Две половины победы - Бондарев Олег Игоревич Страница 64

Но Мелла нашла погибель на плато Василисковых гор, и никто не решился потревожить ее могилку, заботливо сложенную Лисом.

И не решится, пока я жив.

О Синем и вспоминать не хотелось. Недостоин он считаться агентом. Завтра, на собрании, он будет посмертно развенчан и осужден.

На том же собрании Жан вновь примерит мантию Радуги, то есть уже официально вернется в наш строй. За вклад в победу над Кодией и просто в качестве признания нашей ошибки, нашего глупого следования принципам.

Наверняка это и некоторые другие правила будут пересмотрены. Жану не станут больше мешать общаться с женой.

Многое изменится…

И в первую очередь – цвет его мантии. Жан теперь не Желтый – Красный агент.

А я – Оранжевый.

Злая усмешка судьбы? Простое совпадение? Не знаю. Но я не позволил бы кому-то другому занять ее место.

Мартинец станет Желтым, Фиолетовый получит мою родную зеленую провинцию…

Остальных агентов наберем из учеников. Они пока не столь хороши, как несостоявшаяся Дейдра, но времени у них предостаточно. Мы по крайней мере, сделаем всё возможное.

А еще Верония обрела королеву. Точнее, обретет, когда королевство вернется в обычный ритм жизни. Сейчас они стоят рядом с одинаково серьезными лицами и держат друг друга за руки.

Маквал и Миралисса.

Король и королева.

Красивая пара. Уверен, из них получится прекрасный дуэт правителей.

Что касается бедняжки Литы, Миралисса, едва завидев ее, тут же принялась уговаривать Его Величество удочерить несчастное дитя. В ответ на вопросительный взгляд короля она густо покраснела и что-то шепнула ему на ухо. Маквал обдумал услышанное и дал добро.

На этом, пожалуй, можно было бы и закончить, но нельзя не добавить еще словечко о Лисе. Всё же, как ни крути, именно висельник избавил Веронию от большинства проблем, и королевство теперь перед ним в большом долгу.

Король, внимательно выслушав мой пересказ разговора с преступником, мигом отменил обещанную за голову Герберта награду. Открыто поддерживать героя он, конечно, не мог, но остановить его поиски – запросто.

А спустя несколько месяцев Лита родила сына. Счастливые дедушка с бабушкой утирали слезы умиления, любуясь мальчишкой, а он мирно посапывал в колыбели – такой крохотный и спокойный…

Юный Герберт был очень тихим малышом. Однажды мне тоже довелось побывать в детской и посмотреть на лежащего в колыбельке ребенка…

И не будь я ал Рид, если раньше мне не доводилось видеть этот хитрый прищур карих глаз!..