Михаил Ежов - Проклятые доспехи Страница 69

Айвонир замолчал и пощупал у Шолли-Строма пульс.

— Наложи новую повязку, — сказал он Ринии. — Лихорадка может возобновиться. Оборотнем он не станет, но за ним нужен уход.

Риния кивнула. Айвонир ещё раз пристально взглянул на баргустанца и вышел.

Где-то за глухими стенами, у горизонта, ещё плыла полная луна, бледный свет сочился сквозь чернильные облака, питая силу и кровожадную ярость рыскающих по лесу оборотней. Но на востоке уже поднимался диск солнца, и под напором его лучей небо светлело, тьма отступала, и мир забывал о холоде ночи и её мрачной власти.

ГЛАВА 15

Отряд разделился

Через три дня Шолли-Строму стало лучше. Он даже выходил на улицу подышать свежим морозным воздухом. Так что в конце недели в честь его выздоровления решили устроить торжественный обед. На него пригласили и герцога Вебертрейка, но тот отказался под предлогом важных дел. Но Айвонир с удовольствием принял приглашение. Все эти дни он ходил довольный — то ли оттого, что к нему вернулись его Драгоценные записи, то ли ещё по какой-то, неведомой остальным, причине.

Хемила несколько раз заговаривала о том, что нужно спешить в Землю Волка, но волшебник неизменно отвечал, что ещё не готов. Он объяснил, что, хотя за время отсутствия Сенегарда и его отряда он раздобыл недостающий ингредиент, на приготовление зелья нужно ещё несколько дней.

— Осталось совсем недолго, — пообещал он Хемиле.

Во время обеда, устроенного в честь выздоровления Шолли-Строма, Айвонир выглядел взволнованным и торжественным. Наконец он обвёл всех взглядом и, улучив подходящий момент, сказал:

— Мне бы хотелось, чтобы вы присутствовали при ритуале, который я собираюсь провести сегодня ночью, — в его голосе прозвучала важность. — Это редчайший случай, который может больше не представиться.

— Вы имеете в виду… э… излечение вампира? — уточнил Орманар, заметно оживившись.

— Да, сына герцога.

— А он не будет против? — спросил Сенегард.

— Кто, сын герцога? — удивился Айвонир.

— Нет, сам герцог.

— А, я с ним уже переговорил. Сказал, что вы необходимы для ритуала. Он особенно не расспрашивал. Для него главное, чтобы Беллофрейн стал прежним.

— Что ж, мы с удовольствием принимаем ваше приглашение, — сказал Сенегард. — Я, конечно, не могу говорить за всех…

После этого каждый выразил своё согласие присутствовать на ритуале «воскрешения» Беллофрейна.

После обеда Айвонир покинул Сенегарда и его товарищей, сказав, что ему ещё нужно проверить, всё ли готово.

— А вы отдохните, — посоветовал он. — Думаю, зрелище предстоит то ещё.

— Может, ещё не поздно отказаться? — спросила Риния с надеждой, когда маг вышел за дверь. — Как вы считаете? — обратилась она к стоявшим рядом Сенегарду и Шолли-Строму.

— Думаю, теперь уже ничего не поделаешь, — отозвался эльф, хитро подмигнув баргустанцу.

— Да, нельзя идти на попятную, — согласился тот, кивая. — Что о тебе подумает маг?

— Плевать! — Риния поморщилась. — Ладно, раз уж согласилась… — она махнула рукой. — Пойду и вправду отдохну, — она взглянула на Сенегарда, но тот сделал вид, что не слышит её. В последнее время он чувствовал, что ему куда ближе по духу воинственная Хемила, которая как раз в это время сидела в кресле, ощупывая свою почти зажившую руку.

Когда Риния ушла в свою комнату, Сенегард подошёл к Хемиле и сел на подлокотник.

— Ещё болит? — спросил он.

Девушка отрицательно покачала головой.

— Скоро можно будет снимать все эти дурацкие повязки, — сказала она. — Ненавижу такие периоды!

— Какие?

— Вынужденного безделья, — ответила Хемила. — Я даже лук не могла натянуть сколько дней! Наверное, теперь уже даже в дерево не попаду с тридцати футов.

— Ну, это ты преувеличиваешь, — рассмеялся Сенегард.

Девушка улыбнулась.

— Может, и так, только я себя чувствовала совершенно бесполезной, когда мы возвращались из логова. Да и в замке я даже не могла толком ухаживать за Шолли-Стромом, а ведь рана к тому времени почти затянулась. Всё приходилось делать Ринии.

— Тебя порезали гораздо серьёзней, чем тебе кажется, — сказал эльф серьёзно. — Хорошо, что с нами был Орманар, у которого оказались лечебные зелья. Ты же помнишь, он говорил, что была задета мышца, если бы она неправильно срослась…

— Да-да, — перебила его Хемила, досадливо поморщившись. — Я бы никогда уже не смогла натянуть лук, прилично драться на мечах и так далее. Не напоминай, пожалуйста.

— Многим девушкам всё это делать ни к чему.

— Ну да! — Хемила фыркнула. — Слышала я уже эти речи не раз, спасибо, что напомнил! Конечно, девушка должна сидеть дома, шить, вязать и говорить, только когда её спрашивают. Благодарю покорно!

— Извини.

Хемила удивленно посмотрела на Сенегарда.

— Горный эльф просит прощения? — спросила она недоверчиво.

Сенегард развёл руками.

— Ладно, я пойду, — сказал он. — Прогуляюсь, — с этими словами эльф вышел на улицу.

Хемила проводила его взглядом. «Если бы не Риния», — мелькнуло у неё в голове, но девушка тут же отмела от себя этот обрывок мысли. Она должна думать об отце. И о Серой Марке.

Поздно вечером за Сенегардом и его товарищами зашёл слуга Айвонира, гном Драфтер. Он проводил их в башню волшебника, в большую круглую комнату, вдоль стен которой стояли трёхногие железные светильники. В центре располагался стол, на котором лежал полуобнажённый юноша, бледный как снег. Запавшие глаза, заострённые черты лица и спутанные каштановые волосы создавали впечатление трупа.

— Сейчас он спит, — сказал Айвонир. Маг, одетый в длинную чёрную мантию, расшитую серебряными символами четырёх стихий, стоял возле головы вампира, одной рукой опираясь на стол. — Я погрузил его в глубокий транс, — он приблизился к гостям. — Прошу вас, встаньте вдоль стен, подальше от центра комнаты. Я точно не знаю, как будет происходить исцеление, так что следует быть готовыми к любым неожиданностям. Хорошо, что вы вооружены.

— Да, мы подумали, что лучше подстраховаться, — отозвался Кафангер, кладя руку на эфес меча.

— Холодное оружие убивает носферату, только если снести ему голову, — предупредил Айвонир. — Но прошу вас, даже если что-то пойдёт не так, не торопитесь убивать Беллофрейна.

Кафангер кивнул.

— Мы не стали брать колья, — сказал он, — потому что доверяем вашему мастерству. Но с оружием нам спокойней.

— Понимаю, — кивнул волшебник.

— Мои силы ничтожно малы по сравнению с вашими, — сказал Орманар. — Но если вам понадобится какое-нибудь содействие… — Он умолк.