Максим Сорокин - Восход Акроникса (СИ) Страница 79

Все кончилось довольно неожиданно, когда шагах в двухстах пронеслось крупное животное на трех ногах, четвертую ему оторвали преследовавшие твари. Вся троица тут же забыла о парне, ибо новая жертва была раз в двадцать крупнее, чем он и охота сулила явное веселье. Меч вернулся на свое место. Лишь разрезанные веревки напоминали о том, что он чуть-чуть не донес подношение до своей цели. Но вот вдалеке, на небольшом уступе показалась грациозная фигура аура, наблюдавшего за своим спасителем и Вик тоже заметил его. Что ж все было не зря. Он кивнул зверю и тот скрылся в ближайшей роще.

Пришлось ждать ещё примерно с час, пока морлоки наконец закончат трапезу и раздастся новый хлюпающий звук, призывающий выводок вернутся под землю. Парень подобрал заплечный мешок и побрел к храму, размышляя, что же ему теперь делать. Он подошел уже почти к самому подножью нужного ему холма, как внезапно заприметил, что то, что он по первому времени принял за серый валун, как-то уныло хрюкнуло. Вик отскочил назад, тут же обнажив меч. Камень был размером в три человеческих роста высоту и примерно такой же в диаметре, при этом мерно вздымался.

Осторожно обойдя вокруг, молодой человек понял, что это одно из порождений ночи и оно вот-вот должно было испустить последнее дыхание. Из-под огромного тела выпирала кожистая подвижная пасть, сейчас безвольным кулем валявшаяся на земле. По периметру клыкастого зева виднелись десятки уже начавших затягиваться поволокой глаз. В боках умирающего создания находились разорванные культи без костей, но из одной вились длинные жгуты сухожилий. Викар наступил ногой на недвижимую морду и на всякий случай пробил мечом пару глаз. Тварь вяло дернулась, но большего сделать не смогла. Тогда, намотав на кулак липкий от крови канат, выходящий из обрубка конечности и перекинув его через плечо, Викар уперся в землю в попытке сдвинуть тварь. К ни странно, это ему это удалось с первой попытки. Складывалось впечатление, что внутри огромного тела была пустота, впрочем такое вполне могло быть правдой, учитывая чьим завтраком этот монстр сегодня стал.

Тащить в гору было довольно тяжело, а едва начавшие просыпаться местные обитатели не стремились помочь, зато с удовольствием обсуждали и тыкали пальцем в обливающегося потом парня.

— «Нда», — думал Вик, — «старый добрый Кеплер, жаль не успел соскучиться по этим ехидно скалящимся рожам». Приходилось напрягать все силы чтобы двигаться вперед и он сильно радовался, что в храме погода не превратила землю под ногами в скользкую грязь.

Но что гораздо больше занимало Вика, так это то, что золотистый камень, охватывающий его запястье, начал вдруг стремительно леденеть, постепенно превращаясь в промороженный лютым холодом кусок скалы. Артефакт скрылся от кого-то, причем с такой силой, что кожа начинала неприятно побаливать от переохлаждения и это не смотря на немалые усилия, требовавшиеся чтобы тащить тяжеленную тушу.

Пот заливал глаза, а мышцы уже начинали болеть, когда кто-то преградил парню дорогу. Он остановился пытаясь отдышаться и неспешно поднял взгляд. Человек стоявший у него на пути был Викару не знаком и выглядел довольно необычно среди местной оборванной публики. Кстати, представителей оной резко поспешили убраться куда подальше, да причем так резво, что впопыхах наступили на кого-то и из-за палаток раздалась отборная ругань, вперемешку с грохотом и кашлем.

Перед Виком стоял высокий, начисто выбритый человек с тяжелыми скулами и широким лбом, чья голова была исчерчена татуировками. В холодных темных глазах сияли пламенеющие сферы зрачков, отличительная черта тех, кто часто обращался к Вечному Океану. Одет незнакомец был в широкий, красно-черный кафтан, полностью закрывавший ноги на манер робы, с черным урбусом от шеи до колен, исписанным рунами. На ногах у него были тяжелые, подбитые костяными пластинами у подошв и колен, алые ботфорты, а на руках он носил тонкие перчатки из коричневой кожи. На поясе, украшенном округлым ликом рогатого зверя, разверзшего огненную пасть. Висел потертый фолиант, кривой нож в богато выделанных ножнах и небольшая походная сумка с множеством карманов.

Парень уже изрядно вымотался и сейчас лишь исподлобья смотрел на преградившего ему дорогу. С каждой секундой затянувшегося молчания, внутри него все сильнее закипал гнев. Сказывалась и усталость прошедшего долго дня и чертова вонь гнилых ошметков, свисавших с капюшона прямо перед испачканным подсохшей грязью лицом. И конечно же то, что ему снова пришлось очутится в этом поганом, проклятом богами мире.

— Ты тот, кого зовут Викаром? — голос татуированного казалось обладал собственным внутренним эхом.

— Да, а ты кто? — устало откликнулся молодой человек.

— Это не важно. Я здесь чтобы заключить с тобой сделку.

Он хотел сказать ещё что-то, но Вик просто вновь уперся ногами в землю, продолжив движение к вершине, походя едва не зацепив лысого.

— Никто не смеет проявлять такую непочтительность ко мне! — Почти зарычал оставленный позади незнакомец.

— Я тебе свое имя назвал, пока ты не назовешь свое, разговора не будет.

Наглеца в кафтане аж перекосило и его ярость стала едва ли не ощутимой, когда воздух вокруг стал нагреваться. В ту же секунду меж Когтей, венчавших вершину холма, заструился зернистый сизый туман. То пепел сгоревших подношений взвился в воздух, напоминая всем о законах данного места.

— Агонис, имя мне!

Вик остановился, из-под нависшего капюшона взглянул на небо и выдохнул облачко пара в морозный воздух. Кем бы ни был этот человек, Викар ему был явно нужнее, чем он Викару.

— Чего ты хотел от меня? — не оборачиваясь спросил парень. До этого он заметил Измаила, которому видимо сообщили о его приходе и жрец теперь ждал его около входа на белую тропу, вившуюся по чёрной шапке вершины. Однако и подходить он явно не хотел, внимательно следя за этим странным и видимо совсем нежелательным гостем рядом с Виком.

Агонис неспешно обошел его, вновь преградив дорогу к цели. Складывалось впечатление, что он хочет вывести молодого человека из себя, однако тот лишь молча ждал, когда строящий из себя не весть что колдун заговорит.

— Я слышал, что ты нашел лежку эфирного червя, — Вик заметил, что его зубы отличались от человеческих, напоминая клыки хищника, меж которыми не было языка. На его месте зияла округлая воронка, уходившая вглубь темной глотки. Видимо это и создавало такой странный, глубинный голос, — мне хотелось бы знать, где ты видел его.

Юноша понял, что ошибся. Это создание давно перестало быть человеком, если вообще когда-либо было. Пожалуй перед таким, как говорили жители Вардемы, не стоило сразу открывать карты.