Ольга Горовая Горовая - "- Черный, без сахара…" Страница 73

Да уж, теперь, увидев наглядно, что тут творится, она могла в какой-то мере понять желание Тараса просто махнуть рукой на все и забыть, что эти люди существовали в его жизни. Но как же можно было предпочесть такого Леонида самому Тарасу?! Она искренне не понимала выбора Анны.

Хотя, если вспомнить визит той к ней в офис - у этих двоих определенно имелось множество общих интересов.

- Ты чего пялишься?! - похоже, Леня заметил ее невольную улыбку и пристальное внимание. - Я тебе что, клоун?! Чё ты ржешь, пигалица?! - теперь пьяный подошел почти впритык и переключил все внимание на нее.

Не то, чтобы Надя стремилась к этому.

- Ты вообще, кто такая? - Леонид навис над ней, обдавая перегаром при каждом слове.

Надя растерялась. Он совершенно не представляла, как можно справится с пьяным человеком, да еще и таким - явно ищущим на ком бы сорвать злость и раздражение от плохо начавшегося дня и нехватки денег на выпивку.

- Леня, оставь человека в покое, - слабо попыталась заступиться за нее хозяйка, но сама отходила все дальше, практически оставив Надю один на один с пьяницей.

Хотя, та не могла ее осуждать - женщина пыталась увести в дом малыша, который начал плакать и испуганно всхлипывать, едва Леонид приблизился к ним всем.

- А чего она на меня пялится и ржет?! - заревел Леонид.

Она даже не смеялась. Да и нервная улыбка давно увяла на губах Нади. Но Леонид уже переключил свое внимание на плачущего Женьку.

- Не скули, как щенок!- зло рявкнул он на ребенка. - У меня и без твоего воя голова болит, - Леня в самом деле держался одной рукой за лоб, словно не был уверен, что голова удержится на месте.

Надя меньше всего хотела бы влазить в малопонятные ей разборки, тем более когда один из участников казался почти не вменяемым. Но от этого крика прямо над ее ухом, уже и у Нади стала побаливать голова.

А еще, ей стало немного страшно. Может и глупо, но когда над тобой нависает огромный, пьяный мужик, отдающий себе отчет в разумности своих поступков ровно настолько же, насколько дикий кабан - кто угодно испугается. Особенно, если обладает здравым смыслом. А Надя им обладала.

Наверное потому у нее перехватило дыхание (да и не хотелось дышать этим смрадом), а пальцы задрожали.

Однако Надя сильно уважала себя, чтобы показать свой страх такому ничтожеству, явно наслаждающемуся испугом ребенка и хозяйки дома. И потом, ей совершенно не нравилось, когда кто-то настолько громко кричал над ее ухом.

- Не орите, - спокойно и твердо проговорила она, уверенно посмотрев в глаза Леньке. Ну и что, что вся ее уверенность была только бравадой?

Похоже, тот от нее не ждал подобного.

- Ты мне тут еще поговори, девка! - еще громче рыкнул он, и наклонился ниже, едва не столкнувшись лбами с Надей.

Ее обдало новой волной вони. Да такой сильной, что комок подкатил к горлу.

- Если у вас болит голова, - скривившись от брезгливости, она едва удержалась, чтобы не прикрыть нос ладонью. - То зачем вы орете на ребенка? - задала Надя резонный вопрос.

Однако не похоже было, чтобы тот достиг разума пьяного Леонида.

Наоборот, еще больше покраснев, то ли от жары, то ли от злости, он вдруг заревел.

- Не учи меня, сука! - почти невнятно прокричал Леня, и поднял руку, очевидно,… собираясь ее ударить?

Надя растерялась. Она впервые сталкивалась с такой враждебностью и агрессивностью. И ее никто еще не пытался ударить. Словно со стороны, она удивленно смотрела, как Леонид замахивается, слыша за спиной сдавленный возглас хозяйки двора.

Тарас не поверил своим глазам.

Даже прищурился. Но ошибки никакой не было. Прямо перед ним, на разбитой грунтовой дороги села, около двора тети Маши - стояла "тойота" Нади. Он специально посмотрел на номера.

Какого черта она ЗДЕСЬ делает?!

Приехала сверять его рассказ? Посмотреть на все своими глазами? А адрес откуда узнала тогда?

Иисусе, он ничего не понимал!

Резко заглушив двигатель, он распахнул дверь своего "фольксвагена" и тут же услышал громкий рев, в котором без труда узнал голос пьяного Леонида. Тот кричал так яростно, что кое-где в соседних дворах уже появились любопытные жители, с интересом поглядывая на происходящее.

Тарас поджал губы и пошел в строну двора тещи.

Но когда в ответ Лене прозвучали неясные из-за расстояний, но спокойные слова одергивания - Тарас рванул с места.

Голос Нади он узнал бы в любом шуме.

И ему совершенно не нравилось то, что она, похоже, говорила с его бывшим другом, когда тот пребывал в таком разъяренном состоянии.

Глава 18

Она уже готова была зажмуриться.

Даже увернуться Надя не успевала, хотя, все равно попыталась отклониться, чтобы убраться с территории удара пьяного Леонида.

Растерянность и недоверие к тому, что такое может случиться, пусть при всей ее "удаче", вызвали какое-то странное оцепенение в теле. Даже кругозор ее странным образом сузился так, что Надя не видела ничего, кроме нависающего над ней Леонида, движения которого казались до странного медленными, словно в кино. Но и сама Надя ощущала себя настолько же заторможенной.

И даже захлебывающийся лай пса не нарушал этого нереалистичного оцепенения.

Однако вдруг что-то изменилось, заставив ее сердце забиться в несколько раз чаще, будто тело только сейчас отреагировало на угрозу, и Надя дернулась, хоть и понимала, что уже не успеет.

Но в тот момент, когда кулак Леонида уже почти опустился на нее, между Надей и пьяным мужчиной словно выросла стена.

Леня как-то растерянно и обиженно, с непониманием взвыл, а Надя ошарашенно смотрела в спину Тараса, который, закрыв ее собою, перехватил кулак ее вероятного обидчика и, резко дернув того на себя, вывернул ему руку за спину. И судя по тому, что скулеж Леонида становился только громче, ослаблять свой захват Тарас не собирался. Скорее, даже, наоборот.

Она еще не успела сориентироваться в такой стремительной рокировке событий, и даже оглянулась, словно не веря в то, что происходящее вокруг реально.

Хозяйка дома стояла позади нее, так же ошарашенно и испуганно глядя на то, что творилось, однако Надя не могла не отметить, что ребенка уже не было во дворе, наверное, женщина уже спрятала его в доме.

- От-пус-ти, - хныкающий, пьяный голос Лёни заставил Надю обернуться.

Тот пытался вырваться, но похоже, при каждом движение только усиливал свою боль, потому что Тарас не ослаблял, а лишь усиливал свой нажим.

Она заметила, насколько сильно он сжал свой второй кулак, и казалось, мог вот утратить контроль над собой.

Надя не видела лица Тараса, но что-то в напряженной линии его плеч, в жесткой спине, и это молчание, с которым он продолжал выворачивать руку своего бывшего друга - наводило ее на странное ощущение. Она никогда бы не подумала так раньше, но сейчас у нее мелькнула мысль, что ее любимый вполне способен на любой поступок, если кто-то посягает на то, что ему дорого и действительно важно.