akchisko_san1 - Рики Макарони и Наследники Врагов Страница 70

Терпения у Рики хватило примерно минуты на две, и за этот короткий период парень перенес и несколько приступов тошноты, и отвратительную слабость, и пару стойких порывов совершить убийство. Рози было до лампочки, что у нее во рту дрыгаются лапки и все прочее, а для Рики это было ужасно. Он подозревал, что на его лице отражаются все его чувства, свидетельствующие о душевной слабости, и потому в итоге все же удалился — как он надеялся, элегантно и с достоинством, дабы не доставлять ей удовольствия наблюдать за своими мучениями.

В спальне шестикурсников Тиффани в компании Доры возилась с котятами.

— Ты не подержишь его, вот так? — тут же попросила Тиффани. — Может, я попробую остричь ему ногти? Говорят, если рано приучать, они потом не возражают.

— Что‑то я сомневаюсь, — проворчал Рики.

Хорошенькие питомцы Тиффани только усиливали отвращение к действиям Рози. «Ну почему, Боже мой, — вопрошал парень, — почему эта девчонка такая противная? Все‑то ей дай». Он знал, Дора заметила, что он как будто бы разговаривает сам с собой, но ей надо было отвлекать Моргану, поэтому она пока ничего не сказала.

Из затеи Тиффани ничего не вышло, но она не расстроилась.

— Корм для котят заканчивается, — констатировала Дора. — Пусть пришлют из дома.

— Надо Генри сказать, — нахмурилась Тиффани. — Оставь, Ричард, пусть себе играют. Пойдем?

— Вы идите, я скоро, — улыбнулся он.

Когда Рики, пересилив себя, вернулся в гостиную, мисс Гойл сидела на прежнем месте с тем же количеством мерзкого лакомства и неотрывно следила за входом. Заметив его, тут же начала чавкать. Но в это время его позвали ребята, а там поблизости свободных мест, к счастью, не было.

Но Рики поминутно оборачивался; Рози оставалась на посту, по–прежнему чавкая. Он же, словно загипнотизированный кролик, не мог заставить себя прекратить подсматривать за отвратительным зрелищем.

— Что ты бормочешь? — обеспокоено спросил Лео.

— Ричард, ты, часом, не тронулся? — непочтительно поинтересовалась Тиффани.

А в голове Рики вертелась строчка из какой‑то песни, названия которой он не помнил.

— «Любой ценой — вперед», — процитировал он. — Теперь я понимаю, что это такое.

Большинство одноклассников не слушало его, занимаясь своими делами. Однако Дора и Лео тоже нашли глазами драчливую первокурсницу. Сочувствия Рики, впрочем, не дождался даже тогда, когда ближе к отбою лучший друг попросил «объяснить нормально», что происходит. Услышав про требование дать медальон, Дора мрачно фыркнула.

— Она решила допекать меня этим, — сообщил Рики, чувствуя себя премерзко от того, что он, по сути, ябедничает. — Я не знаю, что делать. Не бежать же к Снейпу…

То, что именно этого ему и хотелось, парень старательно скрывал даже от себя самого. Однако самое простое решение проблемы, как Рики уже убедился, не всегда бывает приемлемым и, главное, действенным.

— Не надо, — согласился Лео. — Если вмешается завуч, это только добавит ей куража. Она вообразит себя звездой, скорее всего. Незачем надоедать профессору Снейпу из‑за такого пустякового дела.

Рики не находил слов, чтоб возразить так, как ему хотелось.

— Даже не знаю, как показать ей, почем фунт лиха, — задумалась Дора.

— Эти ее лягушки, — вздохнул Рики, зажмуриваясь.

— Дело не в них!!! У тебя фобия пожирания шоколадных лягушек, — отрубила Дора. — И Мерлин свидетель, Рики, это уже твоя проблема, а не Рози Гойл.

Больше Рики ничего объяснять не пытался. Не заставишь же других пережить собственные чувства. Кажется, он начал понимать парня, который петлял по улице, лишь бы только не встречаться в собакой Дан.

Впрочем, при желании — а оно у Рики, безусловно, нашлось — он сумел найти в сложившейся ситуации и плюсы. На фоне зловещего образа Рози Гойл теперь, пожалуй, и Назойлик казался мелкой неприятностью. И слизеринца ничуть не взволновало, что накануне Хогсмида приехал крестный отец.

Но в этот раз дядя Гарри не только не встретился с Рики, а, похоже, вовсе не вспомнил о его существовании. Глава попечительского совета прибыл в школу, будучи озабочен жалобами на собственного сына.

— Профессор Снейп утверждал, что Джим просто привлекает к себе внимание, и потому не может сосредоточиться на уроке, — рассказал Артур, перекинувшись парой слов с дядей Гарри. — Ну, насмехался, будто это фамильная черта Поттеров.

— Дядя был очень расстроен, когда уезжал. Мне не нравится то, как Снейп настроен против мальчишки, — выразил обеспокоенность Эдгар. — Это даже странно. Кто бы поговорил с ним.

Рики мог бы объяснить, что это не имеет никакого значения, что если профессор Снейп за свою долгую жизнь не вправил мозги себе сам, то этого никогда не произойдет, и что оба старосты при всем желании не в состоянии повлиять на ситуацию.

— Джиму полезно, что иногда его одергивают, — примирительно произнес он вместо этого.

— Это «иногда» повторяется каждую неделю! — рассердился Эдгар, после чего Рики счел за благо уткнуться в учебник и добросовестно зубрить, и при первом удобном случае смылся из библиотеки.

В пустом классе астрономии было прохладно и пахло пылью. Рики раньше этого не замечал; впрочем, кажется, тут недавно вымыли пол. Он прошелся между парт, посидел на последней, заглянул в телескоп и ничего там не увидел, поскольку аппарат не был настроен.

Усевшись на парту, Рики задумался, почему его, в сущности, так беспокоит ситуация с Джимом Поттером, ведь, в отличие от Эди, он не был кузеном несносного мальчишки. Но, в отличие от того же Эди, он, Рики, знал слишком много, и не мог не задумываться, что в его руках достаточно нитей, чтобы попытаться изменить некоторые факты. Разумеется, он не обязан был этого делать; естественно, многое его не касалось. И все же возникший в душе дискомфорт безошибочно сигнализировал, что уклонение от действий — это как‑то нехорошо.

— Надеюсь, ты не прячешься? — разлился по пустому классу знакомый голос. Рики не шевельнулся — казалось, он спит и видит действительно волшебный сон. Во сне возможно все… Но, когда в спину стукнул кусочек мела, пришлось вернуться в реальность.

— Как ты меня нашла здесь? — спросил он Селену, которая вернулась к выходу и словно не могла решить, уйти или остаться. — Мерлин, не может быть! — вскинулся юноша, поглядев на часы. — Неужели уже два часа я здесь?

— Не знаю, — пожала плечами Селена. — Я ищу свою новую чернильницу. Посмотри вон там!..

— Эта? — Рики сразу заметил украшенную зелеными рисунками штучку в форме горы на второй парте.

Не задумываясь, он поднял ее и направился к Селене, но по мере приближения все замедлял шаг. Девушка ждала. Рики осторожно, словно вещь была хрупкой и очень ценной, передал ее Селене, при этом их пальцы соприкоснулись.