Янтарный свет. Трилогия (СИ) - Вишневский Сергей Викторович Страница 58

– УМРИ! – выкрикнула Нами.

От девушки метнулись пара десятков чёрных нитей, устремившихся к противнику, но все они на расстоянии двух метров резко сменили траекторию, разлетевшись в стороны.

В ответ к ним пролетели прозрачные сгустки, которые с огромной скоростью направились к ним. При полёте они создавали искривление пространства, отчего полет сопровождался легким гулом.

– НЕТ! – снова прокричал Ари, выдал вспышку света и метнулся к девушке.

Огромный сияющий шар вспыхнул и ударил лучами во все стороны. Удар он поглотил, но ни один луч не достиг противника.

Ларс гневно оскалился, и убрав руки за спину, слегка присел. Перед ним тут же возникли сотни снарядов, которые по одному начали лететь в сторону светящейся сферы.

Первый.

Второй.

Третий.

Снаряды летели плотной очередью, за несколько секунд в защиту влетело около трех десятков, и каждый снаряд наносил серьёзный ущерб, взрываясь при столкновении.

– Да, что за черт… – прошипел маг, усиливая интенсивность обстрела.

На пятой секунд сфера заметно ослабла, и маг ещё сильнее сконцентрировался, усиливая обстрел.

– Да сколько же в тебе силы… – раздражённо процедил старик, и когда ему казалось, что победа близка, сфера света вот‑вот исчезнет, раздался крик:

– Нами! На полную!

ХЛОП!

Всё пространство внезапно окуталось белым плотным туманом.

Старик завертел головой, шевельнул пальцами, а затем процедил:

– Сукин сын!

Он осторожно сделал шаг в сторону, еще один и быстрым шагом направился назад.

– Безмозглый кретин! – пробормотал он. – Устроил тут индукцию!

Старик спешил выйти из зоны аномалии, но быстрому продвижению мешали кочки и небольшие ямы, которые как назло попадали под ноги. На секунду остановившись, старик восстановил в памяти картину боя до индукции и сменил траекторию движения, решив выйти на дорогу.

В момент, когда его нога оказалась на дороге, сбоку от него раздался голос Руди.

– Спешите, деда?

Резкий удар в голову отправил старика в небытие.

***

Цэк оглядел собравшиеся отряды.

Зал мекки Янтарного ордена был полон. Тут собрались все, кто был причастен к ордену.

– Я, как глава Янтарного ордена, созвал полное собрание, – произнëс он так громко, чтобы всë это слышали. – Сегодня для нас важный день!

Цэк сжал кулак руки, где находилась печать инквизиции.

– Гош, из отряда «Дубовой лозы»! – произнëс он. – Поднимись ко мне!

Паладин бесцеремонно растолкал людей и вышел вперед. Оглянувшись на Снека, стоявшего в первых рядах, он пожал плечами и поднялся к трибуне.

– Оголи клинок! – громко провозгласил глава ордена и достал свиток, который закрепил на трибуне.

Паладин неуверенно вытащил оружие и взглянул на начальство. Цэк достал из кармана парадной мантии небольшой флакончик и сжал в кулаке.

– Выполнишь ли ты, Гош из отряда Дубовой лозы, любой мой приказ? – спросил он, сжимая зубы от боли.

– Выполню, – ответил паладин и скосил взгляд на свободную руку главы, по пальцам которой бежала кровь.

Цэк резко скинул мантию и вытянул руку в сторону. На предплечье руки находилась зияющая рана в форме тайного знака инквизиции. У самого плеча была тугая перевязь, которая пережимала артерию. Зал замер, а глава ордена во всю глотку заорал:

– РУБИ!

Паладин на секунду замер, но тут же взял себя в руки и взмахнул клинком, обрубая конечность у самой повязки.

Цэк упал на колени, взревел на весь зал, где висела гробовая тишина, но взяв себя в руки, опрокинул содержимое склянки в рот. После этого он на коленях подполз к трибуне, и вымазав руку в собственной крови, положил еë на подготовленный документ.

Главу ордена затрясло, он забился в судорогах и упал на пол, оставив на бумаге кровавые следы.

Сама же бумага вспыхнула тëплым оранжевым светом.

