Первая формула - Р. Р. Вирди Страница 47

– Это и было воздействие на внешний кокон. В конце концов мы дойдем до рассказа о созданном мной плетении. – Я опустился на кровать. – Но не сразу. Мои первые опыты были совсем иными, они и вошли в первую часть истории. Впрочем, все зависит от того, кто ее рассказывает.

Присев рядом со мной, Элойн уставилась на меня удивленно распахнутыми глазами.

– Итак, ты получила ответы на все вопросы и дала мне право кое о чем спросить тебя. – Метнув на нее выразительный взгляд, я намекнул, что право свое обязательно использую. – И все же, коли приходится сегодня играть роль джентльмена, мои вопросы подождут.

Откашлявшись, я слегка наклонил посох, чтобы его рукоять оказалась от меня на расстоянии вытянутой руки.

В груди зародился глубокий вздох, и я представил себе, как он набирает силу, способную сдвинуть с места облако или захлестнуть волной морское судно.

– Ан…

Я выдохнул, нарисовав в уме картинку: струя воздуха, обвившись вокруг посоха, смыкается в тугое кольцо. Внутри меня возник клубок пламени, и я размотал огненную спираль, свернув ткань разума, как делал в той таверне. Потянул пылающую нить за хвостик и заговорил:

– Вент… Эрн…

Выпущенная из легких струя воздуха вспыхнула и расцвела извивающимся оранжевым языком пламени.

– Хочешь знать об огне? Желаешь услышать, как я его вызываю, не имея источника, как сплетаю его с воздухом, как им управляю? Нет, меня никто не научил порождать пламя, подобно Браму. Я сам осмелился создать в себе его вечный источник, который с тех пор храню. Эта часть моей истории далека от того места, где мы остановились, однако расскажу тебе о первых шагах на пути к настоящей магии. Пройдя по нему, я научился вызывать огонь и стал Ари Неопалимым, героем, что возжег вечное пламя. Я изучил и постиг его лучше, чем человек понимает собственное тело. Сроднился с ним. В первую очередь следовало выяснить, где и как искать в себе пламя. Я не знал, с чего начать, однако Маграб направил меня в нужную сторону. И надо сказать, что я превзошел древних мастеров плетения. Но, прежде чем погрузиться в рассказ о поисках огня, тебе следует узнать историю свечи и пламени.

Я сосредоточился на своем посохе, представив на его конце тусклую мерцающую искру. Крошечный огонек покачался, грозя вот-вот погаснуть, и все же ожил, подпрыгнул и затрещал, подобно фитильку свечи, освещающей темную комнату.

14

Свеча и пламя

– Для того чтобы стать плетущим, тебе необходим Атир, Ари, – сказал Маграб, покрутив у меня перед глазами камень.

К счастью, сегодняшний урок прошел наверху, на театральной сцене. Вчера мне снова пришлось ее почистить и натереть – иначе такого права я не заслужил бы. Ночью спал плохо, однако труды того стоили. Лицедеи сегодня в основном репетировали поодиночке, а кто-то подался в город, так что сцена была в нашем распоряжении.

На голову мне упал какой-то предмет и отскочил на колени. Я поморщился от тупой боли. Камень?

– Это еще зачем?

– Ты был невнимателен, – улыбнулся Маграб и подобрал камень.

Я сердито уставился на него, однако решил не врать и не спорить.

– Итак, Атир – краеугольный камень мастерства, – продолжил учитель, выразительно постучав себя по голове. – Если не научишься создавать нужный настрой – плетущего из тебя не выйдет. Без веры удачного плетения не получится. Более того – все может закончиться очень плохо.

– Плохо? – удивленно нахмурился я.

Маграб сжал губы в тонкую линию, и его лицо затвердело.

– Плетение тебе создать удастся, однако ты потеряешь над ним контроль, а это опасно. Пойми, мы вмешиваемся в законы и принципы, по которым живет мироздание. Представь, что значит утратить управление…

Он мог не продолжать: я догадывался, что случится, если плетение сработает неправильно. При первой нашей встрече Маграб создал огонь на своей ладони и удерживал, не давая ему вырваться на волю. Что произойдет, если плетущий сотворит огромный факел, а потом его воля ослабнет? Этак можно спалить здание, а то и целый квартал. Или все королевство.

– А еще ты можешь потерять себя. Честно – не знаю, что хуже, Ари.

Я вылупился на учителя, ожидая продолжения, и тот снова поднял упавший мне на голову голы́ш.

– Ты ведь помнишь упражнение с камнями, не так ли?

Я кивнул.

– Некоторые плетущие способны удерживать в уме образ так долго и настолько прочно, что все остальное для них перестает существовать. Есть риск раствориться в гранях своего разума и утратить себя навсегда. Я видел, как мастера плетения сходили с ума, угодив в ловушку собственного восприятия. После этого ты лишаешься возможности действовать. В итоге человек превращается в слюнявую куклу, ломается, соскользнув в глубины сознания.

Я хотел было задать вопрос, однако Маграб поднял палец:

– Да, плетущий ломается, когда заходит слишком далеко. Формула срабатывает неверно, и разум, пытаясь вновь и вновь выполнить плетение, попадает в мертвую петлю, созданную гранями восприятия. Так можно убить не только себя. Представь утратившего над собой контроль человека, раз за разом повторяющего боевую формулу.

Не хотелось бы мне попасть в такое положение. Потерять рычаг управления плетением – это одно. А спрыгнувший с катушек мастер, неустанно твердящий магическую формулу, – немного другое. Он ведь знать не знает, что творит. Я содрогнулся.

– Вот почему мы начинаем с развития разума ученика, Ари. – Маграб снова постучал себя по лбу. – Разум – оружие и щит плетущего. Его опора. Не разовьешь его как следует – не сможешь ни создать плетение, ни удержать его. – Он уронил камень на сцену, придав веса своим словам. – Нам требуется сильный ум.

Я облизал губы. Вопросов было множество, однако получится ли вытянуть из Маграба ответы? Он знал, что я нетерпелив, и все же мне удалось доказать, что слушать я умею и готов посвятить себя изучению мастерства.

– Что такое грани восприятия?

Покачав головой, Маграб тяжело вздохнул:

– Ты забегаешь вперед, Ари. Начинать надо с Атир – столпа веры. Атир – уверенность в том, что образ, который ты пытаешься удержать в голове, реален. Без него ничего не сделаешь. С тем же успехом можно приказать собаке стать кошкой и ждать, что она повинуется. Надеюсь, тебе будет сопутствовать удача. Вот над созданием Атир мы сегодня и поработаем.

Маграб предложил не совсем то, чего я ожидал, однако это был большой шаг вперед. Мой разум даже во время сна представлял собой два черных зеркала, в которых отражалась пара камней. Справляя нужду, переодеваясь, совершая вечерний туалет, я