Капитан Ульдемир: Наследники Ассарта. Может быть, найдется там десять? - Владимир Дмитриевич Михайлов Страница 43

Хену Готу все было ясно. Он повернулся и пошел, стараясь ступать как можно более независимо. Хотя получалось это не очень достоверно.

Вернувшись, он был выслушан Охранителем тут же, перед входом в подвал. Дослушав до конца, тот кивнул:

– Да, мне уже доложили – была замечена группа машин… Жаль, что донесли с запозданием: я мог бы перехватить его на дороге. Ну хорошо. Теперь ты сделаешь вот что…

– Не могу ли я повидаться с дамой, Верховный Командующий?

– Меня называют – Предводитель Армад. Запомни. А что касается дамы – я уже поговорил с нею. Она находилась в одном доме с Магистром. Там ее и нашли мои солдаты. Сейчас ты отправишься вместе с ними туда, дождешься Магистра, если там его не окажется, и передашь ему, что я приглашаю его немедленно явиться ко мне. Не скрывай, что женщина находится здесь. Это поможет ему поторопиться. Ты понял?

Историк понял, что становится кем-то вроде посла по особым поручениям.

– Мне передать, что его приглашает Предводитель Армад…

– Скажи просто: его вызывает Охранитель.

– Охранитель?

– Он поймет.

– Но все же я хотел бы еще раз увидеть…

– Ты еще здесь?!

После такой отповеди историку осталось лишь присоединиться к ожидавшим его солдатам и отправиться в путь.

Одного из своих защитников Хен Гот узнал сразу. То был солдат – а может быть, не буквально солдат, но какой-то малый чин, – на которого там, в подвале, смотрела Леза так, как на него, историка, – никогда. Вторым был здоровый, мрачный, быкообразный тип. При одном взгляде на него по спине начинали бегать мурашки.

Однако же конвой себе не выбирают. Эти хоть выглядели надежно. Но Хен Гот никак не мог понять, хотя и не раз поглядывал на первого солдата: что Леза нашла в нем такого, чтобы так глядеть?

Такие вот мысли его занимали. Настолько, что он даже запнулся о какую-то, словно специально брошенную под ноги бетонную булыгу и чуть не упал. Шедший сзади бугай удержал его за плечо и – в наказание, что ли? – хлопнул пятерней по заду. Как маленького.

– Да ты что! – возмутился Хен Гот.

– Хорошая задница, – одобрительно сказал солдат. – Шагай, не спи.

Историку и не до сна было.

8

Получив неожиданный пинок, Миграт стремительно откатился в сторону и вскочил.

Перед ним стоял вигульский солдат с автоматом на изготовку. Его лицо не выражало угрозы; видимо, он не впервые общался с местным жителем и не ожидал от встречи никаких неприятностей. На ломаном ассартском солдат пригласил:

– Идти давай.

И слегка повел «циклоном», как бы указывая дорогу.

Миграт колебался долю секунды. Встреча с Охранителем была, безусловно, желательной, а может быть, и необходимой. Но для того чтобы разговаривать на равных, никак не следовало представать перед бывшим начальником под конвоем одного из его солдат. Вряд ли их планы будут совпадать не только в подробностях, но и в главных чертах: для Охранителя Ассарт, да и все скопление, всегда будет оставаться лишь фигурой в игре, для Миграта же он был главным и, пожалуй, единственным, ради чего стоило бороться. Нет, к Охранителю он придет, только имея за спиной реальную силу. Большую силу…

– Ты пойти хорошо?

На этот раз в голосе уже прозвучала угроза.

– Пойти хорошо, – согласился Магистр.

Он и в самом деле сделал шаг в указанном направлении, таким образом приблизившись к солдату на нужную дистанцию. Тот хотел отступить на всякий случай и уже оторвал ногу от земли, чтобы шагнуть назад. Но не успел. Миграт взвился в воздух, ударил ногой в лицо. Солдат, падая, лишь приглушенно ахнул, давясь болью. Миграт успел подхватить оружие, чтобы металл не лязгнул о камни. Нанес еще один удар, выключая солдата надолго. Опустился на четвереньки, снял у лежавшего с ремня сумку с магазинами, рассовал их по карманам. Сейчас в городе вооружиться не составляло проблемы, среди развалин можно было, поискав, найти множество всякого оружия, а коли лень искать – легко было купить, оружие продавал каждый третий бездомный, и недорого. Но все же совсем иное было взять оружие у поверженного противника, ухоженное, готовое к бою. Никак нельзя было упустить такой случай.

Еще раз покосившись на солдата – тот разве что дышал, других признаков жизни не замечалось, – Миграт снова улегся на своем наблюдательном пункте. Немногим более минуты заняла вся операция, теперь можно было наблюдать дальше, следя еще и за тем, не двинется ли кто-нибудь в сторону того бывшего дома, на развалинах которого Миграт устроился. Впрочем, вряд ли солдата так скоро спохватятся: по всей вероятности, он шел не по какому-то приказанию, а просто – на добычу, может быть. Ну а что там Охранитель?

Он стоял уже около самого входа – задержался, разговаривая с кем-то, кто стоял к Миграту спиной, – с человеком в штатской одежде, вернее – в том, что от нее осталось: какой-то грязный и местами продранный кафтан свободно болтался на плечах человечка. Охранитель что-то внушал собеседнику, наставительно помахивая указательным пальцем, тот часто-часто кивал, словно канарейка клевала зернышки. Наконец Охранитель закончил свои наставления и скрылся – как удалось разглядеть Миграту, там сразу же начиналась лестница, уводившая вниз – в подвал, вернее всего. Второй же человек, со всем соглашающийся собеседник, подошел к одному из солдат, потянул его за рукав – тот нехотя повернулся и кивнул: видимо, ему было приказано сопровождать местного жителя. К ним тут же присоединился другой, и все они двинулись – человечка не то конвоировали, не то охраняли – в сторону, в которой укрывался Миграт. И тут наконец он узнал человека, в чьей фигуре ему уже ранее почудилось нечто знакомое: то был Хен Гот.

«Да, извилисто течет время», – подумал Миграт, сбегая со своей каменной кучи в противоположном направлении и заранее прикидывая, в каком же месте ему удобнее всего будет встретиться с этими тремя – но вовсе не для того, чтобы стать четвертым: четвертый, как Магистр всегда был уверен, – обязательно лишний…

Хен Готу не пришлось идти до самого дома, чтобы встретить Миграта. Он и сопровождавшие его солдаты не прошли и одного полета стрелы, как с очередной кучи битого кирпича на них обрушилось что-то, а вернее – кто-то. Через мгновение солдаты валялись на земле, а перед Хен Готом стоял разгневанный, все еще сжимающий кулаки Миграт.

– Пошли! – сказал он кратко.

И привыкший подчиняться силе историк послушно повернулся и зашагал туда,