Наследница (СИ) - Айон91 Страница 95

Аль недоумевал, но полностью сознав все глубину и масштаб остался на моей стороне, пусть и читал мне нотацию, мол, поговорить с Мо все-таки придется. — Я поговорю, но пусть ни на что больше не рассчитывает, — сфинкс не стал меня отговаривать, сказал что поддержит и если что, и ушел пожелав спокойной ночи. Спать мне не хотелось, поэтому я просто сидела, как и прежде на подоконнике и смотрела в окно. — Аши, — вывел меня из потока мыслей голос арва. Я обернулась и наткнулась на его медовый, полный раскаянья взгляд. Он подошел совсем близко, но я ни как не реагировала, продолжала смотреть в даль, — я хотел поговорить и извиниться. — За что? За правду? За нее не извиняются, — сказал я, даже не посмотрев в его сторону. — Нет, я правда был не прав. Сам такой же. Мое прошлое меня постоянно преследует, напоминает о том, что я сделал в прошлом, — в отражении окна я видела, как он взял прядь красных волос, с ухмылкой добавил: — даже цвет волос и тот напоминает о крови и смерти, которую на себе несу, — он хотел положить руку мне на плечо, но она так и не достигла цели. Лишь коснулась белоснежных волос, — Аши прости меня, я был полным кретином, — я все так же не поворачивалась, но сказала:- Меня волновали не столько слова, сколько сам факт того, что ты копался в моем прошлом. Я твою историю знаю, и никогда даже о ней не упоминала, так как понимала, это не та тема, на которую можно поговорить, а ты… — и снова замолчала. — Да, я не должен был приходить и устраивать разборки, нашел и хотел просто поговорить. Но почему-то получилось так, как получилось. Не знаю, что на меня нашло, — и все-таки его рука коснулась моего плеча и легко сжала, ища хоть маленькой, но надежды и принятия его слов. Я простила уже давно, но показывать это сразу не стану. Пусть поймет, каково это быть униженной за прошлое тем, кто тебе дорог. — Знаешь, Мо, я просто не понимаю, зачем тебе было искать что-то про меня, неужели спросить напрямую не легче? — И как оказалось, он не сам был инициатором. Его надоумил на это отец, услышавший мое имя. — Я вообще не хотел лезть в твое прошлое, но это имя, не давало мне покоя. Нашел все, что есть на Белую Сову и просто не выдержав, ринулся к тебе. Наговорил всякого, забыв в тот момент, кем я был почти восемь столетий. Аши, — я повернулась, — прости, — и прижал меня к себе, я уткнулась носом в его плечо и ответила:- Я подумаю над твоими словами, — но и этого ему вполне хватило, он прижал меня к себе еще сильнее. Но меня волновало другое, его отец, — Мо, а как же твой отец, он против наших с тобой отношений, как и вообще моего присутствия в вашем доме. — С отцом я уже поговорил, он смирился, — это и было проблемой. Смирился, не значит принял. Но об этом мне посоветовали не беспокоиться и отдыхать до предстоящего праздника, на котором арв уговорил меня быть его парой, в свое удовольствие. Не знаю, как именно меня на это уговорили, но то, что мне не оставили выбора факт. Пришлось смириться. Разошлись с Мо мы под утро. Он ушел по делам, а я спать. Трех часов мне вполне хватит, так что, пообещав присоединиться к нему на завтрак, ушла с головой в одеяло. Настроение почему-то так и плясало от радости. Может быть из-за того, что я помирилась с арвом, а может из-за его слов сказанных мне на временное прощание. Не знаю, но уверенна, это все он.

18 глава «Как праздник встретишь…»

— Чем отличается конец праздников от конца света? — После конца света ты уже не мучаешься.

Мозесс

До праздника оставались считанные часы, замок гудел от предстоящего мероприятия. Все готовились, суетились, нервничали, особенно повара, которые были настроены очень серьезно. А виной всему наш главный повар. Ему уже больше двух тысяч лет, а он, каким был суровым и тучным, таким и остался, за исключения цвета волос. Почетный, седовласый повар ругался с прислугой и его помощниками, на чем свет стоит. Характер Айора я знаю еще с детства, особенно близко познакомился, когда тот застал меня за ночной вылазкой на кухню за булочками с корицей. Повар нас с отцом по-прежнему уважал, но на кухню просто так не пускал, даже в хорошее настроение.

Исключением стала Сашель, которую он полюбил практически с одного ее прихода на кухню. Она зацепила его лишь словом, и теперь как только он видел где-нибудь в коридоре водопад ее белых волос, тут же становился милым и пушистым, как котенок. А все случилось в один из таких суетливых дней. Она зашла на кухню и с порога воскликнула с восхищением название блюда, которое подгорало на сковороде у шеф-повара. Он тут же побежал к плите и с благодарностью накормил, тем самым блюдом, но исправленным, а не сгоревшим. С тех пор, как она спасла от пожара его святая святых и назвала с первого запаха готовящееся блюдо, он в ней души не чает и даже боготворит. А после того, как она пообещала помочь ему с главным блюдом, готов был даже в любви признаться.

И вот сегодня, как раз был тот самый день, важный для всего дома. Праздник состоится через несколько часов, гости уже начали приезжать и поздравлять, а все засуетились еще сильнее. Сашель, помня свое обещание, пришла на кухню в тот самый момент, когда Айор матерился и кидался посудой в помощников. Она вошла, и не ожидав сюрприза, схлопотала тяжелой, чугунной сковородой по голове. Столкнувшись с кухонной утварью, она с грохотом рухнула на пол и потеряла сознание. Тут же вокруг нее стал носиться испуганный повар, крича на прислугу, чтобы они что-то сделали.

Обмахивая ее мокрым полотенцем, плеская на нее водой, ругал сам себя, на чем свет стоит, надеялся на помилование в моем лице, но такой проступок так просто ему с рук не сойдет.

— Что же теперь будет, господин?

— Ничего хорошего, — мрачным голосом с нотками угрозы ответил я, на что повар испугался, но не столько за себя, сколько за Сашель. Ведь сковорода была очень тяжелая, а девушка, по его