Последняя Ветрожея - Дженнифер Адам Страница 7

– Я не знаю! – Хотя погода в последние годы становилась всё более непредсказуемой, этот шквал был хуже всего, что она могла вообразить. Казалось, что все времена года спутались воедино, а родившаяся в итоге буря искрила сильной дикой магией. Но откуда она взялась?

Брида попыталась нащупать плетение чар так, как учила её матушка Магди, но вокруг клубилось слишком много противоречивых энергий, и она не могла отследить ни одну из них.

Кто же был настолько могущественным, чтобы сплести такие чары?

Снова сверкнула молния, но на этот раз раскат грома прозвучал гораздо дальше. Тучи прорвались, обрушив на лес секущую завесу холодного дождя. Дэв выронил лук и со стоном закрыл голову руками.

Ветер завыл, а потом унёсся прочь, забрав с собой дождь.

Выглянуло солнце, и небо прояснилось. Иней растаял, и пар поднялся клубами тумана от влажной земли.

Брида и Дэв смотрели друг на друга долгое потрясённое мгновение, а затем мальчишка крутанулся прочь.

– Слышать не хочу, что ты скажешь. Я расскажу Совету Благоразумий, что ты сделала это нарочно! – крикнул он через плечо, а затем устремился в заросли.

– Я ничего не делала! – закричала Брида. – Дэв, подожди! Ты забыл свой лук… – Но тот уже скрылся из вида. – Ладно. Будь что будет.

Она пинком отбросила лук в заросли ядовитого плюща – пускай Дэв потом повеселится, отыскивая его, – и повернулась за своей корзиной, заторопившись домой, чтобы рассказать матушке Магди о случившемся.

– О, шипы и колючки, – пробормотала она, подбирая корзинку. Буря опрокинула её, разметав стебли, листья и цветы, которые девочка так старательно собирала. Что не унесло ветром, то почернело от мороза или было втоптано в грязь, а начинать всё сначала было уже поздно.

Теперь её ждали ещё большие неприятности.

* * *

Злость Бриды на Дэва и беспокойство из-за странной грозы начали рассеиваться, когда девочка приблизилась к дому, бывшему её мирным прибежищем.

Домик матушки Магди устроился на опушке леса, похожий на дружелюбную черепаху. Это был старый серый и приземистый деревянный дом, но окружавшие сады придавали ему грубое очарование, которое отвлекало взгляд от изредка протекающей крыши.

Небольшой яблоневый сад – он давал самые хрустящие, самые сладкие, самые красные яблоки на свете – рос в юго-восточном углу поляны рядом с ульями и грядкой фиолетового клевера. Центр двора занимал круглый аптекарский огород с травами, а вдоль западного края растянулась овощная грядка. Кусты ежевики, земляника и кривая деревянная шпалера, поддерживающая виноградную лозу, окаймляли двор с восточной стороны.

На каждом свободном пятачке росли цветы. Колокольчики и борец клобучковый, анютины глазки, орхидеи и лилии. Лунная лоза и подсолнухи. Жимолость и подснежники.

И розы. Розы повсюду.

Все растения во дворе матушки Магди можно было использовать для приготовления снадобий и чар, но не все растения, необходимые ведунье, можно было выращивать. Некоторые были действенны только в диком виде, и собирали их по мере необходимости, к большому сожалению Бриды. Девочка нахмурилась и оттёрла с запястья пятно грязи.

Её пони Лопух пасся на пастбище за садами вместе с Бархаткой, изящной каштановой кобылой матушки Магди. Они толкали друг друга носами и жевали траву бок о бок, помахивая хвостами в лучах клонящегося к закату солнца.

Брида уронила пустую корзину себе под ноги и облокотилась на край ворот, положив щёку на руки. Капли воды стекали с её волос, только-только касавшихся плеч. Ей хотелось остаться и понаблюдать за лошадьми, пока солнце не высушит промокшую под дождём одежду. А ещё лучше – просто ускакать на Лопухе и затаиться, пока матушка Магди не забудет о своём наказании.

Но ведунья ничего не забывала. Рано или поздно Бриде придётся показаться ей на глаза. Просто стоит пообещать, что завтра она будет стараться изо всех сил.

Кроме того, матушке Магди следует знать о магической буре.

Снова подхватив корзину, Брида со вздохом направилась к домику.

Шорох в кустах сирени у крыльца выдал козу Крапиву, набившую полный рот листьев. Брида остановилась, чтобы почесать Крапиве голову, а затем поднялась по косым ступенькам к двери.

Скинув сапожки из мягкой кожи, она оставила их под лавкой на крыльце, а корзину для трав поставила сверху. Почти весь день насмарку.

– Матушка Магди, я… – начала было девочка, входя в домик.

Но ведунья стояла перед окном, выходящим на дальний лес, и что-то нашёптывала жемчужно-серому голубю. Птица качнула головой и подняла лапку с прикреплённым крошечным цилиндром. Брида таращилась в удивлении, пока Магди осторожно снимала цилиндрик. Потянув за бечёвку, она сломала сургучную печать и развернула лист тонкой бумаги.

Посыльный голубь!

Крылатые письма были запрещены Законом Королевы, и всякому, кто держал голубятню, в случае поимки грозило наказание – что, впрочем, не останавливало отчаявшихся смельчаков. Брида изредка видела посыльных голубей, пролетавших по лесу с примотанными к лапкам маленькими кожаными трубочками. Она даже выхаживала одного такого со сломанным крылом, хотя делать это пришлось втайне. Брида и не знала, чтобы матушка Магди прежде получала крылатое письмо. Что за весть была так важна – и так потаённа, – что её нужно было доставлять ведунье с запретным голубем? Кто мог позволить себе так рисковать?

Магди хлопнула ладонью по подоконнику, напугав птицу. Голубь щёлкнул клювом, забил крыльями и снова замер, насторожённо поглядывая на ведунью.

– Клятые кости, – выругалась Магди. – Подожди минутку. У меня будет ответ.

Брида не могла поверить своим ушам. Матушка Магди никогда не ругалась.

Эта записка точно не предвещала ничего хорошего.

Магди оглянулась, только теперь заметив Бриду.

– Ты почему такая мокрая? – Она покачала головой. – Не важно. Принеси блюдце воды и немного зёрен из жестянки на верхней полке, а потом переоденься. – Озабоченность читалась в морщинах у неё на лице, а слова были отрывистыми и резкими, как если бы ей приходилось вырывать их зубами из воздуха. Маленький шрамик под правым глазом Магди – результат несчастного случая в детстве, о котором она отказывалась говорить, – ярко алел, как бывало, когда она была расстроена.

Что-то всерьёз разладилось.

Вопросы вертелись у Бриды на языке, но она сжала губы и заторопилась выполнить поручение Магди.

Насыпая в глиняное блюдечко немного птичьего корма, Брида краем глаза наблюдала за матушкой Магди. Магди жила в Дубовой лощине всегда, сколько помнилось местным, и, по-видимому, не имела семьи. Дважды в год она навещала Вилицу Сорин, ведунью, жившую по другую сторону залива в Гранитной бухте. Но матушка Вилица никогда бы не прислала крылатое письмо – ведуньям приходилось быть осторожными, чтобы не привлекать лишнего внимания, и она не стала бы рисковать.

В чём