Сокровища Зазеркалья (СИ) - Варвара Кислинская Страница 5

Можно считать мы снова на военном положении. На этот раз по собственной воле. Вот только осаждают Библиотеку не эльфы-отступники, а все сильные мира сего вместе взятые. А мы... мы просто сделали свой нелепый выбор, став на защиту неясных до конца нам самим интересов Марты.

Гектор обводит нас мрачным взглядом, потом усмехается.

- Ну, что ж, господа. Нас, можно сказать, армия, - действительно. Ну, армия – не армия, но Ноев ковчег. Почти что каждой твари по паре. Нонконформисты. Бунтари по убеждениям. Или просто друзья? Знать бы! Во что же мы вляпались? - Ну, вот что, - Гектор разворачивает кресло лицом к комнате, садится и снова внимательно оглядывает каждого, - у вас еще есть возможность выйти отсюда. Прямо сейчас. Можете отправиться к своим владыкам и сообщить, что здесь плетется заговор. Скорее всего, вам поверят и реабилитируют.

Никто не двигается с места. Грэм невозмутим. Штред скалится, а орлица Бриза берет его за руку и строит недовольную гримаску. Балаболка Хандариф выглядит сейчас таким же замкнутым, как его молчаливый брат Дашмир. На лицах ундин-амазонок Арианны и ее напарницы Дилии решимость. Старый кентавр Эврид, как всегда, хмур, и его дочь Шета старается ему во всем подражать. Близнецы Зантариэль и Кантариэль ухмыляются, довольные тем, что ввязались в эту авантюру. А может, тем, что теперь будут рядом с Мартой. Синдин стоит за моей спиной, положив ладонь мне на плечо.

Я знаю, почему я здесь. Потому, что Марта права и у нее хватило смелости открыто отстаивать свое мнение. Конечно, ей повезло меньше, чем мне. Когда больше трех лет назад я пришла в этот мир, я была не одна. У меня уже был Синдин – друг, который помог мне принять это решение. Да и конунг, показавшийся мне вначале похотливым старым интриганом, оказался на деле добрым дядюшкой, слишком счастливым от моего появления, чтобы мешать мне жить своей собственной жизнью. Я просто не сразу поняла, что все его обходные маневры преследуют цель уберечь меня от опрометчивых поступков в новом, незнакомом социуме. Но нервы я ему здорово потрепала. Бедненький!

Ирэльтиль – совсем другое дело. Эльфийская гордость словно въелась в его кровь, плоть, выражение лица, манеры и жесты. Не будь он достаточно мудрым политиком, и не занимай столь высокий пост, мне кажется, он был бы в числе первых последователей Энгиона. Но Ирэльтилю было что терять, и он не допустил этой роковой ошибки.

Он допустил другую. Сразу после церемонии представления владыка попытался объяснить Марте, что ей следует гордиться тем, что она эльфийка. А еще выразил при ней свое недовольство Кантом и Зантаром. Вот такой вот комплекс. Типа, конкретно эти твои соплеменники – оболтусы и разгильдяи, а я – правильный. Это Марте-то.

С этого-то все и началось. Гектор вздрогнул, а я не сразу поняла, чего он испугался. Но, я же говорю, он интуитивно просчитал Марту. Сама же Серебряная леди в это время разглядывала Ирэльтиля, как некий музейный экспонат. Долго так разглядывала, пока тот не занервничал. Потом усмехнулась, обвела взглядом всех глазеющих на нее Верховных (приглашенные на встречу защитники и гости Библиотеки не в счет, с нами всеми она успела перезнакомиться накануне), и вдруг выдала:

- Не нравитесь вы мне, Пресветлый владыка, не буду я вас рисовать. Да и остальных, пожалуй, тоже, - потом вдруг повернулась к леди Рисс, грустно улыбнулась и добавила: - Жаль, что я так и не смогла передать рисунком, какая вы красавица.

Не берусь утверждать, что это именно так, но в контексте показалась, что Марта определила внешность царственно кошки, как ее единственное достоинство.

- Но, миледи, – попытался сгладить ситуацию вконец растерявшийся Ирэльтиль, - речь сейчас не о ваших рисунках. Вы должны поскорей переехать в Сентанен, вернуться к своему народу.

- С какой стати? Мне и вас одного за пару минут с головой хватило, - брезгливо передернулась Марта, - а если я буду жить в окружении исключительно таких ханжей и зануд, за месяц докачусь до депрессивного психоза. Я остаюсь в Библиотеке. Вы же не против, Гектор?

- Даже если бы я был против, миледи, - усмехнулся смотритель, - не смог бы вас выгнать. Но поверьте, это не только большая честь, но и большая радость для меня.

- Гектор, что ты говоришь?! Это безумие! – взвился Пресветлый.

- Успокойся Ир, - леди Рисс поморщилась. Наученная горьким опытом, она знала, что в вопросе гостеприимства спорить с Гектором бесполезно. - В этом безумии его не переупрямишь. Но у меня вопрос к леди Маргарите. Я бы хотела знать причину. Не верю, что дело только в том, что вам приглянулось это место.

- Конечно, - Марта пожала плечами. - Я не имею привычки поступать по велению своей левой пятки. Или придуманных кем-то правил. Если вы не в курсе, в том мире у меня осталась семья. И я не собираюсь отказываться от не. А Библиотека, как мне кажется – единственное место, где проходы будут работать. Кроме того, - тут эльфийка насмешливо посмотрела на львицу, - я обещала кое-кому помочь справиться с еще одним безумием.

- Не может быть!

Я не смогла определить, что выражало лицо Верховной. Вообще-то, она прекрасно умеет скрывать свои чувства, но мне показалось, что в глазах кошки промелькнул восторг, смешанный с ужасом.

В зале поднялся шум. Я не совсем поняла, что вызвало такую бурную реакцию. Неужели возможность попасть в тот мир по своему желанию? Они что, не поняли, что их желания тут ни при чем? Отныне и навсегда это будет решать только Марта. Так же, как и то, кто получит ее защиту. Это меня можно уговорить сделать практически любой артефакт. Ну, если не уговорить, то спровоцировать. До сих пор никак не привыкну относиться к своей деятельности, как к рутине. Стоит представить свойства безделушки, и пальцы так и тянутся к зиральфиру. А Марта уже приняла для себя решение и не отступит ни на шаг. Так и будет единолично нести ответственность за свой дар.

А дальше случилось то, что, собственно, и привело к кризису. Ирэльтиль бросил в Серебряную леди заклинание стасиса. Это потом