Власть книжного червя. Том 2 - Kazuki Miya Страница 86

— Называться главным помощником в мастерской это круто, но в основном это означает просто быть твоим помощником, верно? Думаю, ничего не изменилось.

— Вероятно, в будущем ничего не изменится тоже. В конце концов, я придумаю новый товар, а ты его продашь, Лютц.

Даже изготовление Лютцем бумаги и обучение сирот в мастерской Мэйн, вероятно, является частью обучения Бенно и необходимо для распространения бумаги, сделанной из растений.

— Хей… Здесь никого нет?

Хотя мы и вошли в храм, никого из моих служащих не видно у ворот. Впервые с тех пор, как я пришла в храм, никто не ждал у ворот.

— Наверное, потому, что я сказал Франу, что не знаю, когда мы приедем, потому что с тобой будет разговаривать мастер. Я думаю, будет лучше сразу направиться в твою комнату?

— Да — отвечаю я.

— Я иду в мастерскую, хорошо? Я заберу тебя домой позже.

Я прощаюсь с Лютцем у подножия лестницы, ведущей в зал для поклонений, поднимаюсь по лестнице и направляюсь в свою комнату.

Дверь, которую всегда открывали мои служащие, закрытая, так что я слегка озадачена.

Интересно, можно мне громко открыть дверь? Или лучше слегка постучать, так как будет опасно, если кто-то там внутри? Или, может быть, лучше всего позвонить и подождать, пока она не откроется?

Хм, какой вариант будет лучшим? Я попыталась обдумать правильное, благородное поведение, и, в конце концов, я решаю открыть дверь после легкого стука.

В любом случае, здесь нет никого, кто мог бы рассердиться. Стоит позже спросить Франа о правильных манерах.

Я стучу и говорю: "Я захожу". Повернув ручку и открыв дверь, я вижу Франа, который быстро спускается по лестнице.

— Доброе утро, Фран. Я заставила тебя поволноваться, не так ли? Температура спала, так что теперь я здесь.

Фран бросает быстрый взгляд на второй этаж с крайне смущенным выражением лица и шепчет: "Сестра Мэйн, на самом деле…"

— Что это за история с леди, которая ходит одна, не взяв с собой никого из служащих?

— Старший Жрец!?

Я никак не ожидала увидеть Старшего Жреца в своей комнате! Я уставилась на него.

— Закрой свой рот. Как неприлично… Я не знаю, что насчет улицы, но убедись, что никогда больше не совершишь такого позорного поступка, как прогулка внутри храма без сопровождающих.

Подстрекаемая Франом, я поднимаюсь на второй этаж и послушно слушаю его утомительно длинную брань, сидя перед Старшим Жрецом.

По словам Старшего Жреца, правильный способ открыть дверь, приличествующий дворянину, состоит в том, чтобы "Всегда давать предварительное объявление и заставлять своих служащих ждать у ворот" или "Информировать привратника о своем прибытии и ждать, пока служащие прибудут в зал ожидания."

Не ругайте меня так только за то, что я открыла одну дверь. Видя, что он может продолжать бесконечно, я решаю сменить тему, спрашивая о визите Старшего Жреца.

— Старший Жрец, я знаю, как правильно открывать дверь.

— Дело не в том, как открывать дверь! Что ты слушала? Я говорил о том, что ты должна вести себя как леди…

О боже, похоже, ругань была не о том, как правильно открывать дверь.

Я прерываю Старшего Жреца и задаю ему вопрос.

— Могу я узнать причину вашего визита? Для того, чтобы вы специально пришли в мою комнату, должна быть веская причина, верно? Что-то срочное?

Обычно я бы уже давно начала сортировать документы. Он упомянул, что у него есть некоторая свобода действий благодаря моей помощи, но то, что он выделит дополнительное время, чтобы ругать меня, будет невыносимым.

Он слегка откашливается и смотрит на меня.

— Лихорадка полностью прошла?

— Что? Да, я полностью выздоровела. Мне очень жаль, что я заставила вас волноваться.

— Это хорошо.

Старший Жрец показывает улыбку, которая пробирает меня до костей. Я в шоке выпрямляю спину, когда он переключается на режим нравоучений.

— Я уверен, что я сказал тебе, чтобы ты не вызывала бурю негодования. Разве не так?

— Что? А?

Так как я только недавно встала из постели с лихорадкой, за которой последовала напряженная дискуссия с Бенно, я некоторое время просто смотрела на Старшего Жреца, прежде чем поняла, о чем он говорит.

— Я осмотрел территорию приюта, чтобы проверить, все ли там убрано. Я обнаружил, что большая часть почвы взрыхлена, а камни мостовой в беспорядке.

Я рассчитывала, что жрецы в синих одеяниях будут избегать этого места, но, похоже, Старший Жрец решил проверить его сам. Похоже, он невротик и должен все проверять сам, несмотря на занятость.

Он прищуривает свои золотистые глаза и пригвождает меня к стулу пристальным взглядом.

— Просто как ты создала такую ситуацию?

— Вы спрашиваете "как"… гм… как я уже говорила вам ранее…

Я нервно смотрю на Франа. Интересно, что ему сказал Фран? У меня нет оправданий, которые могли бы уберечь меня от неприятностей.

— Я спрашивал Франа и некоторых сирот, но они только сказали, что вы срубали дерево, которое станет сырьем для бумаги, бросали плоды Тау, и что ты упала после того, как заболела лихорадкой, но…?

— …Мы действительно ничего не сделали, кроме этого.

Ухватившись за его объяснение, я быстро киваю.

Полагаю, они не раскрыли того, что плод Тау поглотил мою ману, а срубленное дерево — Тронбей. Не зная, сколько информации они передали Старшему Жрецу, я придерживаю язык, чтобы не сказать ничего лишнего. Позже я спрошу Франа обо всем этом.

— Тот факт, что все объяснения похожи, вероятно, означает, что это так и есть. Но, не могла бы ты ответить мне, что такого вы сделали, что сумели перевернуть мостовую вверх дном?

После этого Старший Жрец бросает на меня сердитый взгляд и отдает приказ: "Мэйн, сегодня ты останешься в комнате размышлений на весь день."

— Что?

Без всяких вопросов? Если бы это был господин Бенно, он бы безжалостно допрашивал