– Читай… – сквозь крепко сжатые зубы процедил Снек. – Единым молю… читай…

По телу Цэка потекли тонкие белоснежные полоски. Сначала они прошли в проекции костей, и его выгнуло дугой, затем белые убийцы пошли по сосудам, окрашивая тело. Глава ордена захрипел.

Гош поднял взгляд на зал, находившийся в полном шоке и подошëл к трибуне.

– Я Цэк, глава ордена Янтарный свет, – начал читать вслух Гош. – Под давлением и угрозой расправы над всем орденом получил тайную печать инквизиции…

Паладин сглотнул и умолк, заметив, что главный человек в ордене замолчал и перестал хрипеть.

– …Получив ее, у меня потребовали предоставить в инквизицию реликвию ордена и полные списки еë членов, проступков и жалоб на еë членов от народа Свадии. Так же от меня потребовали изменения устава и подписания хартии, в которой орден Янтарный свет признаётся подразделением и неотъемлемой частью инквизиции.

Гош сглотнул поднял опешивший взгляд на зал и остановил его на Снеке, который одними губами прошептал: «Читай!».

– В связи с этим предательством ордена и всей церкви считаю хартию о службе Синоду и всей официальной церкви Единого Свадии нарушенной. Отныне орден вне церкви Единого Свадии, – Гош вытер испарину со лба и продолжил чтение: – Своей смертью и этим приказом я обрекаю вас на гибель, как членов ордена. Чтобы дать вам хоть какой‑то шанс, я объявляю о том, что орден распущен…

По залу пошли шепотки. Слышались возгласы «Предатели!», где‑то была отборная ругань, но всë утихло, когда с потолка зала, где находился огромный янтарный камень, обрамленный золотой оправой, полетели искорки.

Они медленно падали вниз.

Витая, словно светлячки, плавно двигаясь из стороны в сторону, они неумолимо опускались вниз.

Зал наполнялся всë сильнее, янтарь испускал всë больше искр, что таяли, а зал превращался в последнее чудо Янтарного ордена.

Гош опустил ошарашенный взгляд на бумагу и в тишине закончил речь:

– Вас будут преследовать, братья. Берегите себя… – прочитав последнюю строчку, у Гоша встал ком в горле. Произнести он еë не смог.

Янтарные искорки опускались всë ниже, ложились на плечи братьев, на волосы. Постепенно они создали настоящий ковëр, который изумительно красиво окутал всë и всех в этом зале.

– Ордена больше нет, – закончил Гош.

***

– Итак, – раздался голос Руди над ухом Ларса. – Старикашка! Проснись!

ХЛЯСТЬ!

Маг открыл глаза и попытался дернуться, но не смог пошевелить даже рукой.

– Сраные ублюдки! Да я вас…

Перед его лицом сформировалось сразу три прозрачных снаряда, искривляющих пространство, но тут же сработал ошейник на шее.

– СУКИ! – взревел Ларс и выгнулся дугой.

От его шеи пошëл дым, запахло паленой кожей, и маг начал кататься из стороны в сторону.

– Как тебе такое пробуждение, Ари? – спросил воришка, оглянувшись назад.

– По‑моему, для него отлично, – буркнул парень, держа запасную рубаху у лица.

Ткань в его руках была пропитана кровью, как и лицо. Перенапряжение не прошло для него бесследно.

– Деда, не шали! – с улыбкой попросил воришка. – Нет, если ты любишь боль, то дело твоë. Я про таких слышал. Они прямо…

– Мрази, – прошипел маг, скрепя зубами. – Да как вы посмели! Я, Ларс! Ларс «Тëмный мастер»! Я вас всех…

Старика снова выгнуло, отчего Руди расплылся в улыбке.

– Нет, я точно знал, что ты из этих! Ты только не переусердствуй. Мы убивать тебя не планировали…

Нами всë это время смотрела на старика хмурым взглядом. Когда тот в третий раз попытался освободиться, а Руди взглянул на неë, то она объяснила:

– Ошейник его не убьёт.

– Точно?

– Точно. Я пыталась, – пояснила она. – Сам на себя он тоже руки наложить не сможет.

Руди хмыкнул и снова взглянул на старика.

– Вот будет забавно, если эти ошейники он делал сам, – улыбнулся воришка.

– Ари, – позвала Нами возлюбленного и кивнула в сторону дороги, где остановился отряд с караваном. От них к троице шёл Макс.