Алекс Вей - Наследница Страница 58

Тут ему показалось, как по нему кто-то ползёт. Крысы. Не желая оставаться в этой яме, с помоями и крысами, он, сцепив зубы, собрал оставшиеся силы в кулак, и заставил себя подняться. Будучи уже на четвереньках, он попытался встать на ноги, но эта попытка отозвалась настолько жуткой болью, что он вскрикнул, и вновь упал лицом в грязь.

К его глазам начали подступать слезы, которые он даже не думал сдерживать. Лоран не плакал, наверное, лет с десяти, но теперь ему было плевать. Какая уже разница? Он валяется в канаве Нижней округи, скоро его сожрут крысы, а он даже не в состоянии подняться. И на помощь звать бесполезно, тут никто никому не нужен. А если и случится чудо, его все равно ищут как преступника. Вот и закончилось все, он уйдет следом за братом, и если тот хотя бы погиб достойно, на турнире, он сдохнет в помойной яме. Глаза защипало от слез, а из его уст вырвался сдавленный стон.

«Высоко взлетаешь, больнее падать… Да больно. Правда… За что… Все это? Мироздание, ответь? Это за девчонку? А кто накажет её? Чем она лучше? Чем?!!! Только тем, что она дочь Императора? Она убила моего брата… Он ей ничего не делал… Почему? Почему я должен умереть в этой клоаке?!! Почему все так не справедливо? Не я придумал эти правила, так за что я сейчас расплачиваюсь? Почему одним все, а мне ничего? Высоко взлетаешь, больно падать… Но почему так… Почему я не имею права взлететь высоко?» — мысленно вопрошал Лоран, а сам издавал стоны переходящие в хрип. На большее он был уже не способен.

Он никогда не молился, в Нижней округе большинство быстро теряют надежду на Высшие Силы. Вот и сейчас, ему было не до молитв, он мысленно клял Мироздание, принцессу, тех оборванцев из трактира, всю Нижнюю округу и самого себя. Клял, рыдая в голос, и ждал смерти, уже не обращая внимания на подступающих крыс.

Обессиленная от подъёма Эрика, цепляясь за веревку дрожащими от страха руками, наконец, достигла самой вершины. Перемахнув через парапет, принцесса упала на каменный пол. Мысль, что она всё-таки сделала это и осталась жива, будто придала сил, и Эрика, всё ещё дрожа, поднялась. Ярко светящее солнце слепило глаза, а ветер, дувший на вершине ещё сильнее, чем внизу, казалось, вот-вот сорвёт одежду.

Эрика поправила прикрывающий лицо платок, накинула слетевший капюшон, устремила свой взгляд вперёд, а потом вниз. Принцессе захотелось зажмурить глаза, забиться в угол и впасть в забытьё, панический страх высоты все ещё давал о себе знать. Но Эрика, не двигаясь с места, продолжала смотреть вниз.

«Самое страшное, что может случиться, я могу умереть, но ведь смерть это самое меньшее, чего стоит бояться!» — твердила наследница самой себе, как тогда, когда решалась на этот шаг, и когда, наплевав на страх, поднималась вверх. Голова у принцессы, как это бывало обычно даже на куда меньшей высоте, на этот раз не кружилась, только сердце билось намного быстрее, намереваясь выскочить из груди.

И в какой-то момент Эрика поняла, ей безумно хорошо. Хорошо, как никогда. Страх теперь больше не имел значения, уступив место непередаваемому блаженству. Крепость Эрхабен, увенчавшая холм Вечности, величественно возвышалась над равниной. С восточной, самой высокой, дозорной башни были видны все окрестные поля, леса и деревни, и казалось, что если бы не хребты Мертвых гор, можно рассмотреть само Кровавое море. Люди, с такой высоты выглядели суетящимися муравьями, деревни казались игрушечными, а простиравшиеся леса и долины, освещённые ярким солнцем, поражали своими размерами.

