Пробуждение. Пятый пояс - Михаил Павлович Игнатов Страница 96

Грязнуля побледнел, даже серая пыль на лице не скрыла этого, заблеял:

— Я-я-я, это, это… Т-травник… — приободрившись, выпалил. — Да! Травник я хороший. Отлично разбираю травы. Умею правильно готовить их для алхимика. Ещё готовить хорошо умею.

Артус впервые вмешался в разговор:

— Готовить? Да я выблюю всё, едва только узнаю, что еда готовилась этими руками.

Я потёр бровь и сказал:

— Ясно. Отошёл вон туда, — для верности отправил в ту сторону силу, взметнув ей пыль с земли и очерчивая ясно видимый круг.

— Так это, а сколько плат…

Я надавил силой уже на него и повторил:

— Вон туда.

Едва грязнуля отошёл, постоянно озираясь, Зеленорукий негромко похвалил:

— Отличный контроль, младший господин.

Я даже оглянулся, проверяя, не Седой ли стоит позади. Нет. Ухмыляющийся Зеленорукий.

Отвернувшись от него, приказал:

— Следующий.

А вот при виде него мне пришлось давить довольную ухмылку. Если над грязнулей было лишь крошечное облачко выполненных, едва заметных контрактов, то над этим ярко горела печать в два цвета. Неужели это то, о чём я думаю? И отличный артефакт защиты от мастеров Указов. Случайно завалялся, да?

— Старший! — принялся тот повторять всё то, что происходило перед ним. — Я рад…

Я благосклонно выслушал его, довольный тем, сколько времени он даёт мне для обмана его артефакта. Неспешно задал свой вопрос:

— Возвышение?

— Предводитель Воинов первой звезды.

— Какой талант ты…

Печать в два цвета стала моей, символы Древних в ней расплылись, распались на мелкие строки, заставляя меня довольно улыбнуться про себя. О да. Гость от кого-то из Морлан. Соглядатай, которому приказали присоединиться ко мне и докладывать обо всём, что у меня происходит.

Разумеется, я не стал ни кричать, ни возмущаться. Я даже забрал силу души обратно себе, вернув печать Указа его истинному владельцу. Нет, таких людей нужно держать рядом с собой. Тем более что и с Возвышением он не солгал, и сражаться умеет.

Очертил силой новый круг.

— Стань туда.

Следующий меня тоже удивил. Наглостью.

— Я Предводитель третьей звезды. Сколько ты заплатишь мне, если я присоединюсь к тебе?

— Если ты хочешь, чтобы тебе платили, то иди в Дом Найма.

— Не-не-не, так не пойдёт. Ты позвал меня, и я…

Я перебил его:

— Старший.

— Чего?

— Ты сказал, что у тебя третья звезда. Если ты не способен с первого взгляда понять моё Возвышение и положение, то я прямо говорю тебе — у меня звёзд больше, за мной десятки людей, поэтому, младший, называй меня старшим.

Если он и смутился, то самую малость, став чуть косноязычным.

— Так это, так положено называть только тех, кто старше на этап. Ты Властелин Духа?

Артус хохотнул:

— Ха! А ты ревнитель традиций?

— Чё?

Артус полыхнул выплеснутой из себя силой:

— Похоже, тебя не помешает поставить на место, младший!

Я остановил его:

— Прекрати.

Он бросил на меня удивлённый взгляд, но втянул в себя силу. Наглец и ревнитель традиций выпрямился и протянул:

— Вон оно как. И платить не хочешь, и своих шавок науськиваешь на тех, кто не унижается перед собой.

Артус изумился:

— Наниматель, он что, бессмертным себя возомнил?

Вопрос был хорош. Нужно либо иметь немалую силу, чтобы так нагло себя вести, либо искать возможность умереть, либо…

Зеленорукий усмехнулся:

— Приказ есть приказ.

Он буквально на миг опередил мои мысли: либо прийти сюда по приказу и нарочно выводить меня и моих людей из себя. И отсутствие печатей над ним ничего не значит. Верно служат и без них.

Что будет, если Мечи сейчас убьют этого наглеца? А что будет, если ему просто отрубят руку, как недавно требовала Дарая? Не набегут ли в то же мгновение стражники города?

— Пересмешник, сколько ты ощущаешь стражников на ближайших улицах?

— М-м-м, больше трёх, нет, больше четырёх десятков.

Зеленорукий хмыкнул:

— На три десятка больше чем нужно.

А я продолжил разговор с наглецом:

— Хорошо, младший. Я позвал тебя, и ты почему-то наивно думаешь, что я должен платить тебе за службу.

— А что, нет? — изумился наглец от Морлан. — Или я за твою красивую мордашку должен присоединиться к твоей фракции Поломанной Железки?

Я только покачал головой:

— Ну что ж ты так в лоб?

— Чё?

— Я спрашиваю, за чё я тебе платить должен? Что ты умеешь, кроме как портить о себе впечатление?

— Сражаться умею, — выпятил грудь наглец от Морлан. — Следы читать умею. В зоны запретов ходил. Начертания немного знаю, кузнечное дело немного знаю, в травах разбираюсь, неплохо их нахожу. Много чего умею. Сколько платить будешь, спрашиваю?

Я, не обращая на него внимания, перевёл взгляд на остальных, ждущих разговора со мной. Ждущих, глядящих на происходящее и обсуждающих между собой всё, что видят, слышат и думают. Шёпотом и мыслеречью, кому позволяло Возвышение.

Четыре десятка стражи? Да плевать.

Отправил к толпе пришедших присоединиться ко мне мыслеречь, чтобы быть уверен, что каждый из них услышит:

— Иногда вежливость, желание помочь и желание дать надежду на новую жизнь принимают за слабость. Иногда некоторые слишком уж рьяно следуют приказам, которые получили от своих старших , готовы в своём безумии даже пожертвовать жизнью ради служения.

Вроде намекнул достаточно жирно.

Снова вернул взгляд на наглеца и улыбнулся. Молча. Есть не только жизнь и раны.