрыта. Мы едем в Вирджинию. Точка. И поторопись. Я не намерена оплачивать таксисту время, потраченное на ожидание!

С этими словами Сандра вышла из комнаты, оставив меня стоять в оцепенении – я просто не могла пошевелиться. Казалось, будто эти несколько секунд способны повлиять на ситуацию или хотя бы помочь мне принять её. Но с каждым вздохом, становилось лишь хуже. Я злилась на маму, ругала себя, и до слёз была обижена на отца, который, несомненно, знал о планах бывшей жены, но по какой-то причине не вмешался, не спас свою маленькую принцессу от страшного королевства под названием «Вирджиния». Видимо, утратил магические способности в тот момент, когда поставил подпись на документе о расторжении брака.

На протяжении всего пути до аэропорта меня одолевало чувство абсолютной беспомощности. А когда самолёт оторвался от взлётной полосы, оно загудело в ушах турбинами. Я наблюдала, как огромные небоскрёбы моего родного Финикса постепенно превращались в крошечные точки, город становился размером с ладонь, а облака, словно назло, скрывали его от моего взора, не позволяя должным образом проститься.

Из-за встречного ветра в Ричмонде мы приземлились лишь спустя пять часов. За время полёта мама не проронила ни звука, да и мне не очень-то хотелось говорить. Впрочем, молчание не способствовало прояснению мыслей. И как только на табло загорелась надпись «отстегните ремни», я вскочила с места, схватила рюкзак и, не оглядываясь на Сандру, направилась к трапу.

Бабушка ожидала нас на улице. Мне с трудом удалось её узнать, ведь в последний раз мы виделись довольно давно. Моральных сил на притворную радость не осталось. Поэтому я сдержанно кивнула и поспешила укрыться в салоне такси. А чтобы не слушать очередные невнятные объяснения Сандры, адресованные теперь уже собственной матери, надела наушники и выкрутила звук на максимум. Ну, здравствуй, проклятая Вирджиния!

За окном уже больше часа мелькали деревья. Двухполосная дорога, петляя, уводила нас всё дальше от цивилизации и моей мечты поступить в Аризонский университет на кафедру архитектуры. В голове царил хаос. Я то начинала дико нервничать изнывая от размышлений о своей дальнейшей судьбе и полном отсутствии перспектив, то будто угождала в липкую безучастную пустоту, лишённую всяких чувств, и просто смотрела в окно под драматичные распевки Джареда Лето.

Надо признать, пейзаж по ту сторону стекла был прекрасен, особенно для выходца из каменных джунглей. Огромные сосны с ржаво-рыжими стволами стремились в пронзительно-голубое небо. Всюду виднелись яркие вкрапления полевых цветов, а трава росла даже там, где, казалось бы, ей совсем не место – например, в расщелинах старого асфальта. Если бы я оказалась здесь случайно, то, наверняка, пищала бы от восторга и без конца фотографировала. Однако, в свете последних событий, у меня начисто исчезла способность радоваться мелочам.

Наконец, лес расступился, и моему взору предстали невысокие кирпичные здания. На первых этажах каждого из них находились небольшие магазинчики, закусочные, цветочные и овощные лавки. Местные жители неспешно прогуливались по узким улочкам, останавливаясь и приветливо здороваясь друг с другом. Атмосфера здесь царила умиротворённая и будто немного сонная, что неудивительно для городка с населением в три тысячи душ. И, возможно, я бы даже нашла Блэкфорт очаровательным, если бы мне не предстояло провести в нём весь следующий год.

Сквозь музыку в наушниках пробился голос матери:

– Кейтлин!

Я не отреагировала, притворяясь спящей. Но Сандра не собиралась сдаваться и потянулась ко мне рукой.

– Да что? – недовольно буркнула я, искоса взглянув на мать.

– Сними эти свои штуковины, с тобой совершенно невозможно разговаривать! Ты хоть слово слышала из того, что я сказала?

– Вот и не разговаривай, – ответила я, отворачиваясь к окну.

Ну правда, можно меня не трогать хотя бы ближайшие миллион дней? Не готова я слушать «интересные» истории из маминой молодости, проведённой в этом захолустье. Однако не тут-то было! Миссис Крофт, чертовски упрямая женщина, не получив желаемого, пошла в наступление: стащила с моей головы наушники и потребовала выключить музыку. А когда я села прямо, глядя на неё в упор с нескрываемым раздражением, как ни в чём не бывало заговорила голосом оленёнка Бэмби:

– Так вот, это и есть Блэкфорт. Город маленький, но очень красивый. Вон там, в кондитерской миссис Бишоп, варят отличный кофе, ничуть не хуже «Старбакс». А здесь, – она указала на здание, которое медленно проплывало за окном, – Гэри Розенбург готовит отменные бургеры.

– Гэри уехал из города три года назад, – вмешалась бабушка, мама досадливо поджала губы, я иронично усмехнулась. – Теперь закусочной владеет его мать. Бургеры суховаты, зато в меню появилось много домашних блюд.

Сандра тягостно вздохнула, но тотчас растянула губы в притворной улыбке:

– В общем, уверена, тебе здесь понравится, нужно просто привыкнуть.

– Ага, – кивнула я, лишь бы мама отстала со своей бестолковой экскурсией.

Я едва балансировала на грани, однако устраивать скандал на глазах у