Повесть о следопыте Найтдзи - Сладко спящий Страница 178

Команда стояла на месте, пока все, похожие на прикрытие “Кроликова”, не покинули зал и балкон. И только затем, дождавшись подтверждающих кивков от напарниц, Найт скользящим шагом приблизился к стойке и забрал ключ, аккуратно, не касаясь его и стойки руками, надев на него изолирующий мешок.

Не сговариваясь, группа быстрым, но спокойным шагом, вышла прочь.

Чтобы тут же оказаться в штаб-квартире местной гильдии наёмников.

“Казармы Севера”, в отличие от “Продажных Клинков”, членский сбор в которых оплачивала вся троица, были ближе к военному подразделению, постоянно дробящемуся на патрули, чем к привычной Найту и Анне атмосфере конторы по выдачи заданий и общежития с тренировочными площадками.

Например, сейчас, за закрытыми дверьми, находилось, ориентировочно, шестнадцать разумных, половина их которых спали. В открывшуюся дверь другого помещения Найт успел увидеть дрессированного гоблина-уборщика и шестнадцать кроватей, большая часть из которых была застелена.

Учитывая наличие ещё одной двери, численность всей организации, предположительно, составляла от двадцати семи до пятидесяти девяти бойцов. Не слишком много, хотя и сопоставимо, насколько мог судить эльф, с собственной стражей Край-Порта, также известного как Послепорт.

Заведовал всем этим сидящий в отдельном кабинете рыжеволосый человек лет тридцати, явно скрывающий начавшее появляться ожирение под полным латным доспехом, лишённым разве что установленных рядом на стойке перчаток и глухого шлема.

Его рабочее место было отгорожено от общего зала двумя рядами массивных шкафов и перекрывающим прямой вход в условный кабинет столом того же тяжеловесного стиля.

- Говорить мне – коротко бросила Лина, уже сдвинувшая свой рюкзак, где до сих пор находилась голова полуэльфа, что их команда нашла на кухне башни волшебника.

Строго говоря, эта находка превратила попытку переговоров во вторжение, стоившее обитателям башни жизней, а Анне и Найту – привычного снаряжения.

- Будто вечность прошла, верно? – вздохнула блондинка.

Эльф прикрыл глаза. Да, напарница, похоже, читала его как открытую книгу.

- Пождём её снаружи? – тихо спросила блондинка.

Следопыт чуть вопросительно посмотрел на неё.

- Не хочу видеть переговоры об этом…

Найт даже не задумался. Не то, чтобы они понимал эмоции жрицы…

- Пошли.

Лина вышла из здания – технически говоря, его можно было также описать как очень толстую прямоугольную колонну, полую внутри – почти медленным, спокойным шагом.

Знающим её в той мере, в которой были с ней знакомы Найт и Анна, этого признака было достаточно, чтобы судить о её душевном состоянии.

Есть много видов ярости. Кто-то запирает её внутри, превращая в кипящий, вызывающий слёзы и истерику, как выбитый предохранительные клапана, котёл. Кто-то сразу выплёскивает её наружу, в громком скандале, кровавой резне или алкогольном угаре. Кто-то сублимирует, неторопливо, методично и крайне эффективно вычисляя оптимальную формулу последовательности азотистых оснований очередного вируса.

Есть много видов ярости, и много её внешних проявлений. Генетические и культурные различия, статистические погрешности индивидуальных особенностей – всё это описано во множестве трудов, по которым жрецы учатся применению своего, пожалуй, самого страшного социального навыка.

Переглянувшись, напарники молча последовали за номинальным командиром своего отряда, идущей плавным, чуть пружинящим, тщательно вычищенным от паразитных движений, умеренно быстрым шагом, в сторону южных ворот.

- Ненавижу такие ситуации – после долгого молчания, произнесла первые после своего посещения “Казарм” слова, Лина.

Найт чуть дёрнул плечом.

Анна же с видимым усилием, даже ожесточением, закрыла глаза. Под опущенными веками резко дёрнулись из стороны в сторону, вверх и вниз, а также по диагонали, словно рисуя многолучевую звезду, бугорки. Жрица чуть поморщилась, очевидно, покоряя взбунтовавшуюся было связь с Доменом.

Эльфийка молча посмотрела вверх, на горевшие под сводом маленького грота россыпи светящихся искр и миниатюрных сфер.

- Соплеменник, скажи, почему этот мир так груб и чёрств?

Найт мысленно поморщился от тона, которым собеседница озвучила свой вопрос. Странно – от этих слов, или, быть может, звуков голоса, у него самого царапнуло горло и почему-то правый висок, у наружного угла глаза.

Следопыт на долю секунду скосил глаза, чтобы увидеть, как его верная напарница, согнув ноги, упирает лицо с закрытыми глазами в колени.

“Домен, да?...”

Он плавным движением сдвинулся по дуге, обнимая светловолосую жрицу, часть волос которой вдруг подёрнулись бело-серым цветом “вампирского” блонда. Его левая рука, окутанная тем, что непосвящённые называли “вуалью скрытности”, закрыли ухо жрицы и прижало её голову к груди эльфа.

- Ты хорошо её воспитал, Най.

Следопыт молча посмотрел на неё.

- Глупо.

Лина чуть дёрнула бровями. Шевельнула головой – короткие фиолетовые искры пробежали по волосам цвета тёмной коры.

“Домен Молнии – физического типа. Когда контрактор находится на пике эмоций, он становиться источником различных аномалий. Иней на доспехах, источающее тепло тело, искры в волосах, серая каменная пыль, проступающая на коже сыпью и бронёй.

Достаточно потерять над собой контроль, хотя бы отчасти, чтобы показать степень своего волнения окружающему миру.

По сравнению с Разумом или Грёзами – просто сказка какая-то” – подумал Найт.

Посидели. Помолчали.

- Покорение мира для наведения добра и порядка – ловушка для дураков – наконец, сказал Найт – сопутствующий ущерб велик, цель недостижима.

Лина сжала челюсти – так, что эльф услышал тихое поскрипывание металлкерамоминералоорганического композита, заменявшего эльфам обычную человеческую эмаль.

- Жостко – сказала жрица – а Грёзы?

Найт знал – она уверена, что попроси его кто-то другой, кроме, пожалуй, Анны, и в лучшем случае, дело бы закончилось кулачным боем.

И всё же, что-то, быть может, осколки сна о том, как Лина в башне волшебника шла за двумя живыми трупами, вслед за ними штурмуя позиции противника, побудило его посмотреть.

В шесть кривых зеркал, кружащихся вокруг, с тридцатью шестью зеркальными крупинками, кружащимися вокруг каждого из них.

В возводимую в шестую степень с каждой секундой бесконечность вариантов, нагружающих мозг видом лабиринта снов и отражений.

В круговерть, из которой нет выхода, лишь только зыбкая опора скучной, серой, трех-с-половиной-мерной реальности тварного мира, существующего всего в одном единственном момент времени и всего одной вариации.

В конце концов, нетрудно, когда вся бесконечность показывает одну и ту же картину.

- Темнота. Всегда.

Лина молча кивнула, принимая ответ.

Молча достали саморазогревающиеся брикеты, по случаю украденные ещё во всё той же башне.

Найт покосился на вроде бы заснувшую напарницу. Оценил волосы, вернувшиеся к привычной окраске, потерявшую появившуюся было вновь сероватую бледность кожу. Чуть кивнул сам себе.

- Не знаю – через несколько минут после окончания трапезы, начала свой монолог Лина – что теперь делать. Поменять мир не получится,