Запятнанный Кубок - Роберт Джексон Беннетт Страница 51

Но они этого не сделали. Я вытер пот со лба и перешел к следующему заданию.

Внезапно я почувствовал себя странно: я был образцовым офицером почти всю свою карьеру, но мне пришлось вступить в Юдекс, чтобы стать настоящим преступником.

— С ТОБОЙ ВСЕ в порядке, сигнум? — спросила Нусис. — Ты выглядишь немного беспокойным.

— П-простите, мэм? — удивленно спросил я. Я вытер пот со лба и оглядел ее кабинет, как будто боялась, что кто-то еще мог это заметить. — О. Извините, если так.

— О, не надо извиняться, — сказала Нусис. — Я просто беспокоилась, что это может быть реакцией на ваши новые прививки. Или, может быть, это что-то, что вы подхватили на Равнинах Пути. — Она заинтересованно наклонилась вперед над своим столом. — Возможно, вы испытывали какие-нибудь странные ощущения, когда испражнялись?

Я спросил себя, что на это ответить. «Я думаю, это может быть просто стресс от работы, мэм», — честно признался я.

— Понятно… Что ж, если вам понадобятся какие-нибудь стимуляторы или успокоительные, дайте мне знать. У меня здесь есть самые разные, и большинство из них очень безопасны. Сейчас… я думаю, у вас есть для меня реагент-ключ?

Я передал ей маленький бронзовый диск, который нашел в пустом доме Роны Аристан. «Да, мэм. Вчера я нашел его среди вещей людей, которых мы разыскивали. Я надеюсь, что вы сможете проверить его для меня». — Я слегка вспотел, хотя все, что я сказал, было правдой.

Нусис изучала маленький ключ. Она больше не была похожа на веселого красного дрозда-искорку, какой я ее себе представлял, потому что двигалась медленнее и выглядела так, словно давно не спала. Причина была очевидна: на ее столе громоздились стопки пергаментов, которых было достаточно, чтобы бросить вызов даже обычному морю текстов Аны. Мне также потребовалось несколько часов, чтобы попасть к ней на прием: очевидно, над чем бы она ни работала, это было даже важнее визита сотрудников Юдекса.

— Хм, — сказал Нусис, разглядывая ключ. — Сделан довольно некачественно. Простая бронза, оловянные зубцы и грубый мостик. Очень по-любительски. Я не ощущаю никаких заметных газообразных выделений... хотя они могут быть замаскированы моими образцами.

Она указала на множество флаконов и емкостей, расставленных по всему ее кабинету, похожему на лабораторию. Я посмотрел на одного из многочисленных червей, задумчиво изучающего герметичность своей стеклянной тюрьмы.

Она понюхала флакон.

— К сожалению, я смогла уловить не очень много знакомых ароматов. Но, с другой стороны, мне не изменяли нюх, только зрение. Но я могу провести обычные тесты — подвергнуть его воздействию характерных растений, грибов и тому подобного, которые отреагируют, если обнаружат что-то интересное с феромонной точки зрения. Это поможет?

— Вы можете сделать все, что в ваших силах, чтобы помочь, мэм, — сказал я.

— Очень хорошо. А теперь... — Она вздохнула. — Другое дело. Капитан Киз Джолгалган, верно?

— Верно, мэм. — Я кивнул на бумаги и сказал: — Надеюсь, это не все из-за нее.

— Это? О, нет. Это санкции Совета охраны природы. Легион готовит новое вооружение для борьбы с титанами после прорыва. Это предполагает множество прививок и изменений — в основном, взрывчатые вещества. — Она указала на заднюю стену, где в ряд стояли стеклянные банки с темным порошком. — Что-то вроде бомбарды. Я должна просмотреть и обработать документы, подтверждающие, что ни одно из этих изменений не может выйти за пределы кантона и вызвать хаос. — Она бросила затуманенный взгляд на оставшиеся пергаменты. — Но я привыкла к бумажной работе. В последнее время я больше обращаюсь с бумагой, чем с реактивами. Теперь мне любопытно… почему вы спросили об этой Джолгалган?

Я рассказал о вчерашних допросах инженеров и обо всем, что узнал от Мильджина.

Выражение лица Нусис стало настолько мрачным, что я забыл о своих собственных тревогах.

— Понятно, — осторожно произнесла она. — Хорошо. С сожалением сообщаю вам, что все, кто знал капитана Джолгалган, мертвы.

— Мертвы? Правда, мэм?

— Да. Она была членом Двенадцатой когорты апотов. И вся когорта погибла на Сапфире, во время прорыва. Мы даже не можем найти их тела. Ужасно. Боюсь, вам некого допрашивать.

— Но Джолгалган, — сказал я. — Она тоже...

— Ее статус... это другое дело. — Нусис повернулась к своему сейфу, затем остановилась. — Не могли бы вы снова отвести взгляд, сигнум?

Я так и сделал, пока она снова проходила трудоемкий процесс отпирания своего сейфа. Она открыла его и достала свиток пергамента. Затем она взяла со своего стола реагент-ключ и положила его в сейф, рядом со всеми своими коробочками с иммунными прививками.

— Может, пока оставим это здесь?.. Я имею в виду, это же улика, да? Неважно. Я принесла документы на переделку Джолгалган… Она такая же сублим, как и мы с тобой. Аксиом, измененная около шести лет назад в кантоне Курмин. Она получила очень высокие баллы на экзаменах. Еще кое-что общее у вас обоих.

Я кашлянул и кивнул.

— Но Джолгалган всегда демонстрировала — как бы это сказать — проблемы психики, — деликатно сказала Нусис.

— Проблемы? — спросил я.

— Гнев. Приступы ярости. Беспокойство и паранойю. Она тяжело работала, но с ней было тяжело работать. На протяжении всей карьеры она систематически жаловалась и вспыхивала.

Я открыл свою сумку запечатлителя.

— Ничего, если я...

— Пожалуйста, — сказала Нусис.

Я снова выбрал флакон с ароматом пепла и понюхал его, закрепляя этот разговор в своих воспоминаниях.

— Что с ней было не так? — спросил я. — Это как-то связано с ее изменениями?

— Нет, — сказала она. — Нет. Дело не в этом.

Я наблюдал за ней. Глаза неподвижны, губы слегка нахмурены. Я чувствовал, что она мысленно ушла куда-то далеко. Я ждал.

— Вы знаете, сигнум, — сказала она, — что меня назначили в эту следственную группу, потому что я служила в Ойпате.

— Да, мэм.

— И что вы знаете об Ойпате?

— Я никогда не слышал об этом до Бласа. Я узнал, что это был кантон, пораженный яблонетравой, той же инфекцией, которая использовалась здесь в качестве оружия. Вот и