Чудесные механизмы - Цинхань Цэцэ Страница 52

Отблески от пламени очага упали на лицо А-Нань, подсвечивая ее прелестные ямочки на щеках и блестящие зрачки. Девушка протянула правую руку, демонстрируя ему.

Пальцы А-Нань были тонкими, длинными и полными силы, но на некоторых местах кисти, которые обычно редко используются (например, между пальцами), было множество застарелых мозолей, на тыльной стороне ладони и пальцев тоже было немало мелких шрамиков. И вообще, такая широкая и толстая ладонь, такие сильные пальцы не походили на руки девушки.

– Обучение, которое я проходила с детства, позволяет мне четко контролировать любой предмет, который я держу в ладони. Секретные механизмы, все виды оружия и инструментов… Ну и кости тоже, разумеется. – Ее пальцы ловко сжимались и разжимались у него на глазах.

Отблески пламени скакали по ее руке, они будто стерли все шрамики, оставив только пять утонченных пальцев.

– Потрогав те три кубика, я сразу поняла, как мне контролировать их скорость и направление вращения. Потом мне было достаточно только слегка скорректировать приложенную силу, и нужное мне число легко выпало. – А-Нань убрала руку, сжала кулак и снова расслабила ладонь, приблизив ее к огню.

Чжу Юйхэн внимательно всмотрелся в руку девушки. В отблесках огня она казалась ярко-красной, как будто он мог видеть бежавшую под кожей кровь.

– Вот только… – Тут А-Нань со смехом схватила его руку, без капли смущения стерла с нее пепел и сказала: – Ты бы мог еще больших успехов достичь, потому что у тебя уникальные руки, такие только Небом могут быть дарованы.

Руки Чжу Юйхэна поблескивали в свете огня, вокруг них словно образовался сияющий ореол. Аккуратно подстриженные ногти походили на блестящие жемчужины, костяшки были утонченными и не бросались в глаза. Эти руки словно выточены из мрамора, наполнены огромной силой, в них не имелось никаких изъянов.

Чжу Юйхэн опустил глаза, погрузившись в ощущение от прикосновения ее пальцев, порхавших по его коже. Крепко стиснув губы, он пытался взять свое тело под контроль и не шевелился.

– Зачем тебе понадобились мои руки?

– А это уже не твоего ума дело. Я найду им применение. – А-Нань перевернула его руки и принялась рассматривать ладони.

С раннего детства Чжу Юйхэн начал обучаться езде верхом и владению оружием, поэтому его ладони были испещрены мелкими мозолями, единственный изъян этих прекрасных рук. Линии на ладонях были отчетливыми, практически не было ни одного запутанного или расплывчатого штриха, они безапелляционно расчерчивали руки юноши вдоль и поперек.

У каждого человека свой характер, который со всеми подробностями оказывается расписан в линиях на ладони. А-Нань подумала про себя, что юноша наверняка человек стойкий и решительный, способный действовать без колебаний.

Она вздохнула, наполнившись какой-то непонятной Чжу Юйхэну радостью, и медленно подняла на него глаза, произнеся:

– По правде говоря, с такими уникальными руками да в придачу с твоими способностями к подсчетам, нужно только дать часам и дням накопиться, и твое имея непременно станет легендарным!

Чжу Юйхэн холодно усмехнулся, ничего не ответив.

Нужно только дать часам и дням накопиться.

Сейчас ему больше всего не хватало именно часов и дней.

Увидев по его лицу, что юноша не придал особого значения ее словам, А-Нань придвинулась поближе и похлопала по плечу:

– Это правда! Вот я, например, когда бросаю кубики, могу полагаться только на способности рук, а ты еще и в один миг способен проанализировать обстановку: скорость выброса кубиков, точка падения, расстояние, которое они прокатятся, даже гладкость поверхности стола, силу трения воздуха… С твоей способностью к подсчетам ты можешь управлять вообще всем! Нужно только выполнить расчеты досконально, а дальше использовать точность твоих рук, и я убеждена, что тогда во всей Поднебесной не останется ничего, что бы ты не смог контролировать.

Слушая воодушевленную речь девушки, Чжу Юйхэн не удержался, и на его все время до этого безразличном лице проявилась саркастическая усмешка.

С самого рождения на него были возложены ожидания всей Поднебесной, каждое его слово и действие привлекало к себе всеобщее внимание, всем было известно, что однажды наступит день, когда все девять областей окажутся в его руках, а от одного его жеста будут зависеть судьбы миллионов.

А она предлагает ему контролировать крошечный игральный кубик – это просто смешно!

– Поднебесная огромна, какой смысл мне учиться контролировать какой-то кубик или азартную игру? – холодно отклонил он предложение А-Нань.

– Ай-ай-ай, вот это замашки – всю Поднебесную ему подавай! Кто бы мог подумать, что ты всего лишь старший дворцовый евнух? – цокнула языком А-Нань, передразнивая его.

Чжу Юйхэн слегка переменился в лице и бросил на нее пронзительный, острый как лезвие взгляд.

Столкнувшись с его, казалось, врожденной способностью подавлять волю других, А-Нань, ничего в этой жизни не боявшаяся, претерпевшая бесчисленное множество бурь и испытаний, почувствовала, как по спине пробежал холодок, а все тело словно одеревенело.

Какой же он жуткий…

Изначально девушка собиралась расспросить его о стрекозе, но в сложившейся обстановке ей ничего не оставалось, как отложить эту затею. Поднявшись на ноги, А-Нань проинструктировала его:

– Как закипит, подготовишь мне воду для умывания. Да, кстати, я чуть погодя дам тебе три кубика, твоя задача как следует потренироваться с ними сегодня вечером, чтобы завтра к утру ты выкинул мне три «шестерки».

Услышав «вода для умывания», Чжу Юйхэн не сдержался и снова бросил на А-Нань ненавидящий взгляд. Та полностью проигнорировала это:

– И пошевеливайся, уже светать скоро будет.

Приятно, когда тебе прислуживают, можно все делать с размахом.

Скрепя сердце Чжу Юйхэн следовал указаниям А-Нань: наполнил большую деревянную кадку теплой водой, положил поблизости бобовую пасту для умывания, лепестки цветов и ароматное мыло, постелил перед кадкой ковер, а на туалетном столике аккуратно разложил шелковое полотенце, цветочные духи, масла, кремы для лица и полоскание для рта.

Когда приготовления были закончены, девушка выпроводила Чжу Юйхэна из комнаты и заперла дверь.

Как говорится, осторожность никогда не бывает лишней, поэтому, нежась в приятной ванне, А-Нань все же испытывала некоторое беспокойство по поводу своего нового домашнего слуги – в конце концов, их предыдущие встречи почти всегда приводили к схватке не на жизнь, а на смерть.

Купаясь, А-Нань между делом взяла со стола бронзовое зеркало. Протерев запотевшую поверхность, она повернула его под определенным углом, и на стекле отразилось другое зеркало, укрепленное на балке и повернутое наружу. Затем, достав из ящика маленькое зеркало с выпуклой сферической поверхностью, А-Нань направила его на отражение в зеркале, которое держала в руке. Таким образом, ее зеркало могло улавливать изображение с зеркала на балке и проецировать происходящее