Эрик Ластбадер - Воин Заката Страница 55

— Посмотри на ее лицо. Посмотри хорошенько. Что ты видишь? Женщину, с которой ты спал...

— И которую вы учили. — Ронин сделал еще шаг по направлению к кабине.

— Да, я учил ее. Но с определенной целью. — Глаза Саламандры были темны и непроницаемы. — Мы были с тобой так близки, пока ты не... А впрочем, к чему ворошить старые обиды?

Сенсей, казалось, не замечал маневров Ронина.

— Мои люди забрали ее со средних уровней, — продолжал он. — До них дошли слухи о каком-то ребенке, найденном рабочими. Ее считали особенной. Рабочие, видишь ли, полагали, что она — дитя самого Фригольда. Мне доложили об этом. Ты только-только ушел от нас, еще и цикла не прошло. В общем, я догадался, кто это может быть. Но я поверить не мог... не решался поверить. Слишком уж невероятное совпадение. Я послал за ней, и, когда я увидел ее, я уже больше не сомневался. Она была явно не из рабочих. И возраст совпадал. Я нашел ее втайне и втайне же обучил.

Его голос звенел торжеством, и Ронин невольно поежился, сам не зная — почему.

— Потом я стал давать ей кое-какие поручения. Она оказалась очень способной, очень. Она всегда исполняла то, что ей было поручено. И сейчас она выполнила свою задачу.

Он опять рассмеялся.

— Она, конечно, не знала. Даже и не подозревала. Вот в чем вся прелесть!

Саламандра буквально давился от смеха. Ронин нахмурился:

— О чем это вы?

— Я, может быть, и упустил Борроса. И информацией не разжился. Но ты... ты в своем устремлении на свободу убил свою собственную сестру... горячо любимую сестру, которую ты так долго считал пропавшей.

Хохот сенсея эхом носился по комнате, точно бьющийся в клетке зверь.

Ронин попытался было отогнать это жуткое видение, но картина, которую ему показали в магическом зеркале, как будто застыла перед мысленным взором. Он снова увидел мраморный коридор. Увидел, как К'рин обернулась к нему, — у нее было его лицо... И внезапно все встало на место. Все прояснилось. Это было как будто удар обухом по голове.

Ронин беззвучно закричал и бросился на Саламандру, но его клинок оцарапал лишь закрывшиеся двери лифта.

— Еще не время, — донеслось снизу.

«Еще не время» и смех, рассыпающийся мрачным эхом.

Ронин в ярости бился в закрытые двери, рубил их мечом и царапал, пока не содрал все ногти. Двери, естественно, не открылись. Лифт давно уже спустился.

Наконец Ронин слегка успокоился и отошел от дверей. Он повернулся к К'рин и, содрогаясь от беззвучных рыданий, упал рядом с ней на колени. Он все же нашел в себе силы посмотреть на ее лицо. И даже коснуться его рукой.

«Простишь ты меня или нет? Прощу ли я самого себя?»

Он осторожно закрыл ей глаза, встал, вскарабкался на платформу и полез вверх по вертикальной лестнице к круглому люку на потолке — к выходу на поверхность планеты, которым не пользовались уже столько веков. Он ни разу не оглянулся назад.

И если бы кто-то увидел Ронина сейчас, он бы его не узнал.