Страна без чудес - Андрей Андреевич Уланов Страница 17

— Как я выгляжу?

— Честно сказать?

— Доплаты за вранье не будет.

— У тебя сейчас выражение лица: «Ой, ухо зачесалось». Но не переживай, — добавила она, — на гнома подействует.

— А если он заподозрит неладное?

— Не заподозрит. В подобном заведении даже настоящую аристократку можно встретить. Испуганная девочка, пытающаяся притвориться принцессой, как раз выглядит совершенно естественно.

— Я не испуганная! Просто пудра тяжелая!

Клэр явно собралась возразить что-то язвительное, но тут в коридоре послышались шаги. Легкие человеческие — одна из местных служанок, — а вместе с ней короткие, тяжелые. Приблизились к нашей двери, с тихим щелчком повернулась ручка, и в комнату вошёл гном.

Выглядел он… обычно. Мое буйное воображение уже успело нарисовать портрет чудовища, безумного гения, демона красной луны, в чьих глазах отражаются взрывы бомб и чертежи адских машин. Вместо этого в комнату вошёл коротышка, выглядящий вполне обыденно — разве что ухоженная борода подстрижена короче, чем принято под Горой. Одет по человеческой моде: тёмный сюртук, жилет, галстук, лаково блеснувшие туфли с круглой пряжкой. Так выглядят многие гномы, покинувшие кланы и пытающиеся убедить людей, что почти ничем от них не отличаются. Ну, кроме незначительных мелочей вроде роста, бороды, выносливости, а также способности спорить о качестве стали от заката до рассвета. Волна запахов тоже не принесла чего-то совсем уж непривычно-странного — дорогой трубочный табак, машинное масло, эль и что-то химическое, Ори пах примерно так же.

Обычный гном. На улице я прошла бы мимо, не обернувшись.

Клэр шагнула вперёд, перекрыв мне обзор. Я воспользовалась мгновением и потерла зудевший кончик носа.

— С чем вы явились к Повелительнице?

На последнем слове её голос дрогнул, но хотя бы она не сорвалась в почти конское ржание, как случилось на трех репетициях подряд. Гном, похоже, ничего не заметил, поглощенный собственными эмоциями.

— Мне… мне сообщили, что здесь появилась новая госпожа. Настоящая… лесная. Я хотел получить честь… встретиться.

В голосе отчетливо слышался… страх? Нет, скорее жадное предвкушение напополам с опасением разочароваться.

Полуэльфка сделала шаг в сторону.

— Повелительница!

И все-таки она ржет, пусть и одними глазами!

— Встреча со мной, — ой, забыла растягивать слова, хотя Эли велела говорить ниже, мягче и медленнее, будто с каждым словом я роняю в подставленные руки золотую монету, — будет стоить очень дорого.

Гном поспешно кивнул.

— Я готов к оплате ваших услуг, госпожа. Деньгами, камнями… как пожелаете.

— Наших услуг, — вставила Клэр.

Гном повернул к ней голову, и воодушевление вспыхнуло сильнее. Запах нервного пота стал резче, предвкушения в голосе — сильнее.

— Как пожелает госпожа. Я… с превеликим удовольствием…

— Подготовь гостя, — велела я.

— Как пожелаете, Повелительница! — Клэр присела, склонив голову, но я успела разглядеть ухмылку до ушей. Если гном заметит…

Не заметил. Сделал шаг навстречу… и заполучил в лицо небольшое облачко тончайшей серебристой пудры. Пахнуло холодной мятой, горьким миндалём и чем-то аптечным.

— Что за… — Глаза гнома расширились, затем взгляд расфокусировался. Он качнулся назад, попытался ухватиться за воздух, но Клэр уже оказалась сбоку и подхватила его за плечо, не дав упасть на пол.

— Готов! Мы сделали это!

— Ты сделала, — поправила я, выпрямляясь и зубами стягивая с руки перчатку. Главное — сдержаться и не расцарапать уши. — Клэр… умоляю, почеши спину между лопаток.

* * *

После бархата, золота, духов, мягкого смеха и полумрака в подвале «Дворца радости» я ожидала чего-то тайного, грязного и зловещего. Каменные стены с плесенью, ржавые решётки, потёки воды, крысы, запах болезней и нечистот. Все же дурацкая «теория миазмов» заставляла людей хоть как-то бороться с источниками вони. А с тех пор, как мы смогли донести до них знания о микробах и бактериях, борьба свелась к принципу: «с глаз долой — из сердца вон». Поэтому люди часто помещают всё неприятное в подвалы, а затем удивляются, что подвалы начинают пахнуть неприятным.

Но «Дворцом радости» правила эльфийка, поэтому подвал встретил нас эфирными маслами, сухими травами, уксусной резкостью, лавандовым мылом и холодной водой.

Я остановилась на нижней ступеньке и, кажется, на несколько мгновений забыла, зачем мы сюда пришли.

Большое помещение освещали газовые рожки под матовыми колпаками, а над рабочими поверхностями отдельно установили электрические светильники. Вдоль стены выстроились шкафы, полки которых заполняли ряды склянок с притёртыми пробками, флаконы из тёмного стекла и фарфоровые банки. Перегонных аппаратов я только при беглом взгляде от входа насчитала пять, от небольшой и простенькой конструкции на одном из столов до громадного агрегата в дальнем углу, тускло сверкавшего многочисленными циферблатами, маховиками, стеклянным баком и медным змеевиком. Повсюду стояли стеклянные реторты, колбы, холодильники прямоточные, шариковые и спиральные, спиртовые лампы, сушильный шкаф, небольшой пресс и множество весов — некоторые с такими тонкими чашами, что даже дыхание могло нарушить равновесие. Примерно треть столов и шкафов совершенно явно относилась к парфюмерной части. Бумажные полоски для проб, фарфоровые ступки, пипетки, крошечные воронки, наборы флаконов по цветам и назначению. Длинный шкаф напротив двери заполнен ячейками с привычными значками-идеограммами: цветочные абсолюты, бальзамы, животные ноты, древесные, дымные, пряные, минеральные.

В лаборатории брата Винсента… да что там, в Лесу у придворного слагателя ароматов не имелось и половины такого оборудования. Хотя, возможно, дело было не в бедности придворной мастерской, а в отношении наставника Лаэнорим к некоторым новшествам. То есть ко всему, что не считалось каноном уже сто лет, а лучше полтораста. Совсем идеально — в те времена, когда Великие Деревья были небольшими ростками. Занятно, поскольку во многих иных вопросах наставник отнюдь не чурался современных веяний.

— Можно мне здесь поселиться на неделю?

Спускавшаяся следом Элианель тихо хихикнула.

— Обычно меня умоляют позволить остаться… в других помещениях «Дворца радости». Но в подвале такое происходит впервые. С другой стороны, — задумчиво добавила она, — сюда спускались немногие. И да, мне пригодится толковая помощница. Так что если с карьерой у людей что-то не задастся, а возвращаться в Лес ты не захочешь, приходи.

— Эли, не отвлекайся.

Моран вместе с Клэр пристраивал гнома на металлический стул, прикрученный к полу. Лица его я видеть не могла, но даже спина эльфа вполне отчетливо выражала недовольство нашим разговором.

А на столе рядом посверкивали в холодном электрическом сиянии разложенные на полотенце хирургические инструменты.

— Приготовь пока раствор для инъекции.

— Как обычно, начинаем с «радужной капли»?

—