По ком плачет рябина - Лисса Рин Страница 29

Зато этого очевидно желала призрачная толпа: сущи качнулись и медленно поплыли мне навстречу. Я напряглась и, обратившись к солнечному сплетению, выставила ладонь вперед, готовясь отразить любую атаку.

– Спокойно.

Тихий голос у самого уха сработал не хуже лопнувшей лампочки, отчего я чуть не испустила дух во второй раз. Тем временем, мужская рука мягко, но решительно накрыла мою выставленную ладонь, а мою талию обдало странным холодом.

Я попыталась отскочить, но широкая ладонь на моей тали надежно зафиксировала мое тело, не позволив даже развернуться. По моему кулаку заскользили злые искры.

– Говорю же, успокойся, – шепнул Морт и сжал мой кулак, загасив невольную магию, но разбудив угасшую было ненависть.

– Ты, – сквозь зубы прошептала я и снова дернулась. – Снова?

– Хочешь к ним? – не удосужившись ответить на мой вопрос, задал он свой.

И надо заметить весьма вовремя: за время наших препирательств сущи подплыли к нам почти вплотную и, выставив руки, поскребли ими воздух, явно намекая на желание познакомиться поближе и потеснее.

Недолго думая, из двух зол я выбрала самое сущее и, опустив кулак, затаилась.

– Я так и думал.

Голос Морта был по-прежнему тих, но я отчетливо уловила в нем надменные и самодовольные нотки и сжала губы, сдерживая ругательства. Страж тоже опустил правую ладонь и тихо щелкнул чем-то на поясе. Тут же по земле по-змеиному заструился изумрудный серпантин и устремился прочь, уводя за собой сущей, будто крысолов – обреченных пасюков. Каюсь, на какую-то секунду мне малодушно захотелось последовать за меньшим из зол.

– Правильный выбор, – снова напомнил о себе Страж за моей спиной.

От нахлынувшего раздражения я заскрипела зубами, в которых намертво застряли возмущение и огромное желание членовредительства.

– Уверен? – бросила я в ответ и, развернувшись к мужчине лицом, вновь подняла кулак.

Морт прикрыл глаза и устало потер виски.

Ну вот откуда, скажите на милость, явилась эта своенравная и до жути упрямая душа? Почему вместо того, чтобы мирно следовать за своим фамильяром к родным, она свалилась в Дартад? И не куда-нибудь, а прямо на его голову!

– Я разве не велел тебе оставаться в Дартаде?

– А я разве не просила тебя оставить меня в покое? – парировала несносная ведьма, гневно сверкнув глазами.

Пространство вокруг нее уплотнилось и стало куда ярче, чем прежде. На ее запястьях заплясали жалящие искры, а от самой девушки повеяло манящим живым теплом.

– Ты хоть понимаешь, чего просишь? – Риден безотчетно двинулся навстречу теплу, но почти сразу и остановился: воздух вокруг девушки буквально вспыхнул и заискрил. – И где находишься?

Страж слегка отстранился: больно. Для отвыкшей от живой силы сущности такие вспышки столь же болезненны, как для живого человека – жгучее пламя огня. И болит сильнее всего в груди. Там, где когда-то билось настоящее сердце.

Мужчина скривился от непрошеных образов.

– Да мне все равно! – отчаянно, даже с каким-то надрывом вскрикнула девушка. – Я просто хочу найти ма… мой венчик! – и она взмахнула рукой в сторону, отчего с ее пальцев слетели искры и, упав наземь, вспыхнули багрянцем.

– Аккуратнее! – Риден мгновенно высвободил кнут и начертал в воздухе направление, которому послушно последовал изумрудный кнут, но уже по земле.

Едва добравшись до сверкающей искрами и растущей прямо на глазах зеленой сочной травы, кнут накрыл собой осколки ее магии и, вспыхнув, зашипел, точно живой зверь от боли. После чего погас и сам, оставив после себя мертвую пепельную землю.

Внимательно понаблюдав за непродолжительной борьбой, ведьма перевела хмурый взгляд на свои пальцы, а потом сжала кулаки и скрестила руки на груди, спрятав ладони.

Риден прищурился: сообразительная. Но для безопасного существования в Закраине этого все же недостаточно.

– Тебе разве не сказали, как нужно вести себя в Закраине? – спросил мужчина, непроизвольно прикрыв ладонью глаза от яркого света ее магии.

В ответе Страж не нуждался. Спросил он скорее для того, чтобы хоть немного отвлечь девушку. Успокоить ее, унять бушующее в ее груди и готовое вот-вот вырваться пламя.

Это сработало: ведьма удивленно моргнула и немного выпрямилась. Склонив голову, кольнула недоверчивым взглядом, но, удостоверившись, что мужчина серьезен, задумалась. Пламя в ее груди неуверенно колыхнулось, потускнело и перестало искрить.

– Упоминали, – ответила ведьма, почесав переносицу. – Да только не догадывались, что я и правда сюда приду. Ну, – спохватилась вдруг она и озадаченно взлохматила волосы, – по крайней мере, не так скоро.

Риден удивленно уставился на девушку. Похоже, они сейчас говорили совершенно о разных вещах. Ведьма заметила его взгляд и спохватилась.

– А тебе-то какое дело? – девушка быстро облачилась в привычную броню из ядовитых шипов и подняла ладони. Правда, на этот раз ее пальцы больше не искрили. Похоже, понимая всю серьезность последствий, она теперь куда внимательнее следила за своей магией. – Чего ты вообще ко мне привязался? Зачем постоянно меня преследуешь?

Застигнутый закономерным требованием врасплох, Риден даже на мгновение застыл.

А ведь и правда, зачем? Зачем снова и снова находит ее и закрывает ее магию от ненужного внимания. Зачем, по привычке доставив ее в Дартад, он просто не бросил упрямую, своенравную и взбалмошную душу на попечение этого проклятого места, как собирался изначально? Да еще надел на нее отслеживающие Призрачные браслеты, потому что по какой-то неведомой причине был уверен, что она предпримет попытку выбраться за Арку. И точно знал, что последует за ней.

И ведь все именно так и получилось! Едва ощутив знакомое натяжение плети кнута, Страж тут же рванул к Арке. Впрочем, как позже выяснилось, Призрачные оковы оказались в принципе не особо-то и нужны – ее сияние в Мертвом мире разве что только плесень не учует. Поэтому отыскать яркую искрящую во все стороны ведьмочку во мраке стылого Дартада для Стража особого труда не составило.

Куда сложнее оказалось отыскать ответы на ее вопросы.

– Работа у меня такая, – невпопад брякнул мужчина, все еще пытаясь разобраться в ворохе внезапно нахлынувших непривычных чувств.

– Совать свое колдунство в чужие вязи? – тут же уточнила причина его смятения, не давая мужчине сосредоточиться.

– Вытаскивать чужие вязи из попчего кадила, – на автомате парировал Страж.

– Откуда? – от удивления девушка даже выпрямилась. Но тут же опомнилась и снова напряглась. – Меня не нужно ни откуда вытаскивать. Просто оставь меня