Охота начинается - Аяна Грей Страница 17

Кто-то грубо схватил ее за руку, и она обнаружила себя лицом к лицу с Баазом. Его черты исказила ярость. Он либо не замечал, что происходит с Дико, либо ему было уже все равно.

– Я сказал заткнись, – прошипел он сквозь зубы. – Это мой зоопарк, а не твой. Я решаю, кто выходит из шатра и когда, а не ты, грязная мелкая…

Дальнейшие события происходили невероятно быстро. Раздался оглушительный визг, такой невыносимый, что некоторые смотрители попадали на колени. Коффи ощутила, что Бааз выпустил ее, и упала на землю в тот момент, когда весь шатер содрогнулся еще раз и его заполнила яркая вспышка. Волосы у нее на затылке встали дыбом, и она сжалась в клубок, прикрыв голову руками. Воздух пронзил долгий крик, а затем к нему присоединился хор прочих. Не поднимая головы, она слушала топот ног и лап. Животные в панике пробегали рядом с ней. Наконец она рискнула поднять голову. И когда она сделала это, ее сердце остановилось.

Дико.

Теперь он возвышался посреди шатра, сияя, словно стоял на невидимом источнике белого света. У него изо рта жуткими желто-золотыми волнами вырывался огонь, сжигая все, до чего дотягивался. Так он спалит весь шатер.

– Коффи!

Коффи посмотрела направо. У другой стены стоял Джабир, оглядываясь по сторонам. Его окружали скулящие псы. Он лихорадочно высматривал что-то. Коффи открыла рот, чтобы окликнуть его по имени, но тут в ее сторону метнулась какая-то горилла, и ей пришлось откатиться. Когда она села снова, Джабира уже не было видно.

– Шевелись!

Что-то больно ткнулось ей в ребра – кто-то споткнулся о нее, рухнул на землю и вскрикнул. Она снова откатилась в сторону. Воздух в шатре становился все темней и гуще, заполняясь дымом, с каждой секундой становилось трудней дышать, и было почти ничего не видно. Справа от нее гуимала, за которой теперь никто не следил, нервно бегала кругами, пока не врезалась в центральный шест шатра – и вся конструкция пугающе задрожала. Послышался металлический лязг, который смешивался с новыми криками, – сотни колышков, один за другим, вырывались из земли, больше неспособные удержать шатер. Коффи в ужасе смотрела вверх.

– Вниз!

Кто-то дернул ее вниз, заставляя прижаться к полу. Полотнища алого шатра начали складываться, с пугающей скоростью занимаясь пламенем. Кто-то прикрыл ее собой, защищая от самых крупных обломков. Повернув голову, Коффи увидела, что в нескольких сантиметрах от ее лица – лицо другого человека. Мама. Она как-то добралась до нее.

– Держись позади меня, – сказала она. – Ползи!

Она жестом приказала Коффи двигаться следом за ней – по коврам, на четвереньках. Животные и смотрители, которым не удавалось выбраться из шатра, продолжали кричать. Выход уже обрушился, и куски конструкции продолжали падать. В нескольких десятках сантиметров от них, на другой стороне шатра, виднелась щель – там, где край Хемы слегка отошел от земли. Это был небольшой просвет, но если они в него проберутся…

В ладони и колени Коффи впивались куски разбитого стекла. Клубы дыма наполняли легкие каждый раз, когда она с трудом делала вдох. Пожар усиливался, становилось все жарче, но она не останавливалась. В отчаянии ей казалось, будто щель в шатре становится все дальше, а не приближается. У ее лица танцевали искры, и она отмахивалась от них окровавленной рукой.

«Боги, – молилась она. – Пожалуйста, только бы волосы не загорелись».

Ее уши заполнил ужасный звон, и она открыла рот, чтобы окликнуть маму, но вместо этого вдохнула ядовитый жар. Силуэт мамы, которая по-прежнему ползла впереди, становился все менее четким, его было уже сложно различить в дыму, среди падающих на них кусков шатра. Коффи попыталась вдохнуть еще раз, но лишь втянула сухой воздух. Он обжигал. Она снова дернулась, когда кто-то наступил ей на ноги. Она понимала, что в любую минуту ее силы могут закончиться. Она просто не сможет двигаться дальше.

– Коффи! – окликнула ее мама откуда-то из темноты. – Держись за меня!

Но было слишком поздно. Коффи не видела и не чувствовала ничего, кроме дыма и крови. Ее мысли затуманились, и мир покосился, когда она упала. Она ожидала боли, неизбежного столкновения с землей, но так ничего и не почувствовала. Послышался громкий треск – обрушилась еще одна секция шатра, – затем еще один долгий, полный боли крик. Сильные руки подхватили ее, потянули и потащили навстречу холодному ночному воздуху.

– Коффи!

Мир по-прежнему был темным и расплывчатым, но Коффи почувствовала, как кто-то мягко хлопает ее по щеке, и попыталась выпрямиться. Моргая изо всех сил, она разглядела, как мама смотрит на нее.

– Вставай! Мы не можем здесь оставаться!

Коффи вдохнула чистый воздух, и мир снова стал прежним. Теперь они были снаружи, в нескольких шагах от горящей Хемы. Как только она встала, мама схватила ее за руку и пустилась бежать.

– Животные, – объяснила она на ходу. – Помоги мне с ними!

Коффи оглянулась. Теперь Хема пылала вся, словно гигантский костер, и пламя быстро распространялось на другие части Ночного зоопарка. Она слышала блеянье, фырканье и визг животных, запертых в клетках, – жар подбирался к ним, и у нее внутри все сжалось.

– Быстро! – Мама показала на вольер с птицами, а сама бросилась к загону с паникующими куду. Не задумываясь, Коффи распахнула ворота обреченного вольера и выпустила птиц – они взмыли вверх, окрасив ночь радугой перьев. Пара смотрителей растерянно наблюдали за ней, а потом поняли, что она делает, и побежали на помощь другим животным. Коффи выпустила шимпанзе, детеныша боевого бегемота и зебру. Она была так ошарашена воцарившимся хаосом, что сначала даже не услышала уханье. А когда услышала, у нее похолодела кровь.

Воины.

Конечно, они увидели из города дым и пламя и явились выяснить, что здесь происходит. Ее пробрала дрожь. Воины Лкоссы, Сыны Шести, не славились состраданием. Внезапно мама снова появилась рядом с ней.

– Нужно уходить! – Голос мамы звучал напряженно, ее глаза были широко раскрыты. – Немедленно!

Коффи вздрогнула.

– А как же наши долги?

Мама схватила ее за плечи, сжав их так сильно, что ей почти стало больно.

– Мы не можем здесь оставаться, – настойчиво произнесла она. – То, что произошло в шатре… Если Бааз поймет, что ты сделала, поймет, кто ты, ты никогда отсюда не уйдешь.

Поймет, что ты сделала, поймет, кто ты. Эти слова прозвучали странно, как-то неправильно, но у Коффи не было времени размышлять над ними, потому что мама пустилась бежать по траве, по территории Ночного зоопарка, увлекая ее за собой. Ноги протестовали на каждом шагу, но она изо всех