Михаил Ежов - Проклятые доспехи Страница 60

Тем временем Орманар зарубил одного из оборотней, но другой рассёк магу лицо и сбил с ног. Волшебник быстро прошептал заклинание, и ликантроп затряс головой, пытаясь сбросить с глаз на секунду возникшую пелену. Орманар воспользовался этим, чтобы подняться. Оборотень пришёл в себя и набросился на мага, тот подставил под удар клинок, затем перешёл в наступление, посылая меч снизу. Ликантроп ловко отвёл оружие Орманара в сторону и ударил волшебника эфесом в лицо. Тот покачнулся, но успел выпалить короткое заклинание, на мгновение сковавшее оборотня. Маг тут же выбросил руку с клинком вперёд и поразил противника в глаз.

Шолли-Стром к тому времени разделался с обоими напавшими на него ликантропами, хоть и получил два ранения: одно в руку, а другое в бедро. Но оба они были не более чем порезами.

— Итак, — сказал Сенегард, обведя взглядом поле боя и убедившись, что больше опасности ждать неоткуда, — мы победили, и у нас есть пленник, — он указал на лежавшего без сознания оборотня. — Я специально пока не стал убивать его. Шолли-Стром, помоги мне связать его, — с этими словами эльф снял со стены висевшую там верёвку.

Баргустанец подошёл к ликантропу, присел и перевернул на спину. Внезапно оборотень открыл глаза и что было сил вцепился зубами в руку Шолли-Строма. Тот, вскрикнув от неожиданности, резко вырвал руку и ударил ликантропа с размаху, так что оборотень ударился головой об пол.

— О, нет, только не это! — воскликнул Орманар, подскакивая к баргустанцу. — Покажи! — он схватил его руку. — Он тебя укусил!

— Ну и что? Пустяки, заживёт, — беззаботно ответил Шолли-Стром и вдруг побледнел. До него дошёл смысл случившегося.

— Проклятье! — вырвалось у него. — Неужели?.. Но он ведь сейчас человек. Я хочу сказать…

— Это неважно, — перебил его Орманар. — Если до восхода второй полной луны мы не введём тебе кровь вампира, ты обречён.

— Но… где мы её возьмём? — ошеломлённо спросил Шолли-Стром, разглядывая прокушенную руку.

— Не имею представления, — признался маг. — Но, кажется, Малдония считается страной, где этих тварей больше всего. Думаю, Айвонир знает, где их можно найти.

— Тогда давайте скорее найдём его проклятые записи и двинем обратно! — завопил баргустанец. — Но сначала я прикончу этого мерзавца, — с этими словами он выхватил секиру, собираясь раскроить укусившему его оборотню голову.

— Постой! — Сенегард схватил его за руку. — Сначала допросим его.

— Но потом?..

— Делай с ним, что хочешь, — кивнул эльф.

Шолли-Стром мрачно улыбнулся.

— Но сначала помоги мне его связать. Думаю, после твоего удара он ещё не пришёл в себя.

— Двину ещё разок для верности, — баргустанец размахнулся и впечатал кулак в лицо неподвижно лежавшего оборотня. — Теперь давай.

Вдвоём с эльфом они надёжно связали ликантропа.

— Надо привести его в чувство, — проговорил Сенегард, затем, обратившись ко всем остальным, добавил: — Обыщите пока здесь всё. Может быть, его помощь нам и не понадобится.

Пока его спутники вытаскивали ящики, перерывали шкафы и потрошили сундуки, Сенегард пытался вернуть пленнику сознание. Наконец, ему это удалось.

— Привет, — сказал он, когда оборотень открыл глаза и тупо уставился на него. — Надо поговорить.

Ликантроп усмехнулся. Похоже, он начал приходить в себя.

— Мне нужно узнать одну вещь, — сказал Сенегард, не обращая на это внимания. — И тебе лучше рассказать мне всё по-хорошему. Потому что иначе я буду отрезать от тебя по кусочку, пока ты не превратишься в гору окровавленного мяса. — При этих словах ликантроп напрягся, но продолжал делать вид, что нисколько не испугался.

— Итак, — Сенегард провёл лезвием меча по шее пленника, — где записи, похищенные из замка герцога Вебертрейка? Ты знаешь, о чем я говорю.

Оборотень отвернулся.

— Они здесь? — спросил эльф.

Ликантроп молчал, опустив глаза.

— Нашли что-нибудь? — Сенегард повернулся к своим спутникам.

— Ничего похожего, — отозвался Орманар, просматривая какие-то бумаги.

— Когда закончите искать, скажите, — попросил эльф, затем снова повернулся к пленнику: — Спрашиваю ещё раз, а я этого не люблю, — клинок плотнее прижался к шее оборотня. — Где записи, похищенные у колдуна по имени Айвонир?

— Вы меня отпустите? — выдавил из себя ликантроп.

— Конечно, — легко соврал Сенегард. — Нам нужны только они.

— Тогда развяжите, — потребовал оборотень.

— Ты не в том положении, чтобы о чем-то просить, — заметил Сенегард. Отвечай на вопрос и не заставляй нас ждать.

— Ладно, — проговорил ликантроп, пару секунд подумав. — Они у Лауды.

— Кто это?

— Хозяин Беллофрейна, — последовал ответ.

— А это кто? — Сенегард начал терять терпение.

— Сын Вебертрейка, разумеется, — ответил оборотень. — Вы что, даже этого не знаете? — он усмехнулся.

— Лауда вампир? — спросил Сенегард, не обращая на это внимания.

— Конечно, вампир.

— И где его найти?

— На кладбище.

— На каком? — Сенегард приблизил конец меча к лицу оборотня. — Я что, должен каждое слово из тебя вытягивать? Сейчас отрежу тебе уши и посмотрю, не станешь ли ты разговорчивей.

— На погосте Малофрейна, — быстро ответил ликантроп, сглотнув. — Это недалеко от замка Вебертрейка, уверен, герцог знает дорогу.

— Значит, говоришь, Лауда?

Оборотень кивнул.

— А фамилия?

— Не знаю. Клянусь!

— Ладно, — эльф задумчиво покачал клинком. — И записи у него?

— Точно, он их сразу забрал.

— В могиле, стало быть?

— Конечно, а то где же?

— Ну хорошо. — Сенегард опустил меч, и ликантроп улыбнулся. — Шолли-Стром, он твой, — окликнул эльф баргустанца. Тот обернулся и сразу же подошёл, доставая из чехла секиру.

— Но ты же обещал! — запротестовал оборотень. — Я сказал всё, что ты хотел знать.

— И больше нам не нужен, — отозвался эльф, отходя.

Шолли-Стром крякнул и поднял секиру над головой. В устремлённых на сверкающее лезвие глазах оборотня застыл ужас. Раздался тихий свист, влажный хруст, а затем баргустанец распрямился и принялся вытирать с оружия кровь.

— Мы всё обыскали, — сказал Орманар, стараясь не смотреть в ту сторону. — Здесь записей нет.

— Значит, ликантроп не соврал. Скорее всего, — Сенегард убрал меч в ножны, — нужно ехать обратно в замок, и побыстрее. Шолли-Строму необходима кровь вампира, а нам — Хозяин Беллофрейна, сын Вебертрейка. Оборотень сказал, что записи Айвонира в могиле его Хозяина.

— Кого? — переспросила Риния.