Противостояние - Руслан Лопатин Страница 54

Йорик подевал свое тело? Наверное, запрятал в шкаф. Краем уха я прекрасно слышал, что она там перла — эта странная говорящая голова. Как всегда всякую околесицу, насчет большого желания отыметь прямо всех прямо в зады. Потом голова обозвала всех грязными суками, а что было дальше, я не расслышал, потому что мое внимание отвлекла некая ангельская процессия, состоящая из кучи добрых ангелов и ангелочков. Боюсь прослыть сумасшедшим, но ангельская компания вылезла прямо из потолка. Кажется, я понял, почему они появились здесь. Ну конечно! Они очутились здесь по божьей воле, для того чтобы спасти меня от того исчадия ада, которое уже минут пять гонялось за мной по пятам! Я знаю точно, они меня обязательно спасут!

Хвала господу, подумал я и прокричал ангелочкам: — Сюда, сюда, вот он мой чертяга, ловите его быстрей, хватайте, мучайте и устраивайте над ним глумление, только уберите его от меня, а то я что-то его жутко боюсь!!

Прекрасные ангелы вняли моим просьбам. Через мгновение они быстро подскочили к огромному бесу, навяляли ему по башке, взяли под черны руки и улетели с ним в небесную высь. Они исчезли, а я упал на четвереньки и жутко заматерился. Однако не долго я стоял на четвереньках. Я быстро поднялся на ноги и пошел к столу. Меня почему-то качало из стороны в сторону, как моряка на палубе корабля, напоровшегося на страшную бурю, но я знал, что это происки врагов. Опять Наварх не дремлет и насылает на меня чары за чарами, но я с легкостью переборю его колдовство, думал я, постепенно продвигаясь в сторону то вновь появляющегося, то исчезающего миража, которым являлся мой стол. Ага, я справился с вражеским колдовством. Теперь меня качало намного меньше, зато, почему-то задвоилось в глазах. Я понял, враг не дремлет и насылает на меня чары за чарами, или во всем виновата она самая. Та самая родная, любимая и неповторимая, ее зовут водка. По-моему я напился, подумал я, и опять оказался прав. Сейчас я стоял где-то посередине столовой и громко хлопал в ладоши, пытаясь вызвать к себе слуг. Но слуги не слышали меня, потому что предавались весьма занятной оргии. Многие из них ползали, или карабкались на четвереньках, разбредаясь по всему периметру обширной комнаты. Другие только и делали, что, то ли совокуплялись, то ли дрались, то ли делали одновременно и это и то. Не прошло и пары часов бурного веселья, как эти твари заблевали весь пол, вдруг осознал я, бодро наступив на свежую блевотину. Как только одна из моих ног оказалась в том, что совсем недавно было чьим-то обедом, она поскользнулась. Я последовал примеру ноги и со всего размаху рухнул наземь, больно стукнувшись спиной об холодный каменный пол. Действительно больно, подумал я, сплевывая сочащуюся изо рта кровь.

Я неторопливо поднялся и продолжил движение. Теперь я не хлопал в ладоши, потому что мои руки были заняты ползанием на четвереньках. Благодаря какому-то чуду, мне удалось добраться до стола, заляпанного остатками еды и даже забраться на стул.

Я обратился ко всем, кто меня слышал: — Друзья, мы славно пируем, и мы будем продолжать пировать дальше!

Я громко хлопнул в ладоши. Сзади меня очутился пьяненький слуга, и спросил чего желает господин. А господин желал, чтобы его привели в чувство, отмыли от блевотины и сопроводили к прекрасным служанкам. Все желания господина были сию минуту исполнены. Меня положили на спину рослому детине. Затем детину пнули в зад и детина помчался. Он бежал минут пять или десять, или двадцать, или тридцать, или сорок, по самым разнообразным лестницам, узким и широким,