Юлия Григорьева - Провидица Страница 82

— Спрашивай, — повторила лаисса. — От моего телохранителя у меня секретов нет.

Стражник оглянулся на черноволосого воина, кивнул и понизил голос:

— Госпожа, правда, что сайер жив?

— Не понимаю твоего вопроса, — ответила лаисса Альвран. — Всем известно, что князь был обезглавлен.

— Но с вами его люди, и сайер был в городе, — возразил мужчина. — Если вы мне скажете, где его найти, я передам лассу Корвелю от вас весточку.

Катиль пристально взглянула на собеседника и усмехнулась.

— Передай своему господину, что мне ведомо не больше того, что сам знает ласс Сальгерд.

— Мне можно доверять, госпожа! — воскликнул стражник, но лаисса бросила взгляд на Даги, и тот направился к неожиданному доброхоту.

— Иди-иди, госпожа все сказала, — Бартвальд оттеснил стражника и подтолкнул к дверям.

Мужчина обернулся, посмотрел на лаиссу, намереваясь что-то еще сказать, но Катиль уже вновь глядела на огонь. В ее душе все больше разрасталось негодование. Городской смотритель считает, что его пленница вовсе глупа, если смеет подсылать ей своего человека с подобными предложениями? Девушка передернула плечами и поднялась с кресла. Она подошла к камину, оперлась на каменную кладку локтем и взглянула в сторону окна, за которым все сильней сгущались сумерки.

Дверь за ее спиной снова открылась. Катиль обернулась и встретилась с изучающим взглядом ласса Сальгерда. Мужчина остановился, не дойдя до девушки, он склонил голову и вежливо улыбнулся.

— Могу ли я пригласить вас, лаисса Дальран, на вечернюю трапезу? — спросил городской смотритель.

— Благодарю вас, ласс Сальгерд, но я не голодна, — ответила Кати, но мужчина не спешил уйти. — Что вам угодно, благородный ласс? — не скрывая раздражения, спросила девушка.

— То, что мне угодно, вы уже услышали, дорогая моя лаисса, — вновь склонил голову смотритель. — Я приглашаю вас на вечернюю трапезу.

Катиль отошла от камина и остановилась напротив ласса, надменно разглядывая его.

— Ласс Сальгерд, я настоятельно прошу вас удерживаться от допустимой, но все-таки фривольной формы обращения. Лаисса Дальран — это обращение меня вполне устроит.

— Услугу за услугу, — улыбнулся смотритель. — Я не перехожу допустимых границ, вы принимаете мое предложение. Мне хочется побеседовать с вами, лаисса Дальран.

Мужчина наблюдал за своей пленницей, которая вдруг побледнела и пошатнулась. Он подхватил девушку, удерживая ее за плечи. Остекленевший взгляд Катиль остановился на лице Сальгерда.

— Лаисса Дальран, вы нездоровы? Что с вами? — встревожился ласс. — Мне позвать лекаря?

— Он уже близко, — прошелестел безжизненный голосок Кати.

Она обмякла и повисла на руках городского смотрителя, но уже через пару мгновений, когда мужчина попытался поднять ее на руки, лаисса уперлась ему в грудь ладонями и оттолкнула. Ее глаза вновь смотрели осмысленно, и Катиль кивнула.

— Я принимаю ваше приглашение, но трапеза состоится в этом доме. Я никуда не уйду от своих людей.

Озадаченный ласс потер подбородок и все-таки решился задать вопрос.

— Кто близко, благородная лаисса?

— Поздний вечер, — невозмутимо ответила Катиль. — Прошу не затягивать беседы, я устала и хочу лечь спать.

Ласс приподнял брови, пытаясь понять столь резкую перемену решения пленницы, но спорить не стал. Он подал руку, однако лаисса, проигнорировав попытку быть вежливым, снова села на кресло.

— Ну что же вы стоите? — удивленно спросила она. — Где же прислуга с блюдами?

— Здесь? — уточнил мужчина.

— А почему нет? — Катиль сложила руки на коленях. — Здесь уютно.

— Как вам будет угодно, — задумчиво протянул городской смотритель, все более озадачиваясь странным поведением маленькой лаиссы.

Темнота накрыла Гетт, ночь уже вступала в свои законные права. Добропорядочные горожане лежали в своих постелях и смотрели первые сны, заслуженные прошедшим днем. На улицах можно было встретить лишь припозднившихся выпивох, которые только начинали покидать харчевни, да стражников, неспешно бродивших по улицам Гетта. Они зевали и лениво переговаривались, иногда, ради развлечения, останавливая выпивох, чтобы поболтать с ними, или же посмеяться.

Почтенный мастер Рёйлед, недавно проснувшийся и испытывавший муки похмелья, напротив покинул свой дом и, несмотря на увещевания супруги, направился к своему приятелю, которому желал излить душу, рассказав о пережитом страхе. В голове мужчины сундуки, увезенным мерзавцем Корвелем, умножились уже до пяти, и потеря от этого стала еще обидней. К тому же банкир был оскорблен возмутительным наветом какой-то лаиссы, посмевшей обвинить его, ЕГО — почтенного мастера, в пьянстве и вранье! Все это требовало немедленной встречи с приятелем. Кто, как не он, сможет понять и утешить банкира Рёйледа? Мужчина свернул в проулок, но обернулся и заметил какую-то тень, метнувшуюся дальше по улице. Воинственно сжав кулаки, банкир направился следом за тенью.

Ратники ласса Корвеля разделились. Гейр и Торд направились к гостевому дому городского смотрителя. Ведиса все так же не отставала от них. Троица наблюдала за воротами, открывшимися за вечер всего дважды, когда в них вошел сам ласс Сальгерд, не покинувший лаиссу Альвран до этого времени. Затем ушел стражник, он исчез за воротами дома смотрителя, а вернулся вместе с прислугой, которая несла яства. Ведиса кусала кулаки, тихо причитая о том, как бы не потравили ее госпожу. Гейру пришлось шикнуть на нее, чтобы служанка не выдала их присутствия.

Вторая пара ратников, Туни и Мёйер, направились к городским воротам. Они бесшумно крались по темным улицам, замирая, как только слышали приближение ночной стражи, и вновь начинали свое движение, напоминая бестелесные тени. Мужчины не заметили, что сами стали дичью, за которой брел нетрезвый охотник. Ратники приблизились к воротам. Оглянулись и направились к двум стражникам, кидавших кости прямо перед воротами.

Стражники подняли головы и поднялись с перевернутых бочек. Они взялись за алебарды, до этого прислоненные к воротам и устремили взгляды на двух мужчин, направлявшихся прямо к ним.

— Что надо? — грубо спросил один из стражников.

Ратники молча приблизились. Пики склоненных алебард почти уткнулись им в грудь. Воины переглянулись, почти одновременно отбили оружие стражников, метнулись к ним, вонзая клинки кинжалов в горло. Придержали тела, давая им осесть на землю, и направились к караульному домику. Почтенный мастер застыл, глядя на происходящее. Только сейчас до него дошло, что он ввязался в опасное дельце, и те, за кем он крался, вовсе не безобидные воришки. Парализованный страхом, Рёйлед наблюдал, как убийцы скрылись в караулке, откуда донесся короткий звук борьбы, и вскоре вышли обратно, облаченные в туники стражи.