Код Ордела - Александра Европейцева Страница 66

Зори ткнулась мордой в её ладонь, напоминая о своём присутствии. Агес опустила руку на мощную голову лисы, чувствуя под пальцами твёрдый череп и мягкую шерсть.

— Ты — моя семья сейчас, — тихо сказала она. — Ты и Нами. И Тали, и Киара, и даже Налиро. Но их… их всё равно не хватает.

Зори издала тихое, понимающее урчание.

Агес выпрямила плечи. Нет, жалеть себя времени не было. Отец не для того всё затеял, чтобы она сейчас раскисла от тоски.

Она вышла из лаборатории и заперла дверь. Вечерний ветерок, уже прохладный, пахнущий песком и озоном, обдул её лицо, высушивая следы слёз. Она посмотрела в сторону Западного разлома, где её ждал Нами. Идти туда нужно было не с тяжёлым сердцем, а с ясной головой. Всю эту бурю эмоций — благодарность, тоску, ярость на Идага, оглушающее изумление — нужно было отложить. Упаковать в дальний угол сознания и запечатать до поры до времени.

— Хорошо, папа, — снова прошептала она, но уже не в пустоту, а в сторону надвигающейся ночи. — Сначала — спасу свой дом. Свой новый дом от твоего брата. А потом… потом верну всё и маме. И её свободу тоже. Обещаю.

И она зашагала по вечерним улицам Ордела навстречу Нами. Зори неотступно следовала за ней, её огненный хвост, как знамя, развевался в сумеречном воздухе.

Глава 20

Аукционный зал на верхнем уровне торговой галереи Карведеля дышал показным великолепием. Здесь решались судьбы контрактов, способных обогатить или разорить целые синдикаты.

Сегодняшний аукцион был особенно важен. Речь шла о продлении эксклюзивного контракта на поставку новых глитеров для объединения межпланетных перевозчиков — лакомого куска, который его синдикат удерживал последние десять лет. Без этого контракта производственные линии встанут, прибыль просядет, и его и без того шаткое положение пошатнётся ещё сильнее. Конкурентов было немного, а потому можно было слегка расслабится. Вряд ли здесь есть хоть кто-то, кто способен с ним конкурировать.

Аукцион набирал обороты. Цифры на голографическом табло падали. Идаг делал свои ставки размеренно, холодно, заставляя себя концентрироваться. Каждый кредит был на счету.

И в этот момент, когда напряжение достигло пика, а ставки подбирались к критической для него отметке, в зал вошёл он.

Человек в безупречном костюме верберносского покроя, сдержанного серого цвета. Его появление было тихим, но заметным. Сразу несколько голов повернулось, послышались сдержанные перешёптывания. Идаг раньше не видел этого лица с правильными, почти гаваардскими чертами, коротко стриженными светлыми волосами и спокойными глазами цвета старого льда. Человек прошёл к ряду почётных гостей и занял место, не проявляя ни малейшего интереса к происходящему.

Но аукционист, пожилой карведелец, натренированный на важные объявления, сделал паузу и почтительно кивнул в сторону новоприбывшего.

— Дамы и господа, разрешите отметить присутствие господина Барриола Даведа, управляющего директора «АркТек», — прозвучало в тишине зала.

Идаг почувствовал, как стресс-кибер в его руке издал тихий щелчок, едва не сломавшись. «АркТек». Это название он слышал краем уха в последнее время. Новая, стремительно растущая компания из нейтрального Верберноса. Они не были прямыми конкурентами в тяжёлой промышленности, но «АркТек» зарекомендовал себя как инновационный гигант в области импульсных двигателей, систем стабилизации и квантового шифрования. Говорили, что за ним стоят какие-то гениальные, анонимные инженеры. Говорили, что их технологии на шаг впереди всего, что есть у Гаваарда и Карведеля. Говорили, что их финансовые возможности практически безграничны.

И вот их управляющий здесь, на аукционе за контракт на глитеры. Зачем?

Холодок скользнул по позвоночнику Идага. Он инстинктивно понял, что это не случайность. Это игрок, которого он не учел.

Аукцион продолжился. Идаг, стиснув зубы, снизил ставку, отбивая атаку одного из карведельских кланов. Его мозг лихорадочно работал. Если «АркТек» хочет этот контракт, у него нет шансов. Они могут взять контракт за дешево, а потом предложить перевозчикам следующее поколение транспорта.

Словно подтверждая его мысли, Барриол Давед, не меняя выражения лица, поднял руку. Он не стал кричать цену, просто показал аукционисту плавный жест пальцами. Тот кивнул и объявил новую сумму.

В зале повисла тишина, а затем пронёсся сдержанный гул. Цифра была на тридцать процентов ниже предыдущей ставки Идага.

Идаг замер. Кровь отхлынула от лица, ударив в виски. Он проиграл! Проиграл из-за какого-то верберносского выскочки! Боль была острой, почти реальной.

Он видел, как аукционист, улыбаясь, объявляет победителя — Барриола Даведа. Видел, как тот встаёт, с той же невозмутимой лёгкостью принимает поздравления от соседей и представителей синдиката перевозчиков. Деловито, без тени высокомерия. Как будто отобрал у Идага не ключевой контракт на десятилетие, а купил на рынке корзину фруктов.

Процедура закончилась. Гости начали расходиться, разбиваясь на группы, бурно обсуждая неожиданный итог. Идаг медленно поднялся. Его ноги были тяжёлыми, будто налитыми свинцом. Он должен был уйти. Просто развернуться и уйти, пока не сорвался, пока не выкрикнул что-нибудь, что окончательно похоронит его репутацию в этом кругу.

Но была традиция. Дурацкая, лицемерная карведельская традиция подойти и поздравить победителя. Показать, что ты выше обиды, что бизнес есть бизнес. Отказаться — значило признать поражение не только в аукционе, но и в правилах игры.

Идаг заставил свои мускулы расслабиться. Маска холодной, слегка усталой деловитости, отточенная годами, натянулась на его лицо. Он выпрямил плечи, поправил складки на дорогом костюме и направился к той стороне зала, где стоял Барриол в окружении небольшой группы.

Подходя, Идаг уловил обрывки их разговора. Господин Давед говорил тихим, ровным голосом, без карведельской хрипоты или гаваардской холодной отточенности.

«…технические спецификации будут переданы вашим инженерам в течение недели. Мы предусмотрели модульную архитектуру, что позволит вам легко модернизировать существующий парк…»

Слушатели кивали, задавали вопросы. Барриол отвечал чётко, по делу, без лишних слов. Идагу, знавшему тему изнутри, было ясно, что человек разбирается. Не просто финансист или управленец, а технократ. Опасная порода.

Когда круг собеседников немного рассеялся, Идаг сделал последний шаг вперёд.

— Господин Барриол, — произнёс он, и его голос прозвучал ровнее, чем он ожидал. — Позвольте поздравить с блестящей победой.

Барриол медленно повернулся. Его глаза цвета старого льда встретились с взглядом Идага. В них не было ни торжества, ни пренебрежения, ни даже обычного любопытства. Только спокойная, аналитическая внимательность.

— Благодарю вас, господин… — он сделал крошечную, едва уловимую паузу, хотя Идаг был уверен, что этот человек знал имя