Жуткая история. Кот - Ксения Горькая Страница 54

он прижался к нему губами, и на Хёну буквально обрушилась чудовищная лавина его энергии. На контрасте со слабым безвкусным потоком девушки энергия Кая, да еще и в таком объеме, – просто ошеломляла, и ему потребовалось несколько секунд, чтобы взять себя в руки, постепенно сводя поток на нет. Зато стало ясно, зачем Кай это сделал – чтобы показать, насколько неконтролируема была сила инкуба.

Хёну отстранился и, встретившись полным ужаса взглядом с Каем, выглянул из-за его плеча, чтобы проверить девушку. Она была жива – сидела, все так же счастливо улыбаясь, правда, ее немного потряхивало. Это было так чудовищно близко.

– Ты понял, что только что произошло? – Кай смотрел очень серьезно и все еще прижимал его к стене, видимо, на всякий случай.

– Да. Я… я плохо чувствовал ее энергию и подумал, это из-за того, что я сдерживаюсь слишком сильно, поэтому увеличил поток. Но ее энергия оказалась слабой сама по себе, и я даже не понял, что забираю у нее слишком много. Боже, – Хёну уронил голову на плечо Кая и обнял его, сжимая пальцами тонкую шелковую ткань. Его била крупная дрожь. – Хорошо, что ты был рядом. Я бы убил ее.

Рука Кая расслабилась, выпуская ворот футболки. Он обнял его за плечи и, успокаивающе поглаживая по голове, произнес на ухо:

– Все в порядке, ничего страшного не произошло. Хани… – он запнулся. – Тебе надо отпустить ее, пока подруги ее не хватились.

– Да, сейчас…

Хёну нехотя выпустил Кая из объятий и опустился на колени перед девушкой.

– Прости, мне очень, очень жаль. Я не предполагал, что так получится.

Она снова широко улыбнулась, неловко растягивая дрожащие губы.

– Ох, – он испытал острую волну отвращения к себе. – Смотри на меня, ладно? Глубоко вдыхай вместе со мной и выдыхай по чуть-чуть, пока я считаю до четырех, хорошо?

Девушка согласно закивала.

Хёну поднял руку на уровень глаз и показал пальцами – раз, два. Он глубоко вдохнул, девушка повторила за ним. Выдох. Раз, два, три, четыре. Пара минут дыхательной гимнастики, и она перестала дрожать и стучать зубами.

– Хорошо, – он поправил ее немного растрепавшиеся локоны. – А теперь возвращайся к своим подругам и скажи им, что мы поцеловались, но тебе не понравилось и ты меня отшила, ладно?

– Но мне понравилось, – девушка надула губы, а Хёну нервно рассмеялся.

Энергия от поцелуя Кая, из-за которой приятно покалывало кончики пальцев, подсказала, что нужно сделать. Глаза засветились голубым:

– Тебе не понравилось, и ты меня отшила. Больше ничего не было.

– Мне не понравилось, и я тебя отшила. Больше ничего не было, – послушно повторила она.

– Умница, а теперь иди, – Хёну мягко улыбнулся ей и поднялся с пола.

Девушка встала с дивана и немного неуверенно вышла из комнаты, щелкнув замком.

Хёну плюхнулся на сиденье и закрыл лицо руками, склонившись вперед.

– Да что, блядь, не так со мной…

– Только что ты отлично справился с внушением. – Кай стоял у стены, с задумчивым видом скрестив руки на груди.

– Ага, а до этого чуть не выпил ее полностью, – он взъерошил волосы на затылке.

– Не надо так изводить себя за ошибки. Тем более эта технически никому ничего не стоила, – он подошел и сел на диван рядом. – Ты еще учишься, Хани, никто не ждет от тебя мгновенных результатов. Совершать ошибки – нормально. Я буду рядом, чтобы помочь тебе исправить их или, если повезет, даже предотвратить.

Хёну поднял голову и озадаченно посмотрел на него.

– Как… как ты меня только что назвал?

Молния

Кай несколько раз быстро моргнул и отвел взгляд.

– Кай?

Он молчал. Хёну со своего места слышал, как колотится его сердце.

– Знаешь, – он продолжал смотреть, слегка прищурив глаза, – я могу допустить, что за сотни лет ты профессионально научился притворяться влюбленным, чтобы не отталкивать людей. Но мне-то ты рассказал правду.

Кай с неохотой поднял на него смятенный взгляд.

– Я не вижу рациональных причин, зачем тебе притворяться со мной. Зачем делать столько для меня. Зачем проявлять такую нежность. Зачем… давать мне ласковое прозвище.

– Слушай, я…

– Только, я тебя прошу, не ври мне.

Они молчали довольно долго. Хёну дал ему время собраться с мыслями, но всем своим видом показывал, что не намерен спускать эту тему на тормозах. В конце концов Кай негромко произнес:

– Я не врал тебе, когда говорил, что физически не могу испытывать любовь. Но твоя сила… Что-то меняется. Твое воздействие будто накапливается во мне, – он прикоснулся рукой к своей груди и сжал ладонь в кулак. – Иногда эти чувства возникают, даже когда ты не используешь силу; когда просто касаешься. Иногда после использования силы они задерживаются намного дольше, чем можно было бы ожидать. Я не врал тебе, – он повторил упрямо, вновь утыкаясь взглядом в пол.

Сердце Хёну дрогнуло. Он протянул руку и ласково провел по его скуле, а потом погладил по волосам, облегченно выдыхая.

– Я знаю. Все хорошо.

Мог ли он позволить себе надеяться, что именно это спасет Кая? Что постепенно эта сила будет возвращать его чувства все чаще и на более долгий срок и что в какой-то момент они останутся навсегда? Никакой ясности не прибавилось, но даже слабая призрачная возможность заставляла его ощущать теплое распирающее чувство в груди. У них наконец-то появилась хоть какая-то надежда.

– Могу я… – Кай вдруг взял его за руку и повернулся к нему, лишив дара речи.

Хёну никогда прежде не видел его лицо таким, даже не подозревал, что он вообще может так выглядеть: Кай смотрел снизу вверх, его глаза с черными стрелками ресниц были вопрошающе распахнуты, брови чуть подняты, верхняя губа вздернута. Пантера… сейчас он выглядел как котенок. Пожалуй, самый невинный и очаровательный котенок на свете.

– Могу я называть тебя так?

Хёну чуть не взвыл от щемящей нежности, которая буквально рвала его сердце в клочья.

– Господи, конечно… Конечно, ты можешь, – он сгреб его в охапку и крепко прижал к себе, стараясь не задушить от обилия чувств. Каким образом эта трогательная наивность уживалась в нем с чувственной сексуальностью? Просто невероятно.

Кай обнял его в ответ, несмело прижавшись грудью. Хёну почувствовал, как громкие удары его сердца эхом раздаются внутри, его собственное сердцебиение, казалось, ускорялось, чтобы уравнять ритм.

– Твое сердце так колотится, – Хёну гладил его по спине, ощущая теплый шелк под пальцами.

– Я давно не чувствовал столько всего сразу, – тихо признался он и уткнулся носом в плечо Хёну.

Они какое-то время сидели так – Хёну шептал ему