Маргарет Уэйс - Драконы Погибшего Солнца Страница 84

– Они могли убить вас, господин, – сказал Герард.

– Может, это было бы к лучшему.

Они замолчали. Герард опустил глаза, глядя в пол, даже Тас перестал барахтаться и затих.

Палин испустил короткий вздох и, потянувшись, коснулся своей изуродованной рукой руки Герарда.

– Простите меня, господин рыцарь. – Теперь он говорил очень спокойно. – Не придавайте значения моей вспышке. В последнее время я стал очень подозрительным и готов обижаться на весь мир. Я еще не поблагодарил вас за то, что вы доставили мне новости о моем отце. А я на самом деле очень благодарен вам. Я глубоко скорблю о его смерти, но не могу горевать о ней. Как я сказал, теперь он в лучшем из миров. А сейчас о другом, – прервал сам себя Палин и бросил на молодого рыцаря проницательный взгляд. – Я начинаю думать, что не только эта печальная новость толкнула вас в дорогу. Надев этот костюм, вы подвергли себя огромной опасности, Герард. Если бы Рыцари Тьмы разоблачили ваш обман, вас подвергли бы пытке гораздо более страшной, чем та, которой подвергли меня. И затем казнили бы.

Тонкие губы Палина сложились в невеселую улыбку.

– Какие же еще новости вы привезли мне? Вряд ли они радостные. Никто не стал бы рисковать жизнью из-за того, чтобы порадовать меня чем-либо. И скажите, как вам удалось разыскать меня?

– Но я не разыскивал вас, господин, – возразил Герард. – Это вы разыскали меня.

Палин с мгновение выглядел озадаченным, но затем понял и кивнул:

– А, да, понимаю. Упоминание о том предмете, который когда-то принадлежал моему дядюшке Рейстлину. Вы знали, что это непременно вызовет у меня интерес.

– Я надеялся на это, господин, – подтвердил Герард. – Я предположил, что либо кто-то из эльфов, охраняющих мост, окажется участником сопротивления, либо мост сам находится под пристальным наблюдением. И что и в том и в другом случае слова о магическом артефакте, связанном с именем Рейстлина, должны привести к вам.

– Вы пошли на огромный риск, доверившись эльфам. Как видите, ни один из них не станет долго размышлять, если речь идет об убийстве Неракского Рыцаря.

При этих словах Герард перевел глаза на Калиндаса и Келевандроса (если он правильно расслышал их имена). Ни один из них не отвел взгляда и не убрал руки, угрожающе сжимавшей меч.

– Я так и предполагал, господин. Но мне казалось, это единственный путь, который может привести к вам.

– Следовательно, никакого магического инструмента нет? – В голосе Палина звучало нескрываемое разочарование. – Это было лишь уловкой?

– Напротив, господин. Артефакт действительно существует. Именно по этой причине я здесь, перед вами.

При этих словах опять раздались вопли кендера, еще более громкие и настойчивые. Изнемогая от нетерпения, он принялся молотить каблуками по полу и изо всех сил брыкаться в своем мешке.

– Ради всего святого, угомоните его, – раздраженно приказал Палин. – Его визг соберет Рыцарей Тьмы со всего Квалинести. Несите его сюда.

– Мы бы не хотели снимать с него мешок здесь, господин, – произнес один из эльфов. – Нам не нужно, чтоб он нашел обратную дорогу.

– Прекрасно, не снимайте.

Эльф подхватил с пола кендера вместе с мешком, а другой кинул на Герарда острый взгляд и о чем-то спросил мага.

– Нет, в этом нет необходимости, – прозвучал ответ. – Нет нужды завязывать ему глаза. Он из рыцарей старого типа – из тех, кто верят в честь.

Эльф, тащивший мешок с кендером, прошел к задней стене пещеры и, к огромному изумлению Герарда, не остановился подле нее, а прошел прямо через твердую каменную преграду. За ним шел Палин, положив руку на плечо рыцаря. Иллюзия каменной кладки была столь полной, что Герард даже зажмурился – так он был уверен, что сейчас стукнется лицом о твердые и острые камни.

– Все-таки магия еще работает, – удивленно произнес он.

– О, лишь небольшая ее часть. И очень непредсказуемо. Наложенное заклятие может в любую минуту пасть и потому должно постоянно обновляться.

Выйдя из стены, Герард увидел, что стоит в саду волшебной красоты, затененном огромным куполом деревьев. Их обильные кроны и густая листва окутывали весь сад непроницаемым занавесом. Калиндас пронес связанного кендера сквозь стену пещеры и положил «а мощенную плитками террасу. На ней стояли сплетенные из ивовой лозы стулья и хрустальный стол, чуть в стороне сверкал бассейн с прозрачнейшей голубой водой.

Палин что-то сказал Келевандросу, Герард услышал только имя «Лорана», и тот сразу, легко, бегом направился в глубину сада.

– У вас преданные телохранители, господин, – проводил его взглядом рыцарь.

– Они принадлежат дому королевы-матери, – был ответ. – И уже много лет, с того самого дня, когда погиб ее муж, служат ей преданно и верно. Присаживайтесь.

Он сделал легкое движение кистью, и пенящийся водопад заструился, наполняя бассейн, по той призрачной стене пещеры, сквозь которую они вошли. Иллюзия была полной.

– Я попросил его сообщить королеве-матери о вашем прибытии. Сейчас вы гостите в ее доме. Или, вернее, в одном из ее садов. Здесь вы будете в полнейшей безопасности, насколько, конечно, это возможно в наши мрачные времена.

Благодарный Герард снял тяжелый нагрудник и потер болевшие ребра. Затем плеснул в лицо холодной водой из бассейна и напился.

– Теперь можете выпустить кендера, – приказал Палин.

Калиндас развязал мешок, и оттуда стремительно выскочил Тас, красный, растрепанный и негодующий. Длинный хохолок закрывал ему глаза. Он со всхлипом втянул воздух и вытер лоб.

– Фу! Меня уже тошнило от этого запаха! Ничем не пахло, а все время одним этим мешком!

Торопливо расправив хохолок, кендер с интересом огляделся по сторонам.

– Куда это я попал? – принялся он болтать. – Ну и садик у них. А рыба в этом бассейне есть? Можно мне одну поймать, а? В этом мешке было невероятно жестко, и вообще, по-моему, скакать, сидя в седле, в сто раз лучше, чем лежать на нем. У меня теперь тут сбоку, где что-то кололось, все время болит. Думаю, я должен представиться, – вдруг перескочил он на другую тему; видимо, Тасу пришло в голову, что он ведет себя не совсем подобающе по меркам приличного общества. – Но я, знаете ли, страдаю… – тут он бросил многозначительный взгляд в сторону Герарда и произнес с нажимом: – страдаю от тяжелой шишки на голове и не совсем точно знаю, кто я такой. Но твое лицо мне кажется знакомым. Мы раньше встречались, да?

Эту диатрибу Палин Маджере выслушал в молчании, лицо его постепенно багровело, он открыл было рот, но тут же закрыл его, не произнеся ни слова.

– Господин, – Герард протянул ему руку, боясь, что тот сейчас упадет, – господин, вам следует присесть. Вы не очень хорошо выглядите.