Одиннадцать камней (СИ) - Кэтрин Бат Страница 42

приятное тепло. Рука Эшера легла на мою талию, и он, понимая, что наши чувства взаимны, сильнее прижал меня к себе. И мне хочется оставаться в его объятьях вечность, если не больше, но сердце продолжало биться, словно в сдавленных тисках. Все чувства вдруг обострились, больше всех горе, и я поняла, что вот-вот заплачу, вспомню про Неру. А это сейчас совсем ни к чему! Нет-нет!

— Ты плачешь? — его синие глаза удивленно посмотрели на меня, и я ощутила на собственных щеках влагу. Я сжала губы, мои плечи начали дрожать. Я не хочу плакать, но именно это и делаю!

— Прости! — я спрятала лицо в руках. — Ты тут не при чем, просто…

— Я все понимаю, — Эшер обнял меня, и мое лицо оказалось прямо на его плече, рубашка тут же вымокла в моих слезах. — Не стоило так торопиться…

— Нет, — я схватила его руку и посмотрела в его глаза. — Ты все сделал правильно. На секунду меня отпустило все плохое. Но ты ведь знаешь, как бывает. Когда примешь зелье против боли, она отступает, но потом возвращается в два раза сильнее.

— Значит, я твое зелье? — вдруг вырвалось у Эшера, и он улыбнулся. Я вдруг заметила, что тоже смеюсь. Звучит смешно, как строчка из самой банальной баллады. Но от того правдивее и ближе она казалась.

Мы сидели так вдвоем какое-то время, я прижималась к Эшеру, насквозь пропитывала его рубашку слезами. Но потом слез не осталось, и я почувствовала покой, умиротворение.

— Не против, если я немного посплю на твоих руках? — слабо прошептали мои губы. Я чувствую себя невероятно измотанной, и при этом капельку счастливой. В бочке дегтя не без ложки меда.

— Я только за, — улыбнулся Эшер, и поцеловал меня в висок, — отдыхай.

Глава 11. Возвращение домой

Я проснулась от ощущения, как будто что-то щекочет мою спину. С неимоверным трудом удалось открыть глаза, и увидеть над собой кусочек ясного неба, окруженного пожелтевшими кронами леса. Я лежала спиной на траве.

Воспоминания мигом накатили на меня, и я больше ни о чем не могла думать, только о нашем с Эшером поцелуе. Это так неожиданно, особенно сейчас, когда я только потеряла наставницу, но, кажется, что мои чувства к Эшеру — это то, что не дает сойти с ума, не дает утонуть в безысходности.

Кстати, где он?

Я приподняла голову и оглянулась по сторонам. Эшер сидел у родника, и наполнял кожаный бурдюк водой. Чувствуя мой взгляд, он оглянулся и тепло улыбнулся

— Ты уже проснулась?

— Долго я спала? — я потерла лицо руками, размяла щеки, обветренные от слез и ветра. Нужно было как следует умыться.

— Час, не больше, — сообщил Эшер, плотно закрывая крышку на бурдюке. — Норберт уже проснулся и искал нас повсюду. Готова двигаться?

Я кивнула. Все еще чувствовала себя разбитой, но сил, чтобы идти еще полдня, у меня хватит. Эшер помог мне встать с земли, и мы на секунду замерли, смотря друг другу в глаза. Интересно, я одна думаю сейчас о том, чтобы снова слиться с ним в долгом поцелуе? Норберт подождет!

Но только я подумала о нем, как услышала голос попутчика откуда-то из-за деревьев.

— Эшер, ты набрал воду? — я обернулась и увидела шагающего Норби. Он взял какую-то палку, чтобы шагать было легче, и соорудил из травы панаму на голову, и сейчас он напоминал какого-то грибника. Я едва сдержалась, чтобы не засмеяться и отвернулась. Краем глаза заметила, что Эшер тоже с трудом сдерживал смех.

— Да, набрал, — Эшер показал наполненный водой бурдюк.

— Замечательно. Пойдем уже, а то хотелось бы добраться до дома к ужину, чтобы наконец поесть.

Я снова была готова засмеяться, думая о том, что он по пути мог бы собрать грибов. А потом новой волной накатило воспоминание о Нере, о нашей первой тренировке в лесу, и в груди все оборвалось. Неужели это будет преследовать меня до конца жизни?

Заметив на моем лице тень уныния, Эшер попытался утешить меня улыбкой, и я почувствовала маленький огонек надежды в груди. Если бы не последние трагические события, в моей бы душе горел фейерверк.

— Ты точно знаешь, куда нам нужно идти? — когда мы продолжили путь, спросил Норберт у Эшера. Норберт как-то странно затих и все время смотрел под ноги, и не сразу услышал вопрос. Может, мы заблудились, и он боится признаться? Только этого нам не хватало.

— А? — поднял голову Норберт, когда Эшер повторил вопрос, затем мужчина посмотрел на меня. — Тут совсем рядом должна быть тропинка. Как только выйдем на нее — нам останется разве что идти вперед.

— Тропинка? — поинтересовался Эшер. — Это ты ее сделал? Или кто-то еще ходит здесь?

— Я один, — кивнул Норберт, отворачиваясь. Продолжал идти вперед, опираясь на палку. Какой-то он не особо общительный сегодня утром. Может, заметил, как мы над ним смеемся и обиделся?

— Часто ты бываешь в Лойране? — постаралась быть приветливой. Норберт покачал головой.

— Раз в месяц отправляюсь за продуктами и разными настойками, заодно продаю всякие лекарственные средства, на что-то жить надо.

— Лекарства? Так ты травник? — удивилась я.

— А что удивительного? — вскинул брови Норберт. — Я живу в лесу, да и травничество часть магической науки, разве нет?

Я согласна кивнула. В университете даже есть специальный факультет для целителей. Но мне варка зелий всегда казалась слишком мудрёной, сколько бы я не следовала рецептам, чаще всего получалась бурая густая жижа. Кулинарии это тоже касается. Это доказывает, что я больше теоретик, чем практик. В то время, пока большинство магов мыслит абстрактно, я вижу цифры и формулы. Как-то раз один из студентов в университете сказал мне, что мы, маги-ученые, убиваем всю красоту колдовства, пытаясь понять, за счет чего она существует в нашем мире, а должны просто смириться с ее существованием. Но разве это не странно? Как можно быть не любопытным, оставаться равнодушной, и принимать магию как должное? Интересно, а что думают по этому поводу Норберт и Эшер? Чувствую, мы могли бы устроить целый диспут на эту тему, но, вижу, что они оба немного не в том настроении сегодня думать об этом.

Спустя пару часов мы вышли наконец на тропинку, едва различимую среди всего этого лесного пейзажа. Дорога начала медленно подниматься вверх, и где-то еще через час я почувствовала, что скоро выдохнусь от ходьбы. К счастью, Норберт в тот же момент сказал, что мы почти пришли.

Эшер явно что-то прикидывал в уме. Пытался запомнить дорогу, либо рассчитывал, как