Илья Гутман - Возмездие чернокнижника Страница 91

Пару часов спустя паладины медленно брели по улице Героизма: радужное настроение сменилось унынием.

— Я вообще не понимаю, как такое может быть, — говорил Элиддин. — Ведь тёмные ритуалы оставляют заметные следы в матрице Абсолюта. Каждый храм Хаоса предстаёт перед внутренним оком высоченным красным столбом — его за несколько вёрст видно! Замаскировать места, откуда производились выбросы, невозможно: свечение держится не одну неделю. А мы вот уже два часа ищем — и никакого результата!

— Может, эти храмы не в городе? — предположил Ларратос.

— Если бы! Они определённо где-то в Стейнгарде: последний выброс произошёл как раз в этом районе — предположительно рядом с улицей Бринна. Но почему эти святилища не видны — ума не приложу. Ерунда какая-то…

В двенадцать часов дня у Ларри Мельда было свидание с его возлюбленной, Эраной. На удивление Ларратоса, она пришла без опоздания. Ларри преподнёс своей любимой ещё один букет из алых роз.

— Спасибо тебе за букет, Ларри, — произнесла Эрана и поцеловала своего возлюбленного в губы, — ты особенный человек, каких очень мало в наше время.

— То же самое мне говорит и мой наставник Элиддин. Согласно его теории я могу быть Шаддаем — всемогущим паладином, который способен обуздать Хаос. Смешно, не правда ли?

— У тебя удивительная судьба, Ларри. То ты учишься у властелина чёрных магов, то у единственного в стране паладина — и у обоих оказываешься многообещающим учеником!

— Но моя магия меркнет перед моими же паладинскими способностями.

— Всё равно — ты сумел в рекордный срок одолеть программу двух классов магической школы. Поразительно, что такие удивительные магические способности, как у тебя, смогли развиться у человека, родившегося в простой семье!

— После того, как Гидрас… точнее, Шакир меня инициировал, магическое начало во мне и впрямь развилось очень быстро. Но меня удивило другое: в момент инициации я не почувствовал ничего нового.

— Я не поняла, любимый, в какой момент?

— В тот момент, что Шакир инициировал меня в маги заклятием "Искры маны".

Эрана посмотрела на своего любимого так, будто тот неудачно пошутил, а то и вовсе впал в детство или сошёл с ума:

— Ларри, не говори ерунды: инициация в маги — длительный процесс!

— Но Шакир сказал мне, что вот уже две сотни лет инициация не требует длительных постов и аскетических практик!

— Конечно! Инициация в наши дни проходит значительно быстрее, чем триста лет назад, но этот процесс занимает много часов и требует ПОСТОЯННОЙ подпитки маной — поэтому инициация очень дорога. А "искры маны" — заклятие, пускаемое на праздниках в качестве хлопушек и фейерверков. Ему учат в четвёртом классе. Если бы инициация происходила мгновенно, в магах ходил бы весь Гиперборей.

— Странно… Я сразу понял, что Гидрас — жмот, и любит выкачивать деньги; возникло даже подозрение, что он — мошенник! Но если инициация была ненастоящей, то как же я смог после этого колдовать? Не думаю, что моя магия была иллюзией, исходящей от Шакира — ведь я применял чары против него самого. Да я и сейчас могу колдовать! Смотри, Эрана! Кадур ан-нур! — над ладонью Ларри появился огненный шарик, который он забросил в небесные выси.

— Этому может быть только одно объяснение. Шакир почувствовал, что инициация тебе просто не нужна.

— Как это?

— Очень просто, Ларри. Ты — прирождённый маг.

— Разве может маг родиться в простой семье?

— Может, но где-то в одном случае из двух-трёх тысяч. Правда, я никогда не слышала, чтобы в простой семье рождался столь могущественный маг.

— И что сиё может значить?

— Есть только два объяснения: первое — ты приёмный сын. И второе — произошло Божественное Зачатие.

— И я — небесное существо?

— Ты — Камриэль Воплощённый, — Эрана улыбнулась.

— Что за чушь! Этого не может быть. Я не могу быть приёмным сыном! И уж тем более я — не Камриэль! Я, конечно, считаю себя добрым, но никогда не обладал особой религиозностью и в детстве любил похулиганить.

— Я не знаю. Может, ты — просто могучий маг, родившийся в простой семье? Исключение из всех правил? Не знаю.

Пока девушка говорила, Ларри взглянул на свою возлюбленную внутренним зрением. В ауре Эраны преобладали оранжевые оттенки, а когда она смотрела на Ларратоса, по светящемуся призраку пробегали цепочки ярко-зелёных искр.

— Есть причина, по которой я тебя сюда позвал, — сказал Ларри, достав из кармана коробочку и открыв её. В коробочке лежало золотое кольцо, — выходи за меня замуж.

В среду, восьмого августа в Церкви Новой Надежды на пятом уровне улицы Бринна в районе Героизма проходил обряд венчания Ларри и Эраны. Он был более чем скромным: со стороны жениха пришли Элиддин и Беллердаш, а также Апион, надевший чёрный парик и чёрные усы с бородой. Со стороны невесты пришли её подруги Альгида с Бертой, и, разумеется, родители. А вот родственники жениха прийти не смогли. Не было на церемонии и Руханнура, хотя он очень просился, мотивируя это тем, что очень любит свадьбы. Но Элиддин-то знал, что ещё никогда ни на какие свадьбы драконов не пускали.

— Братья и сестры, в сей день собрались мы пред лицом Господа нашего Камриэля, — произнёс пожилой священник, отец Эдгар, осенив себя пятиконечным знамением, — дабы сочетать священными узами брака сего мужчину и сию женщину.

Все поклонились в сторону алтаря: хотя Элиддин и Беллердаш не были камриэльцами, но чужие традиции уважали.

— Последователь Божий Ларратос Мельд, согласны ли вы взять в жёны сию женщину, быть с ней в моменты радости и горести, пока Господь не разлучит вас в сем мире?

— Да, я согласен, — произнёс Ларратос.

— Последовательница Божия Эрана Зильгард, согласны ли вы стать женой сего мужчины, быть с ним в моменты радости и горести, пока Господь не разлучит вас в сем мире?

Эрана задумалась. Эти несколько мгновений раздумья показались Ларратосу вечностью, поэтому он облегчённо вздохнул, услышав негромкое:

— Да. Я согласна.

— Если кто-нибудь из присутствующих имеет возражения против заключения сего брака, высказывайте, — произнёс отец Эдгар.

Возражений не последовало.

— Можете поцеловать невесту, — разрешил священник. Нагнувшись, Ларратос поцеловал Эрану в губы, и отец Эдгар, осенив их пятиконечным знамением, торжественно объявил:

— Властью, данной мне от Господа нашего Камриэля, объявляю вас мужем и женой!

Зал зааплодировал.

— Поздравляю, Ларри! Не думал, что так скоро увижу твою свадьбу, — Беллердаш едва не плакал от счастья.