Путь от змеиного хвоста - katss Страница 50

мне, как доберётесь, — глянула на часы на панели приборов. — Точнее, не так. Вы там на участке сначала выгрузитесь. Потом найдёшь прораба — узнай, что он по этой ситуации готов сказать. После отзвонитесь Тимину и перекиньте ему мои правки. Ну и начинайте демонтаж старого ограждения по периметру и установку нового. Да, сами. Без джамшутов. Позже пересчитаю вашу долю в смете. Да не паникуй ты, бесплатно не работаем! Короче: участок большой, проковыряетесь долго… Ну а до вечера я так или иначе освобожусь и созвонюсь с вами и с Тиминым. Там решим… Да, до связи.

Интересно всё-таки, какое ружьё на стене выстрелило? За что Михал Саныч мог всю бригаду турнуть?… Нет. Тут даже моя фантазия буксует…

— Если сегодня на занятии с Беловой опять будут проблемы… — начал Стрешнев, убедившись, что я больше не разговариваю по сотовому, — то Немоляев уже вернулся. В крайнем случае напишем рапорт. Логи действительно можно проверить. И если факт её вредительства подтвердится, её сместят с должности и назначат другого инструктора.

Кивнула, дав понять, что услышала. Главное, чтобы в состоянии аффекта после очередного занятия её прикопала не я… Охотника оправдают, даже если поймают над свежим трупом, и если у него крыша протекла не до нулевого этажа, просто навесят кучу штрафов и наблюдающих. Слишком нужны на данный момент "бесовские отродья". Но обыватели об этом почему-то забывают. Так что и уголовники среди нас встречаются. Но, с другой стороны, оно мне надо? Ещё Славку попытаются отнять…

Припарковавшись в подземном гараже, мужчина развернулся на сиденье, встал одним коленом на торпеду и достал с заднего ряда… телескопическую дубинку. На которую рамка металлоискателя на входе даже не подумала как-то вякнуть. В пустом-пустом коридоре на десятом этаже ждала зализанная в пучок Белова с очередной упаковкой спецухи в руках.

— Кто вас сюда пустил с оружием?! — с ходу начала наезд мегера в халате. Стрешнев молча посмотрел на неё как на идиотку, нажал на пимпочку внизу, превращая в небольшую круглую присоску, отщёлкнул сверху один кусок "ручки", второй… и невозмутимо уселся на получившийся переносной стул. Белова пошла пятнами.

Ну, что я говорила? Ты его в дверь, а он в окошко… С трудом удержав на лице спокойное выражение, забрала из рук тихонько звереющей инструкторши свой сегодняшний комбез и первой вошла в распахнутую дверь помещения. Хотелось ржать. Громко и невоспитанно. Но штука классная, такой в походе цены нет.

— Продолжим серию опросов, — с трудом взяв себя в руки, процедила Елена Васильевна. — Назовите первое правило лекаря?

— Не лезть поперёд батьки в пекло? — глядя в потолок, предположила я.

— Верно, — скривившись, согласилась стервь. — Ваши действия при встрече с…

Бессмысленный словесный бадминтон отнял у меня целых полчаса жизни. Полчаса, которые я могла сладко продремать… да хотя бы в удобном как люлька пассажирском кресле в машине Стрешнева. Перевела чуть более осмысленный взгляд на мадаму. Чего-чего она там вещает?…

— Рощина! Вы мало того что тупы и беспамятны, так ещё и глухи беспросветно? На выход! — Что ж я прослушала-то?…

В коридоре лейтенант шустро свернул свою чудо-палку и пристроился в правом фланге. На его молчаливый вопрос пожала плечами: без понятия, что этой полоумной от меня дальше надо. Дима чуть нахмурился.

Шли недолго, метров сто. Плавно изогнувшийся коридор упёрся в ещё одну дверь, с номером "1028". Куда Стрешнева ожидаемо не пустили. За дверью оказался другой коридор — короткий и узкий. И вот в этом предбаннике Белова снизошла до напутствия:

— Всё что вам нужно знать, я объяснила ранее. И если вы что-то прослушали — это ваши проблемы. Всё как в жизни, Рощина, — приложив мастер-карту, быстро набрала код на электронном замке. Тяжёлая дверь распахнулась, заливая наш тёмный угол режущим светом галогенных ламп. — Условия те же: в случае незачёта остаётесь в изоляторе. Время пошло.

Практически втолкнув меня в помещение, стервь отняла от замка мастер-карту, и бронированная дура бесшумно захлопнулась, отрезая путь к отступлению. Замерев после первого же шага, я проморгалась. Свет сверху лил так, что аж слёзы на глаза наворачивались. И в этом расплывающемся мареве постепенно проступали нечёткие силуэты… Людей? Сощурилась. Зрение немного сфокусировалось. Одновременно рассредоточенные по периметру фигуры пришли в движение. Я внутренне напряглась. Один, на десять часов, медленно приближался. Что это? Или кто? И чего от него ждать?…

Когда объекту до меня осталось буквально пару метров, зрение наконец рывком перестроилось, и я с немалым удивлением принялась разглядывать тощего и жилистого, лопоухого мальчишку лет пятнадцати на вид.

— Вы хилл? — хмуро спросил подросток с хриплым ломающимся голосом. Точно. Лет пятнадцать пацану. Ну максимум шестнадцать.

— А что надо?

— Выжить надо! — лающе рассмеялся другой мальчик, на три часа от меня. Всего в комнате я насчитала восемь подростков.

— Кому?

— НАМ, идиотка! — рявкнул отсмеявшийся и перекатом ушёл от мгновенно вспухшей в стене над ним точки, превратившейся в знакомый белый… луч. Что?! Они сразу повысили интенсивность воздействия?!

Раз пять подряд относительно чисто увернувшись, я уже морально приготовилась немного пострадать, когда запоздало отметила, что поливает перекрёстным огнем в основном-то парней! Мозг застопорил… Это что? Симуляция реального боя?! Мать вашу, да вы в конец охренели!…

Пацаны вертелись и прыгали как стая заек на лугу. Но даже юношеская гибкость, ловкость и худоба им помогали мало. Одного замешкавшегося я, подстёгнутая взыгравшим родительским инстинктом, дёрнула вниз за плечо — плазма пролетела мимо. Второго успела сбить подножкой. Третьего, по-тупому поскользнувшись, закрыла собственной спиной. Поспешно подняв голову с кровящим от удара о костлявое плечо носом, поняла, что нет от моего забега на пределе сил никакого толка: четвёртого и пятого уже корёжило, шестой, стоя на коленях, зажимал ладонью длинный ожог на предплечье, седьмой валялся без сознания, а восьмому прямо у меня на глазах прожгло навылет голень, и он падал лицом вперёд…

Внутри всё просто взорвалось. От замершего на миг сердца по трахее пролетел шквал огня, и гортань жгуче запылала. Мой не начавшийся вопль растворился в шуме крови в ушах. Я засветилась вся, как тот китайский фонарик. И, сорвавшись с места, рванула по параболе, касаясь каждого. На парнях кусочками радиоактивного облака оставались отпечатки моих ладоней, словно инверсионный след. Я даже не соображала, что творю. Но, похоже, творю что-то правильное. Так выглядит целительство? Не успела долечить последнего, как затихший было на пару секунд обстрел продолжился,