— Наверное, это и есть свобода! Как же я не понимала этого раньше! Свобода от всех! Свобода от страха! — вслух произнесла Эрика, сидя на стене и любуясь окрестностями.

Принцесса, сидя на верху, потеряла счет времени. Наследница желала продлить этот момент как можно дольше, даже несмотря на холодный ветер, пробирающий до костей. Взятый в гардеробной первый попавшийся костюм брата был предназначен для более жаркой погоды. Однако наслаждение прервал знакомый голос.

— Эрика, не делай глупостей! Умоляю, выслушай меня! — мягким тоном говорил Фердинанд.

Эрика посмотрела вниз, и увидела отца. Он стоял на предпоследнем ярусе башни.

— Зачем вы пришли? Дайте мне спокойно умереть! — обреченно произнесла Эрика.

— Почему ты хочешь умереть? Что случилось? Это из-за того покушения? — в отчаянии вопрошал Император.

— Не только! Я уродлива, разве сами не видите?! Все это говорят! Но я обязана буду выйти замуж за человека, который будет меня презирать! Вы же отдадите меня замуж за первого попавшегося желающего! — кричала она.

— Нет, так не будет. Я клянуснь! Не волнуйся, ты выйдешь замуж лишь за человека, который полюбит тебя, и которого полюбишь ты!

— Поклянитесь перед ликом Мироздания, что я выйду замуж только когда сама захочу! — истерично требовала принцесса.

— Клянусь перед Мирозданием, ты сама всё решишь! — буквально выдавил из себя эти слова Император, — давай я поднимусь к тебе и помогу слезть!

— Нет! Я все равно не хочу жить! Я не вернусь туда!!! Они все ненавидят меня! Смотрят как на пугало! А ещё хотят моей смерти! Я боюсь! Меня предали гвардейцы! В Храме я тоже жить не хочу! Лучше умру! — кричала наследница.

— Эрика, прошу тебя, успокойся. Я люблю тебя, девочка моя, прости меня за всё. Я обещаю, что выгоню из дворца всех гвардейцев! — сыпал обещаниями Император.

— Не хочу я тут жить! Я ненавижу их! Лучше умереть! — как заведенная, продолжала твердить она.

— Тогда, хочешь… Ты можешь уехать на время… Например, в Небельхафт? Там безопасно! Это моя родина! Тетушка Беатрис очень добра!

— Нет! Я хочу умереть! Зачем мне жить, если мне придется сюда вернуться?!

— Ты можешь жить там! Да, там! Сколько захочешь! — уверял отец.

— Поклянитесь!

— Клянусь перед ликом Мирозданием! Только прошу, не делай глупостей. Фердинанд собрался лезть вверх прямо к Эрике.

— Не надо, спускайтесь вниз, я сама слезу! — потребовала она.

— Но Эрика! Если не хочешь видеть меня, я пришлю гвардейцев! Или пусть Виктор поднимется, если ты им не доверяешь!

— Спускайтесь, или я передумаю! И не надо никого, не хочу их видеть! Прикажите всем кроме Виктора, уйти со стены!

Когда принцесса спустилась, внизу её ждали лишь Фердинанд и Виктор, немного поодаль стояли гвардейцы, охраняющие Императора. После спуска Эрика была уже практически без сил. Отец тут же кинулся её обнимать. В стороне на неё смотрел возмущенный талерманец, которому она вдруг хитро улыбнулась.

Уже в комнате, когда, наконец, расчувствовавшийся Император удалился, Эрика получила возможность поговорить с Виктором наедине, и рассказать правду. Принцесса даже не думала о самоубийстве. Хотя наследница понимала, что она может погибнуть, если у нее начнется паника при подъёме по отвесной стене и верёвке. Но она решила, лучше умереть, чем продолжать прежнюю жизнь. А тут ещё такой хороший повод убедить отца оставить её в покое. Теперь ей это было как никогда необходимо.