По следу демона - Илья В. Попов Страница 47

– Вам не нужно винить себя, – попытался подбодрить старика Кенджи. – Вы не виноваты в их смерти. Это было их решение, не ваше.

– А кто сказал, что я в чем-то виноват? – фыркнул Рю. И тут на миг проявившийся в нем парень, до сих пор горюющий о погибших друзьях, снова стал брюзжащим, ехидным стариком. – Мозгов у нас было еще меньше, чем у вас, именно поэтому я хочу, чтобы вы не забывали, куда идете и чем рискуете. В монастыре таится великое зло, но не меньше опасностей ждет на подступах к нему. Помимо зверья, эти горы населяют цутигумо, тэнгу и другие демоны. А еще в них скрываются беглые бандиты и целые банды ронинов, совершающие набеги на прибрежные деревеньки. Если нас не настигнут когти демонов и мечи головорезов, мы всегда можем сорваться в пропасть на какой-нибудь узкой тропке или быть погребенными под каменным завалом. Кто-то из нас может погибнуть еще до того, как мы преодолеем и треть пути. – Взгляд его переместился на Шу. – И, скорее всего, это будешь ты, жирдяй.

Услышав это, тот аж поперхнулся. Кое-как откашлявшись и утерев слезы, Шуноморо с обидой протянул:

– Это еще почему?! Во-первых, я не жирный, а рослый. Как и все в нашей семье. Во-вторых, из нас троих я – самый опытный воин! Да сам мастер Вэн говорил, что я…

– Вэн? – фыркнул Рю. – Это часом не тот дылда из Хидзу, который заставлял послушников часами сидеть по уши в болоте, наблюдая за всякими квакающими тварями, и ловить куропаток голыми руками? Ну да, ну да. Если он тебя похвалил – могу лишь посочувствовать.

– Но… он же монах шестой ступени… – растерянно пробормотал Шу и по очереди взглянул на Кенджи и Макото, словно ища у них поддержки.

– Да хоть шесть раз шестой, – лишь махнул рукой старик. – Я пять месяцев пытался научить его технике Тигриной Поступи и, похоже, слегка перестарался. Надо было поменьше бить его по голове. Если попадешься в сети цутигумо – обязательно расскажи им о своих достижениях. Быть может, они лопнут со смеху, прежде чем тебя слопать. Ладно, не расстраивайся – вдруг нам понадобится отличить лягушку от жабы и твои навыки окажутся весьма кстати. Думаю, пора спать. – Широко зевнув, он растянулся на земле и с головой укрылся плащом, который до того утащил у Макото. – Встаем мы рано, так что советую последовать моему примеру. Если я услышу утром хоть один недовольный стон – будете по очереди нести Камень Жалобщика.

Шуноморо открыл было рот… но через несколько мгновений закрыл его и снова взглянул на Кенджи. Однако в ответ тот лишь развел руками. Да, характер у их нового знакомого далеко не легкий, но что поделать. Могло быть и хуже. Во всяком случае, с ним у них появился хоть какой-то шанс добраться до Одиннадцати Звезд и спасти Сато. Если, конечно, еще не поздно.

Несмотря на слова старика, они еще какое-то время сидели у костра, молча наблюдая за пляшущим огнем. Хоть мышцы Кенджи и сводило от усталости, сон к нему не шел, как и к остальным. Макото тем временем, достав из мешка небольшую щеточку, принялся чистить свои пистоли. Делал он это скорее для того, чтобы занять руки, нежели от необходимости, так как в блестящую сталь можно было посмотреться, будто в зеркало. Шуноморо же, скрестив руки на груди, наблюдал за этим процессом, не скрывая отвращения.

– Что? – в недоумении спросил Макото, заметив его презрительный взгляд.

– Не понимаю, как ты вообще носишь эти штуки, – проворчал Шу. – Ружья и пистоли – оружие трусов, не воинов. Врага нужно убивать, глядя прямо ему в глаза, а не прячась, будто малец, подсматривающий за купающимися девками.

– Но на лук Кенджи ты не смотришь как на прилипшую к подошве коровью лепешку, – возразил Макото.

– Лук требует немалой подготовки, – не сдавался Шуноморо. – Слабак даже не натянет тетиву, тогда как из ружья может стрелять любой крестьянин. Настоящий самурай, уважающий себя и дорожащий честью, и не притронется к этой хлопушке.

– То-то все Дома убить готовы за пару лишних ящиков этих игрушек, – ухмыльнулся Макото.

– Слишком многие позабыли о настоящем пути воина, – нахмурился Шу. – И сражаются как звери. Что бы сказали предки, увидев в наших руках эти бахающие штуки, наносящие столь ужасные раны? Я знал великого воина, одержавшего немало славных побед. Он свято соблюдал кодекс чести, но это не помогло ему против какого-то трусливого сопляка, чей выстрел просто разворотил несчастного. Его внутренности превратились в месиво, а умирал он почти полдня, крича от боли. Ни один самый опытный лекарь или целитель не смог бы ему помочь. И все это натворил кусочек железа!

– Думаю, они бы сказали что-то вроде: «Жаль, что этих бахающих штук не было в наше время», – с невинным видом произнес Макото.

– Тебе смешно, – с кислой миной произнес Шу и покачал головой, – а мне печально. Кем мы станем, если позабудем…

– Узнаю слова старины Вэна, – вдруг подал голос Рю. – Помнится, тот тоже зачитывался пыльными книжками и ходил потом вздыхал, как упали нравы. Подозреваю, что особо толстый том в детстве упал ему на башку, – это бы многое объяснило. А сейчас или вы заткнетесь, или каждый завтра утром получит Палку Болтуна.

Кенджи хотел было спросить наконец, что это за палки и камни, о которых талдычит старик, но потом решил не рисковать. Тем более что глаза его уже понемногу слипались. Он растянулся на земле, положив под голову запасной плащ, вполуха слушая треск костра и Шу с Макото, продолжающих шепотом переругиваться, и вскоре уснул.

Кенджи проснулся еще до рассвета. Разбудил его храп Шуноморо – здоровяк гремел, точно барабан. Подняв голову, Кенджи увидел Рю, который тоже успел проснуться. Поджав под себя ноги, старик чертил что-то палочкой по земле, изредка хмыкая и бормоча себе под нос.

Добудиться Макото и Шуноморо, которые, видимо, проспорили остаток ночи, оказалось куда более трудной задачей. И если второй кое-как, но все же разлепил глаза, ворча и зевая, то вот юного Такэга старику пришлось наградить парой пинков и даже облить водой.

Все оставшееся время Рю не переставал ворчать. И, быть может, вскоре бы он устал и замолк, да вот только Макото не уставал огрызаться, чем