Кровь и Пламя - Максим Вишневенко Страница 55

Лис нырнул в Мир Духов — здание не изменило своих очертаний, защитных заклинаний или артефактов на дверях не было, словно бы там внутри затаился кто-то очень гостеприимный, и не свинец и убивающие заклинания ждали их всех, а жареные кровяные колбаски и пенное пиво.

Иван вернулся в обычный мир и снова принюхался — железо, пот и сырость, трупное разложение и стойкий запах затхлого погреба, а что если там за массивными двойными дверьми никого нет? Вдруг они там уже все ушли через портал или какой-нибудь тайный ход? Времени у них было достаточно. Он осторожно поднялся по ступеням крыльца и вновь принюхался — нос не улавливал ничего нового, однако до слуха донеслись гулкие размеренные шаги изнутри. Видимо, там всё же был кто-то.

Лисицын услышал негромкое покашливание из-за дверей, и к звуку одних шагов прибавились вторые. Два человека точно оставалось в притихшем тёмном здании, и сейчас мерили своими шагами центральный холл.

Лис нырнул в Мир Духов, пересёк границу лечебницы и огляделся. Как и всегда мир вокруг исказился — отражения физических тел здесь всегда были с оплывшими или размазанными краями, а краски мира блёклыми. Зато предметы, затронутые магией, обычно ярко светились. И вот сейчас Иван наблюдал, как по просторному холлу лечебницы вышагивали двое автоматчиков, совершенно обычных, с самыми неприметными лицами — мимо таких он прошёл бы в толпе и не заметил бы. Но вот метрах в десяти позади них была лестница, уходившая на второй этаж. И вот на площадке этой лестницы расположился пулемётный расчёт, у которого каждый патрон в пулемётной ленте сиял магией.

Обычно заклинания из материального мира лишь отражаются в Мире Духов — если специально не нацелены на него, конечно же. И хоть магические предметы здесь очень хорошо заметны, взаимодействовать с ними можно, только вернувшись в мир реальный. И вот сейчас простой русский лис задумался, глядя на всё это блистающее великолепием творение сумрачного тевтонского гения. Задумался о том, а что он собственно один может тут поделать? Обернулся на входную дверь, оценил её взглядом, задумался ещё больше.

В целом выходило, что направленным взрывом, будь то чара Бомбарда либо заряд банального пластида, открыть проход можно было — ни сбитые крест-накрест доски, ни массивная перекладина посередине, не помогли бы. А дальше-то что? Дальше вошедшие неизбежно попадают под прямой огонь пулемёта с магическими пулями. И кто знает, что там с ними сотворили любители древнего прусского волшебства? И самое противное в этом деле было то, что до пулемёта из-за двери не добраться, слишком далеко, и потому попытка штурмового отряда закидать супостата, например, гранатами завершится очень глупым косплеем Пашендейла[1].

Не выходя из Мира Духов, он осторожно прошёлся к подножью лестницы.

Конечно же, все проблемы можно было бы решить одним танком, но что-то в парке танков не наблюдалось, и более того — не планировалось. Но возвращаться обратно с докладом о невозможности производить штурм через этот вход Лисицыну совсем не хотелось. Осталась возможность чуток погеройствовать — всё равно рапорт о состоянии дел с поиском детей Мирбахов уже получили в Москве, если Ивана убьют, то в Берлине просто появится другой фсбшник, чтобы поговорить с Айше Доган, взаимозаменяемость — чудесное изобретение цивилизации.

На лестничной площадке наверху у пулемёта залегли два человека, оба напряжённо всматривались в заколоченные двери центрального входа. Интересно, зачем там эти двое внизу, если тут есть пулемёт? Либо тут есть какой-то план, либо чудовищная ошибка. Иван не привык держать противника за идиота, однако разгадать сходу замысел не получалось. Потому он просто направился к пулемётному расчёту и на середине подъёма обернулся на холл, заметив то, что не было видно с земли — конечно же, у боковых стен лежали опрокинутые столы и кресла, потому эти два хлопца с автоматами просто-напросто могли там залечь, обеспечив ещё две огневые точки. А может всё-таки попросить Бундесвер подогнать сюда танк? Ну, что им стоит?

Снизу на полу что-то мелькнуло, и это что-то либо бойцы не заметили, либо проигнорировали. Лис насторожился, приглядываясь. И точно, внизу вдоль стены двигалась небольшая тень, но с такого расстояния не получалось определить, что именно это такое, что, в здании крыс не вывели что ли? Потом тень отделилась от стены и помчалась наискосок через холл к подножию лестницы — суслик! Ну, серьёзно, суслик. Посреди холла нацистской лечебницы русский волшебник обнаружил суслика. Видимо, тоже нациста, как и все остальные в этом здании.

Зверёк добежал до подножья лестницы и встал столбиком, оглядываясь. И тут Иван понял, что это не совсем суслик. Метрах в двух ниже него по лестнице стоял волшебник в обличье этого небольшого зверька. Лис начал аккуратно спускаться к нему, не выходя из Мира Духов, и раздумывая над двумя важными вопросами: если он его сейчас схватит, бросятся ли автоматчики тому на защиту? И не анимаг ли это от Шваница? Если это свой, то выйдет как-то чертовски неловко.

Тем временем суслик постоял, прислушиваясь, а потом что-то для себя решил и опустился на четыре лапы. В это же время лис прыгнул на него с лестницы, на лету выходя в материальный мир. Два зверька схватились в тёмном холле и с грохотом покатились по полу. Грызун истошно вопил и бил своего противника лапками, хищник же успел вцепиться тому зубами в основание шеи и пытался придушить. Получалось не очень успешно.

Звери откатились к стене, ударились об неё и расцепились. Автоматчик что-то крикнул, передёрнул затвор и направил луч подствольного фонаря в сторону схватки. Иван выругался про себя и повторно бросился на суслика. На этот раз вышло удачнее, и челюсти сомкнулись уже на горле противника, заставив того захрипеть. Автоматчик снова что-то крикнул и выстрелил. Пули прошли выше, лис сжал челюсти и нырнул в Мир Духов. Единственное, о чём теперь переживал он, это выживет ли его противник после такого обращения с собой? Переход между мирами стресс для любого организма, особенно для неподготовленного, особенно для того, кого только что чуток придушили.

Лисицын помчался к выходу из лечебницы, но не так быстро, как хотел бы — суслик оказался достаточно тяжёлой ношей. Вынырнув прямо на крыльце в материальный мир, Иван разжал челюсти, выпустив зверька. Тот