Повесть о следопыте Найтдзи - Сладко спящий Страница 95

Неторопливая, методичная проверка тактик, умений, приёмов и заклятий на природном враге нежити.

Разум Безымянного находился в идеальной, гармоничной пустоте выполняемого предназначения.

Короткая вибрация породы и материала, покрывающего её, заставили невидимое тело сбиться с ритма и замереть, вслушиваясь в окружающий мир.

Нежить в целом, подобно многим другим расам, имеет мозаичный ареал обитания. Владения различных владык, королей и других правителей нежити могут быть разграничены сотнями километров сплошной породы и месяцами обходного пути, или же иметь общую границу и даже вести войны между отдельными фракциями. Событие междоусобицы является для нежити необычным, но не экстраординарным. В конце концов, именно внутривидовая конкуренция, как наиболее ожесточённая, лучше всего подталкивает эволюцию. Кроме того, естественный отбор – как бы не был механизм его реализации – проходящий внутри вида, почти не угрожает его существованию.

Строго говоря, Безымянный, как случайная мутация в операционной системе, был одним из примеров отношения ЦУП к подобным сбоям.

Любое изменение должно быть скопировано, размножено и всесторонне исследовано.

Нагнувшись, Безымянный поднял с пола оплавленную табличку из тугоплавкого сплава.  Усиленные чувства в сочетании с нейросетью, обученной расшифровке повреждённых надписей специально нанятыми репетиторами и годами практики, распознали надпись. Как и её значение. Вместе с сутью предмета и материала.

Sterne vor allem.

Обитатели далёкого юга Средних Планов, зажатые владениями роя Левиафан с запада, демонами и дроу с севера, водяными безднами с востока и юга, жили в государстве, насыщенном предметами с этим девизом.

Табличка была элементом бронирования. Одна из трёх круглых пластин, вместе образующих латную рукавицу, одновременно защищающую внешнюю сторону лучезапястного сустава, тыл кисти и пальцы.

Безымянный знал – находка загадочна, бессмысленна и парадоксальна.

В конце концов, южнее, за неторопливой подземной рекой, по имеющимся у него данным, располагался маленький, затерянный среди северных окраин их владений, форпост дроу.

Наличие всего одного элемента бронирования, пусть и оплавленного плазменным оружием или заклятьями Огня, в месте, отделённом от его носителей таким расстоянием? Части снаряжения рейдерских отрядов не находятся без носителей этой экипировки.

С другой стороны, страна, лежащая вне периметра, образованного берегом океана, владениями дроу и демонов, далёким и диким востоком, а также Долинами, лежала вне сферы интересов Пантеона.

Тем не менее, этот осколок снаряжения, что бессмысленно и парадоксально лежал здесь, на полу из выделений Червя, в ходу, прорытом Червём, пришедший из далёкой страны, не знающей истинной веры, будил в разуме Безымянного воспоминания.

Короткие вспышки, осколки видеофайлов, докладов и рапортов, что были сохранены в запасных банках памяти, хранившихся в теле одного из генералов Империи.

Аккуратно вернув пластину на место, Безымянный, подпрыгнув, застыл сокрытой маскировкой фигурой под потолком хода.

Они не были угрозой. Не для Империи Истинного Человечества – великой державы, контролирующей три из девяти Миров. Не для эльфов, проигравших свою войну за доминирование на Средних Планах, но крепко удерживающих оставшиеся под их контролем осколки Лесов. Не для демонов, превосходящих своих южных соседей на четыре поколения. Даже не для дроу, потомков Двенадцати Батальонов, тысячу лет назад загнавших этот… Райх под землю. Не для эткорпов, защищённых буферами других государств, ареалов обитания и просто стойбищ. Любой Рой фей разгромил бы их государство за, в худшем случае, пару столетий боёв.

В целом, они жили только потому, что никому, даже потомкам последних обитателей Святого Камня, не было дела до ещё одной расы Второй Волны.

Безымянный озадаченно моргнул. Воспоминание было… пожалуй, неуместным и бесполезным.

Если так подумать, имплантация в тело мумифицированной руки древнего генерала было авантюрой. И хотя, как и установка драконьего “зуба” в правую ладонь, дало множество полезных последствий, повысившаяся эмоциональность – иногда, если задуматься, он ловил себя на странно эмоционально окрашенных, непроизвольных и идеализированных, воспоминаниях о проживании в человеческом городе – была неожиданным эффектом.

Впрочем, тот же опыт, записанный в каждую часть разрушенного тела Баллуробоя, рекомендовал несколько простых способов эмоциональной перезагрузки.

Чтобы расслабиться, ему просто нужно было найти ещё немного гоблинов.

Убежище Длинных Ножей располагалось в зале, построенном в форме круглой двояковыпуклой линзы, с восемью симметрично отходящими в стороны ходами, который синхронно делали подъём на семь метров в высоту, после чего, описав дугу, спускались вниз, обратно на общую горизонтальную плоскость этой части Планов.

Очевидно, планировка служила примитивным и пассивным средством регуляции потоков воды. В центре зала располагалась круглая и неглубокая лужа, освящённая собранными под рефлектором в грубое скопление Звёздами, дающими равномерный голубой свет. Рисунок канавок на своде, очевидно, задавал направление тока воды, конденсатом оседающей на поверхностях и стекающей вниз, обратно в лужу.

Простая, надёжная, рассчитанная на тысячелетия эксплуатации, система замкнутого биоценоза из мхов и водорослей, травоядных гусениц, а также лягушек и рыбок, была полностью разрушена.

Всё это – как и планировку помещения – Безымянный окончательно понял, когда попал на порог стойбища через последний свободный ото Льда проход.

Неудачное тактическое решение – располагать пары часовых на обратной от поселения стороне горки.

Впрочем, гоблины считаются сервисной, а не полноценно разумной расой. Странно ожидать грамотных тактических решений от племени, ни один представитель которого не смог стать хотя бы шаманом.

Безымянный намеревался накрыть всё поселение площадной атакой, однако в последний момент передумал.

Существовала тактика, почти неприменимая в реальности. Тем не менее, зная о ней, он не видел причин не опробовать её в текущих условиях.

Лёд запечатал последний, восьмой ход из стойбища, оставив гоблинов наедине с сожранной, переваренной и исторгнутой системой, что обеспечивала их кислородом и едой.

Быстро свернув шею одному из противников, Безымянный, сокрыв и труп гоблина, закрепился на потолке и приступил к трапезе, восстанавливая запасы энергии и вещества.

Гоблины просыпались медленно, вразнобой.

Почёсываясь, низкие существа зелёно-жёлтого цвета поднимались с пологого, покрытого вытоптанным мхом или ободранного до чуть упругой основы, склона. Ходили, изредка переговариваясь на своём наречии.

Безымянный отметил отсутствие чёткой, видимой ему иерархии. Неблагоприятный признак. Отсутствие приоритетных целей на устранение.

Наблюдая за бесцельными движениями существ по залу, избегающими приближения ко входу в любой из восьми заблокированных им тоннелей, нежить предположил, что вся командная структура племени располагалась на периферии и была ошибочно принята за часовых.

В целом, концепция расположения лидера на переднем краю для большей оперативности командования или же с дальнего фланга для облегчения эвакуации, была знакома нежити. Как из личного опыта, так и расового, и унаследованного от Баллуробоя.

Командуя группой прототипов других моделей “Бес”-серии, он расположился в их