akchisko_san1 - Рики Макарони и Старая Гвардия Страница 56

— Слизерин мне кого‑то напоминает, – сказал Рики, дергая полог. – Как думаешь, кого?

На это Лео не ответил.

Рики проснулся около пяти утра в холодном поту. Сон, который ему приснился, нельзя было назвать кошмаром, но ощущение осталось угнетающее. Это был спуск – все глубже вниз, вроде бы в подземелья «Хогвартса», но он не был уверен, где все это происходило. Просто других подземелий юноша вроде бы не знал.

Состояние напряжения не покидало его, пока он лежал неподвижно и прислушивался. Пошевелиться отчего‑то было так трудно, словно его парализовало, но, как только это удалось, напряжение начало уходить и вскоре исчезло, оставив о себе лишь память.

После этого Рики уже не мог заснуть, и все ворочался в теплой и уютной постели, размышляя, что бы мог означать этот сон. Спрашивать у Трелони было бесполезно. Рики решил воспользоваться предложенной помощью и отправить письмо брату.

Как назло, спать ему захотелось только тогда, когда его более удачливые соседи по спальне начали просыпаться. Он волевым усилием заставил себя одеться, не предполагая, что это будет так трудно – противостоять желанию вернуться под одеяло и закрыть глаза.

В общей гостиной его внимание привлек пустой портрет основателя. Рики вдруг пришло на ум, а не мысли ли о Слизерине привели к появлению этого сна? Рики знал, что обладает богатой фантазией, что; если образ Слизерина связан с погружением в подземелья? Личность сэра Салазара была окутана тайной в большей степени, чем других основателей, отсюда и жутковатый налет. Ощущение, что все это происходит с ним самим – просто игра воображения, Рики в детстве снились сны, что он – супермен и все такое прочее. Ему даже стало жаль, что он раньше не подумал о портрете.

— Ты чего такой хмурый? – спросила Тиффани. Рики даже не заметил, что одноклассницы уже вышли с женской половины.

— Учиться лень, – улыбнулся он.

— Понятно, – одобрительно кивнула Тиффани.

Вид сервированного стола в Большом зале поднял ему настроение. Здесь были отличная копченая рыба, бекон и яичница, которым он сразу же воздал должное.

— Френк, тебе передать капустный салат? – нетерпеливо осведомилась Тиффани, сидящая по другую сторону от Рики.

Рики поднял голову и обратил внимания, что указанный салат стоит как раз напротив него. Но Эйвери, конечно, никогда бы не обратился к нему, недостаточно чистокровному, с просьбой. Френк вообще вел себя крайне молчаливо со вчерашнего вечера, после того, как Ариадна взялась его отчитывать за то, что он не поехал в гости к ее родственнице и заставил родителей беспокоиться.

— Будь любезна, – процедил Эйвери, – а то я никак не подгадаю, как подобраться.

Возможно, как раз благодаря тому, что враг не высовывался, за завтраком Рики все еще не хотел верить, что учебный год начался. Пока что у него действительно не появилось никаких обязанностей – до тех пор, пока профессор Снейп не подошел к столу своих подопечных с расписанием.

— Защита от темных сил и трансфигурация в один день?! Вот не знала, что смогу еще больше возненавидеть понедельники, – проворчала Дора.

— Ужас! – возопил, пробежав глазами лист пергамента, Генри. – Почти все уроки парные, и вообще, когда спать и есть?!

— Что у нас сегодня? – спросил Рики.

— Кошмар и пытки! – последовал ответ.

На первом курсе такое многообещающее начало года обеспокоило бы его, но теперь уже Рики чувствовал себя стреляным воробьем. Не дослушав, он тут же потянулся за следующим кусочком кекса.

Первым уроком слизеринцы пришли на астрономию. Преподавательница дала короткую лекцию, а затем – задание средней сложности, что после каникул оказалось под силу далеко не всем.

Даже Рики не был доволен первоначальным чертежом. На самом деле, в прошлом году ему пришлось нарисовать довольно много карт, так что летом он даже не брался за карандаш, а от пера и вовсе отвык. Рики понимал, что для восстановления навыка потребуется время, но его нетерпеливая натура жаждала результата, и как можно скорее. В астрономии он был лучшим учеником и никому не собирался уступать это место, находя в своей одержимости массу поводов для самоиронии.

Но профессор Зловестра ничего не заметила. Когда он, как обычно закончил раньше, она попросила его помочь ей с контурами раздаточных материалов для второкурсников.

Вся прелесть нового расписания предстала перед Рики, как на ладони, когда Лео сказал «Пока» и покинул класс вместе с теми ребятами, которые ходили на нумерологию. Рики остался с Дорой и Бобом.

— Прорицания? Сейчас? – уточнил он, хотя это было очевидно.

— Да. Весь год придется узнавать неблагоприятные прогнозы в отношении СОВ, – невесело пошутил Боб.

Рики тоже не ждал ничего другого. Они, как всегда, расположились за одним столиком. И тут мысли Рики получили неожиданно приятное направление. Обычно четвертой к ним подсаживалась Селена Олливандер. Рики так и не обсудил с ней каникулы, и поймал себя на том, что ему очень этого хочется.

Однако Селена опоздала. Ее голова возникла в люке уже после того, как профессор замогильным голосом поздоровалась с учениками.

— Милочка, – скривила губы Трелони, – я ли не предупреждала, чтобы Вы были осторожнее?

— Да, профессор, – не могла возразить Селена. Трелони преследовала ее своими предупреждениями с самого первого урока.

— А Вы рискуете ходить по замку одна! – обличительно произнесла Трелони.

«В чем проблема? Я же здесь», – Рики давно знал, что Трелони считает его самым опасным существом в школе, особенно – для Селены.

— Простите, – покладисто сказала хуффульпуффка, а после того, как она получила, наконец, разрешение сесть, стало не до разговоров. Она кивком поздоровалась с соседями по столику. Летние каникулы пошли ей на пользу. Но при туманном свете класса прорицаний она показалась Рики обеспокоенной.

— Сегодня мы, к счастью, собрались в том же составе, что и всегда. Я опасалась, признаюсь, что этого могло не случиться. Но провидение хранило вас. Мы начнем наше познание будущего с одной из самых увлекательных и деликатных областей предсказания – толкования сновидений.

При последних ее словах у Рики помутилось в глазах. Он как будто окунулся в сон – и не самый лучший. Он не подозревал Трелони в чтении мыслей, ей было далеко до профессора Снейпа, но благодаря Лео совпадения стали вызывать в нем сознание опасности.

— Уверена, что в течение этой недели вам что‑то снилось, – продолжала Трелони. – Запишите свой последний сон.

По классу пронесся протестующий ропот, отчего‑то напомнивший Рики тусовку у Роджера. Он живо представил, что бы написали те гости, и усмехнулся, мысленно рисуя, как Трелони объясняет значение появления во сне «голых сисек» или чего‑нибудь в этом роде.