Джон Толкин - Неоконченные предания Страница 81

Так озаглавлен короткий и торопливый набросок, очень небрежно написанный. Тем не менее это почти что единственный источник сведений о том, что происходило на западе Средиземья до 1701 года Второй эпохи, когда Саурон был разгромлен и изгнан из Эриадора. Кроме этого наброска существуют лишь краткие и отрывочные записи в «Повести лет» и очень обобщенный и избирательный рассказ в «О Кольцах Власти и Третьей эпохе» (опубликовано в «Сильмариллионе»). Данная работа, несомненно, написана после публикации ВК: во–первых, там имеются ссылки на книгу, а во–вторых, там сказано, что Галадриэль была дочерью Финарфина и сестрой Финрода Фелагунда, а это их поздние имена, включенные лишь в исправленное издание (см. стр. 255, прим. 20). В тексте имеется множество изменений, и не всегда можно понять, какие относятся ко времени написания, а какие были внесены гораздо позднее. Именно так обстоит дело с упоминаниями об Амроте как сыне Галадриэли и Келеборна; но, когда бы они ни были включены в текст, можно считать бесспорным, что эта мысль возникла уже после выхода ВК: если бы во время создания романа Амрот считался их сыном, об этом непременно было бы упомянуто в книге.

Весьма примечательно, что нигде в этом тексте не говорится, что Галадриэли было запрещено вернуться на Запад. Более того, начало позволяет предположить, что сама мысль об этом отсутствовала, а дальше сказано, что Галадриэль осталась в Средиземье после разгрома Саурона в Эриадоре потому, что считала себя не вправе уйти, пока Саурон не повержен окончательно. Это главное доказательство изложенной выше достаточно сомнительной гипотезы, что мысль о запрете относится к более позднему времени, чем ВК; ср. также историю Элессара, стр. 249.

Нижеследующий текст составлен по этому наброску и снабжен несколькими комментариями, которые заключены в квадратные скобки.

Галадриэль была дочерью Финарфина и сестрой Финрода Фелагунда. В Дориате ее привечали, потому что мать Галадриэли, Эарвен, дочь Олве, была из телери и приходилась племянницей королю Тинголу, а также потому, что родичи Финарфина не запятнали себя братоубийством в Алквалонде. В Дориате Галадриэль подружилась с Мелиан. Там же встретила она Келеборна, внука Эльмо — брата Тингола. Из любви к Келеборну, не желавшему оставлять Средиземье (и, вероятно, из гордости — ведь она была среди тех, кто больше всего туда стремился), она после падения Моргота не вернулась на Запад, а ушла вместе с Келеборном за Эред–Линдон, в Эриадор. Вместе с ними в Эриадор пришло много нолдор, Серых эльфов и Зеленых эльфов; на некоторое время они поселились у озера Ненуиал (озеро Сумеречное к северу от Шира). Келеборн и Галадриэль считались владыками всех эльдар Эриадора, в том числе и бродячих эльфов нандорского происхождения, которые непереходили Эред–Линдон и не бывали в Оссирианде [«Сильмариллион»,гл. 10, стр. 89–90]. Когда они жили у озера Ненуиал, у них родился сын Амрот (где–то между 350 и 400 годами). [Когда и где родилась Келебриан— там же, или позднее, в Эрегионе, или еще позднее, в Лориэне, — не говорится].

Но со временем Галадриэль обнаружила, что Саурону снова, как в древние дни пленения Мелькора [см. «Сильмариллион», гл. 3, стр. 41], удалось ускользнуть. Хотя вернее будет сказать, что Галадриэль почувствовала некую злую силу, таящуюся на востоке, за Мглистыми горами, ибо Саурон имел тогда не одно имя, и никто еще не знал, что все эти злые дела исходят от одного враждебного духа, первого из слуг Моргота.

