Алекс Кош - Богатыри не мы. Новеллы (сборник) Страница 77

– Не двигаться!

Михаил медленно обернулся, чтобы увидеть направленные на него дула пистолетов. Двое мужчин ничем не примечательной внешности выглядели так спокойно, словно зашли в гости просто выпить чаю. Обоих гостей Михаил отлично знал, и от этого было только хуже.

– Вы? Что вам надо?

– Я же предупреждал, что чрезмерное рвение ни к чему хорошему не приведет, – криво усмехнулся седовласый мужчина. – Не стоило копать под Громова. И ты правильно сделал, что достал пистолет. Теперь медленно поднеси его к виску и нажми на курок.

– Ээ… что? – опешил Михаил.

– Все очень просто. – Седовласый крикнул в коридор: – Эй, Крапивин, тащи девчонку сюда!

Еще один сослуживец зашел на кухню, волоча за волосы девушку одной рукой и держа у ее виска пистолет другой. Судя по взгляду Саши, она «поплыла» от сильного удара по голове и с трудом понимала, что происходит.

– У нас здесь милая девушка, получившая не сильный, но, возможно, опасный удар по голове и потерявшая сознание. Если ты будешь благоразумен и сам решишь нашу маленькую проблему, то Крапивин не выстрелит, и она останется жива. Мы даже, по доброте душевной, вызовем для нее «Скорую».

Михаил судорожно прикидывал возможные способы сопротивления, но в голову ничего не приходило.

– Дергаться я бы не советовал. Не знаю уж, что ты успеешь сделать, но твоя подруга в любом случае умрет.

– Ты клянешься, что не тронешь ее? – обреченно спросил Михаил.

– Клянусь. Мы уже много лет работаем вместе, и ты отлично знаешь, что я человек верующий и к клятвам отношусь серьезно, – рассмеялся мужчина. – Итак, сейчас я досчитаю до трех, и твою подругу пристрелят. Раз. Два…

– Стойте! – Нападение произошло настолько неожиданно, что Ашин не мог даже толком собраться с мыслями. – Хорошо… я сделаю это…

Герои, способные разоружить или даже убить трех человек, стоящих на расстоянии нескольких метров, бывают только в фильмах. Чтобы нажать на курок, нужны доли секунды. За это время невозможно вскинуть пистолет, взвести затвор и выстрелить, тем более убить двух человек, да к тому же еще и разобраться с третьим, держащим пистолет у виска твоей девушки.

Говорят, перед смертью у человека перед глазами проносится вся жизнь. Михаил в этот момент думал только о последних минутах, проведенных вместе с Сашей, и о том, что это закончится навсегда. Он попытался поймать взгляд девушки, но та окончательно потеряла сознание и обмякла.

Прежде чем нажать на курок, Ашин зарычал от бессильной ярости, а потом мир скрыла тьма…

– Это было проще, чем я думал, – хмыкнул седовласый. – Минута на то, чтобы создать видимость ссоры, и валим отсюда.

Трое мужчин быстро утроили в комнате бардак и подтащили девушку к трупу Михаила.

– Она еще жива, – заметил грузин. – Добить?

– Я же поклялся, – укоризненно посмотрел на него седовласый. – К тому же удар такой силы в висок в любом случае приведет к смерти. Ей осталось недолго.

– Лучше действовать наверняка, ведь… – начал спорить лысый, но вдруг из подъезда донесся собачий вой. Завыла сначала какая-то мелкая собака, затем к ней присоединились еще несколько с других этажей.

– Валим!

Даже когда они спешно покинули подъезд, уже на улице, их продолжал сопровождать протяжный и полный печали собачий вой – все животные в округе словно сошли с ума.

Девушка сидела, держа руку на голове волка, а по ее бледным щекам текли слезы. Юрий смотрел на нее с вялым интересом, чувства не были его сильной стороной, зато ему было любопытно узнать, чем же все это кончится.

Вдруг дверь в палату распахнулась, и тут же раздалась серия тихих хлопков-выстрелов.

– Ого как, – удивленно выдохнул Юрий, медленно оседая на пол. Изо рта мужчины полилась кровь, очевидно, одна из выпущенных ворвавшимся в палату мужчиной пуль попала в легкое.

– Я закончу это здесь и сейчас! – зло рявкнул генерал-майор Савин, переводя пистолет на девушку и волка. – Сдохните!

Цезарь тут же очнулся от транса и бросился на последнего оставшегося в живых обладателя волчьей метки. Раздалось еще несколько выстрелов, и волк рухнул на врага всем телом, тут же вгрызшись клыками в его горло.

– Миша! – запоздало воскликнула девушка, наконец придя в себя после видения из прошлого.

Саша оказалась посреди больничной палаты в окружении двух истекающих кровью мужчин и волка. Савин явно был мертв – от его шеи практически ничего не осталось, а вот лже-Юрий Ашин еще дышал, даже несмотря на несколько полученных пуль и огромную лужу крови под ним. Стоило бы задуматься, почему мертвец вообще истекает кровью, но девушке было не до этого – она поспешно бросилась к волку.

– О нет, – выдохнула Александра, с огромным трудом перевернув тяжеленную тушу Цезаря. – Миша, ты жив?

Это звучало довольно странно в отношении души человека, переродившейся в волка. К тому же волк принял на себя все выстрелы Савина и теперь мог лишь слабо поскуливать.

– Нужно отнести его в лес, – прохрипел Юрий.

– Лес?! – ошарашенно переспросила девушка. – Откуда в центре Москвы лес?!

Юрий закатил глаза, поражаясь непонятливости девушки.

– Рощица на той стороне аллеи тоже подойдет.

Девушка попыталась поднять волка, но это оказалось выше ее сил. Даже будь она здорова, Цезарь весил никак не меньше пятидесяти килограммов.

– Я не смогу… – со слезами на глазах сказала девушка, прижимая к себе волка.

Белая больничная сорочка девушки вся покрылась пятнами крови и облепила ее тело, ставшее практически невесомым за то время, что она пролежала в коме.

– Если любишь… сможешь, – выдохнул Юрий, устало закрыв глаза.

Саша ожидала, что он скажет еще что-нибудь, но мужчина застыл без движения. Даже не нужно было проверять пульс, чтобы понять, что он уже мертв. Хотя он вроде бы таким и был, но опять-таки девушке было не до подобных размышлений.

– Лю… – тихо прошептала Саша и неожиданно легко подняла волка на руки. – Конечно, люблю!

Охранники вбежали в палату как раз в тот момент, когда Саша вышла в окно пятого этажа и исчезла в темноте. Кому-то показалось бы странным, что охрана среагировала на выстрелы и крики с таким опозданием, но в последнее время в больнице вообще творилось много чего непонятного.

А тем временем девушка в окровавленной одежде несла на руках огромную серую собаку в глубину прилегающего к больнице лесопарка.

– Потерпи, Миша, – шептала она. – Осталось совсем немного. Дыши. Слышишь? Дыши!

Волк неожиданно глубоко вздохнул, выдохнул очередную порцию кровавой пены и перестал скулить.