Антон Карелин - Книга Холмов Страница 98

— Да не кричи же. Ну нагнись и проползи, и так вся грязная, как крыса.

— Я крыса? Да ты сама крыса, змея!

— Я не змея и не крыса, я гидра.

— Нашла чем хвастаться.

Ни одна, ни другая так и не увидели тел своих бывших собратьев. Убойцы заросли густым бурьяном, а из живота у каждого поднялся крепкий, зеленеющий зиствой куст тёрна. Все, что от них осталось, скрылось под рыхлой, наросшей за сутки с лишком землей.

— Гляди, ягоды, — сказала Мильва, поднимаясь. — Это те, что ли, что вырастила жрица?

— Не те. Те вон там были, у дороги. Но после них мы уснули и проспали сколько? Весь день? Или дольше?

— Кто ж его знает. Значит, с того куста есть не станем. Будем есть с этого.

— Да ну их, они кислые.

— Ну можешь порыскать, вместе с чудовищами рогатыми. Тут наверняка есть желуди и грибы.

Они дошли до ручья и умылись.

— Так мы одни что ли? — тихо спросила Лилла. — Одни?

— Похоже одни.

Они уставились друг на друга с сомнением, с недоверием.

— А если покричать?

— Кто ж знает, кто тут в темноте есть, не надо кричать.

Они два часа дожидались рассвета, сжавшись в обнимку под защитой проклятых терновых кустов. А на рассвете залезли на дерево, пытаясь найти следы людей вокруг. Кричали, звали, обошли все от ручья до взгорья. Но никого вокруг не было, только рогатые зайцы подозрительно смотрели на двуногих, не переставая энергично жевать корешки.

И только тогда обе вдруг поняли, что каким-то непостижимым способом стали свободны. Что могут идти куда-то, не важно куда, просто куда захотят. Сами захотят. Лилла разревелась. Мильва утешала ее, расчесала гребнем вымытые в ручье волосы, заплела в три косы.

— Пошли уже, что ли. Откуда эти Лисы приехали?

— Вон оттуда.

— Вот туда и пойдем. Во-первых, дорога какая, шикарная. Во-вторых, там уж точно их больше не встретим. В-третьих, они же наверняка держали путь из какого-нибудь села?..

Лилла и Мильва шли по мощеной дороге рука об руку и вслед за ними оставались, а перед ними тянулись — далеко вперед, к Мэннивею и дальше — невидимые следы.

Конец первой книги.