Поэтому приблизительно в 700 году Второй эпохи Келеборн и Галадриэль отправились на восток и основали в Эрегионе государство нолдор. (Они были главными, но не единственными его основателями). Быть может, Галадриэль выбрала это место потому, что знала о гномах Кхазад–дума (Мории). Гномы жили и продолжали жить и на восточных склонах Эред–Линдона[118], неподалеку от Ненуиала, где когда–то находились очень древние города Ногрод и Белегост; но большинство гномов переселилось в Кхазад–дум. Келеборн недолюбливал гномов, к какому бы племени они ни принадлежали (как он дал понять Гимли в Лотлориэне): он не мог простить им разорения Дориата; однако, на самом деле, в нападении на Дориат участвовали лишь ногродские гномы, и все они полегли в битве у Сарн–Атрада [см. «Сильмариллион», гл. 22, стр. 260–261]. Гномы Белегоста не одобряли этого похода и были напуганы его последствиями, и вскоре ушли на восток, в Кхазад–дум[119]. Так что можно считать, что морийские гномы неповинны в гибели Дориата, и не враги эльфам. Как бы то ни было, Галадриэль оказалась дальновиднее Келеборна; она с самого начала чувствовала, что Средиземье может спастись от «тени зла», оставленной на земле Морготом, только если все народы, противостоящие этому злу по мере своих сил, объединятся. К тому же Галадриэль смотрела на гномов как военачальник, а для войны с орками нет лучших бойцов. И наконец, Галадриэль, будучи из нолдор, понимала души гномов и их страстную любовь к ремеслам лучше, чем большинство эльдар: ведь гномы— «дети Ауле», а она, как и другие нолдор, была в Валиноре ученицей Ауле и Йаванны.

Вместе с Галадриэлью и Келеборном поселился искусный нолдорский мастер по имени Келебримбор. [Здесь сказано, что Келебримбор был из гондолинских беженцев и считался одним из лучших мастеров короля Тургона; позднее это вычеркнуто и заменено новой версией, согласно которой Келебримбор — потомок Феанора; об этом упоминается в приложении B к ВК; подробнее об этом сказано в «Сильмариллионе» — там говорится, что он был сыном Куруфина, пятого сына Феанора, и когда Келегорм и Куруфин были изгнаны из Нарготронда, Келебримбор не последовал за своим отцом и остался в Нарготронде]. Келебримбор был «не меньше гномов одержим своим ремеслом»; вскоре он стал главным мастером Эрегиона и близко сошелся с гномами Кхазад–дума; особенно подружился он с гномом Нарви. [В надписи на Западных вратах Мории Гэндальф прочел: «Им Нарви хайн эхант: Келебримбор о Эрегион тейтант и тив хин:» — «Я, Нарви, их сделал. Келебримбор из Падуби начертал письмена сии» («Братство Кольца», II, 4)]. Эта дружба пошла на пользу и эльфам, и гномам: Эрегион стал гораздо мощнее, чем был бы без помощи гномов, а Кхазад–дум гораздо красивее, чем был бы без помощи эльфов.

[Этот рассказ о возникновении Эрегиона согласуется с тем, что сказано в главе «О Кольцах Власти» («Сильмариллион»), но ни в «Сильмариллионе», ни в кратких упоминаниях об Эрегионе в приложении B к ВК не говорится о присутствии Галадриэли и Келеборна; более того, во ВК владыкой Эрегиона назван Келебримбор].

Строительство главного города Эрегиона, Остин–Эдиля, началось около 750 года Второй эпохи [в «Повести лет» это дата основания Эрегиона]. Вести об этом достигли ушей Саурона и еще более усилили страхи, пробудившиеся в нем, когда нуменорцы приплыли в Линдон и в земли к югу от Линдона и заключили союз с Гиль–галадом; дошли до Саурона и вести о том, что Алдарион, сын Тар–Менельдура, короля Нуменора, строит множество кораблей и плавает далеко в Харад. Поэтому Саурон на время оставил Эриадор в покое и избрал своим оплотом против нуменорцев край, позже названный Мордором. [В «Повести лет» сказано, что это произошло около 1000 года]. Почувствовав себя в безопасности, он послал в Эриадор лазутчиков и, наконец, около 1200 года Второй эпохи явился сам, облекшись в прекраснейшую личину, какую только мог создать.