Меч Кайгена (ЛП) - Вонг М. Л. Страница 6

— Хиро-нии-сан ушел, — Нагаса надулся.

— О? Куда он ушел? — Хиори посмотрела на Мисаки.

— Хиро-кун в додзе начальной школы, — сказала Мисаки, качая Изумо на свих коленях.

— Точно, — сказала Хиори. — Ему нравится смотреть, как старшие мальчики тренируются, да?

— Он теперь тренируется с ними, — сказала Мисаки. — Начал, как только смог поднять тренировочный меч.

— Разве ему не пять? — Хиори поразилась. — Я думала, это запрещено.

— Инструкторы сделали исключение, — сказала Мисаки. Пятилетнего ребенка еще не принимали на уроки меча в начальной школе, но второй сын Мисаки, Хироши, был не обычным.

— Он — серьезный мальчик, да? — сказала Сецуко. — Как миниатюрная версия своего отца. Это немного жутко.

— Почему ты не можешь быть таким, как он, Рё-кун? — Хиори ткнула локтем своего сына, Рёту. Она сказала это шутливо, но с ноткой серьёзности.

— Он ещё очень юный, — сказала Мисаки. — Рёта-кун, сколько тебе лет?

— Четыре, — гордо сказал Рёта.

— Вот видишь, — сказала Мисаки. — Ты можешь стать маленьким мечником, как Хироши, в следующем году. Кто знает?

— Я — мечник! — заявил Рёта, ни к кому не обращаясь, наверное, цитируя мультик. — Я вызываю тебя на дуэль!

— Да? — невольно дразнила его Мисаки.

Мисаки собрала джийя, втянула молекулы воды вокруг в свою ладонь и заморозила их в самодельный меч — скорее тупую сосульку, чем меч — размера, который подходил для сражения с четырехлетним.

— Принимаю! — сообщила она.

— Мисаки-сан, что ты делаешь? — спросила Хиори.

— Бейся со мной, Юкино Рёта! — Мисаки изобразила голос злодея из мультика, сдвинув Изумо к своему левому боку, подальше от опасности.

— Рё-кун, не надо, — предупредила Хиори. — Мисаки-сан — леди. Не… — но мальчик от радости, что он нашел друга для игры, уже бежал на Мисаки с деревянным мечом.

Рука Мисаки двигалась на почти забытом импульсе. В два взмаха она обезоружила маленького Рёту. Еще взмах псевдомечом, и она сбила мальчика с ног. Он рухнул на спину, охнув, и Мисаки направила сосульку на его грудь.

— Я победила! — драматично сказала она. — Признай поражение, или я защекочу тебя!

— О, нет! — завизжал Рёта и стал отползать, хихикая. — Нет, нет!

Мисаки не сдержалась. Она задрала кимоно и побежала за ним. Быстрый мальчик не ожидал, что домохозяйка Мисаки догонит его за три шага. Он закричал, когда она обвила его рукой, смеялся, когда она повалила его на пол, щекоча.

— Мисаки-сан, что ты делаешь? — завопила Хиори, не зная, возмущаться или веселиться.

— Не переживай, Хиори-чан, — сказала Сецуко. — Это Мисаки делает, когда она в хорошем настроении, — Сецуко не понимала, что это незнакомое создание — бесстрашная и странная женщина, которая быстро бегала и играла с мечом — была отголоском времени, когда вся жизнь Мисаки была счастливой.

Оправившись от щекотки, хихикающий Рёта поднял меч и снова напал на Мисаки. В этот раз она поддалась, дала мальчику поймать ее ритм, пару раз хорошо взмахнуть мечом, а потом она снова его обезоружила.

— Боюсь, Рё-куну далеко до Хиро-куна, — рассмеялась Хиори, — если он проигрывает женщине.

Мисаки могла сказать, что проигрыш ей не был тем, из-за чего мальчик или мужчина мог стыдиться, но об этой части себя она больше не говорила. Такеру это запретил.

— И я! — запищал Нагаса, прыгая со своим игрушечным мечом. — Каа-чан, и я!

— Мальчики, осторожно с ребенком! — предупредила Хиори, Рёта и Нагаса напали на Мисаки одновременно.

Но Мисаки была в состоянии отбиться от двух детей правой рукой, удерживая удобно левой рукой младенца. Только когда шум разбудил Изумо, и он завопил, Мисаки пришлось остановить дуэль.

— Простите, мальчики, — она превратила меч-сосульку в пар взмахом ладони. — Это все на сегодня. Я сдаюсь. Хорошо бился, Юкино-доно, — она потрепала волосы Рёты. — Мацуда-доно, — она пощекотала Нагасу под подбородком. — Мы повторим дуэль позже.

Она с улыбкой ушла к дивану, чтобы успокоить Изумо.

— О, нет! — Нагаса бросил игрушечный меч и пошл за мамой к дивану, глядя с искренней тревогой. — Малыш плачет!

— Он не расстроился из-за тебя, Нага-кун, — сказала Мисаки мальчику. — Он просто голоден.

Мисаки сдвинула ткань кимоно, повернула кричащего малыша и дала ему грудь. Вопли почти сразу же прекратились.

— Нельзя так бояться боя, — пошутила Сецуко, задев пальцем ногу Изумо. — Ты вырастешь великим воином, как твой ворчливый отец.

— Эй, Сецуко, — сказала Мисаки с улыбкой. — Не шути над моим ворчливым мужем. Он трудится, чтобы хмурая гримаса была на его лице весь день.

— Маттаку! — воскликнула Хиори и раздраженно цокнула языком. — Ты знаешь. Как счастлив был бы Дай, если бы я дала ему четырех хороших сыновей. Он улыбался бы весь день даже с сыном как твой Мамору.

— Если тебя утешит, Мамору был бы рад, будь Дай-сан его отцом, — сказала Мисаки.

— О, да? — встрепенулась Хиори.

— Ты не знала? Дай-сан — его любимый инструктор с мечом и джийя.

Хиори захихикала.

— Мисаки-сан, не шути!

— Я не шучу, — честно сказала Мисаки.

— Его отец — Мацуда Такеру, — сказала Хиори, — мастер Шепчущего Клинка, величайший мечник на горе.

— И ужасный учитель, — сказала Мисаки. — Его указания это скрестить руки, нахмуриться и сказать: «Плохо. Давай еще раз», — она нахмурилась и понизила голос, пытаясь изобразить сухой монотон мужа. — Все еще плохо. Повтори. Слушай. Или делай правильно, или я тебя разрежу, позорище. Что значит, ты не понимаешь? Что тут понимать? Просто сделай правильно.

— Хватит! — взмолилась Сецуко, держась за живот от смеха. — Ты так хорошо изображаешь Такеру! Я умру!

— Как ты делаешь голос таким низким? — Хиори смеялась.

— Что? Вот так? — прогремела Мисаки. — Глупая женщина, ты не можешь понимать такие дела. Мое мужество не допускает человеческой гибкости.

Три женщины захихикали, и из-за того, что их матери смеялись, Рёта и Нагаса тоже засмеялись.

Мисаки годами пыталась быть своей с этими людьми. Они были не как ее друзья из школьных дней. Они не были странными провидцами, как Эллин, или гениями, как Коли, или непобедимыми силами энергии, как Робин. Они не изменят мир, не могли понять, почему кто-то этого хотел, но они любили ее. Она могла смеяться с ними, и этого было достаточно.

В те дни Мисаки могла убедить себя, что этого было достаточно.

ГЛАВА 2: ТУМАН