Распутанный (ЛП) - Мессенджер Шеннон Страница 41

Официантка улыбнулась.

— Этим мы и знамениты. Дайте мне знать, если я смогу предложить вам что-нибудь еще.

— На самом деле, — сказал Альвар, когда она повернулась, чтобы уйти, — может быть, вы поможете нам решить, куда пойти, когда мы закончим здесь. Я пытаюсь найти что-нибудь, чтобы развеселить моего угрюмого друга…

— Я не угрюмый! — настаивал Киф.

— Он действительно такой, — возразил Альвар. — И я надеюсь, что у вас может быть несколько хороших предложений.

— Ну, — медленно произнесла официантка, — очевидно, здесь есть все, что по-настоящему привлекает туристов, например, оперный театр или переправа Мэнли.

— Никаких лодок, — вмешался Киф. — Это заставит бы меня надуться и испачкать туфли Павловой.

— Мы определенно этого не хотим. — Она протянула руку и накрутила кончик своего темного хвостика. — Как вы относитесь к милым животным?

— Кому-нибудь не нравятся милые животные? — спросил Киф.

— Если кому-то не нравятся, надеюсь, что они никогда не сядут за один из моих столиков, — сказала она. — Поэтому я бы порекомендовала отправиться либо в зоопарк, либо в парк дикой природы. Зоопарк больше, но лично я предпочитаю парк дикой природы. Там гораздо интереснее. На самом деле, мы с женой ходим туда по крайней мере раз в месяц, чтобы проведать наших приятелей-коал. Ресторан открыт всего несколько часов, но это недалеко отсюда, так что, если вы заглянете туда в ближайшее время, у вас будет время увидеть всех животных.

— Звучит заманчиво! — сказал Альвар. — Как нам туда добраться?

Она, казалось, удивилась, что у них нет телефонов, чтобы подсказать дорогу, но была достаточно любезна, чтобы записать несколько указаний на салфетке.

— О, и если вы действительно хотите посмеяться, обязательно попросите кого-нибудь показать вам падающих мишек (drop bears — вымышленное животное из австралийского фольклора. Согласно легендам, это крупное плотоядное существо, похожее на коалу, которое нападает на ничего не подозревающих жертв с деревьев.), — добавила она с широкой улыбкой. — Это то, что каждый, кто приезжает сюда, должен попробовать хотя бы раз. О, и вам это понадобится.

Она полезла в карман своего фартука и протянула им пару желтых пакетиков.

— Веджимайт (Vegemite — густая паста темно-коричневого цвета на основе дрожжевого экстракта, национальное блюдо Австралии.)? — спросил Альвар, прочитав название на этикетке. — Я слышал об этом.

— Кому-то нравится, кому-то нет, — сказала она ему. — Но это необходимо для медведей.

— Ты серьезно хочешь пойти в заповедник для животных? — прошептал Киф, когда официантка отошла.

— Почему бы и нет? Очевидно, у них есть падающие медведи, а я никогда не слышал о падающих медведях, а ты?

— Нет, но, наверное, это просто странное название для обычного медведя. И тебе не кажется, что человеческий заповедник дикой природы будет довольно маленьким и жалким по сравнению с нашим Святилищем?

— Ого, смотрите, кто вдруг стал мистером снобом-эльфом!

Киф снова огляделся, но, к счастью, никто по-прежнему не обращал на них внимания.

— Я не строю из себя сноба, — настаивал он. — Просто люди не славятся тем, что они лучше всех защищают животных. Вот почему нам пришлось построить наш заповедник, помнишь?

Альвар фыркнул.

— Ух ты, ты только что умудрился заговорить еще более высокомерно.

— О, пожалуйста, я не говорю, что люди не хороши во множестве других вещей. Их музыка потрясающая.

— Да? И мне нравится, что у них везде играет музыка на заднем плане. Я никогда не понимал, насколько странно тихо в Затерянных городах, пока не попал сюда. И знаешь, что еще я люблю?

— Блинчики? — догадался Киф.

— Я имею в виду, очевидно. И их десерты. — Альвар откусил еще один большой кусок, прежде чем добавить: — Но я подумал об их баночках со взбитыми сливками. Ты их видел? На крышке у них есть маленькие насадки, с помощью которых они могут попадать прямо в рот. Я купил один такой несколько дней назад и съел его целиком примерно за час, но на заметку: я определенно не рекомендую пробовать консервированный вариант с сыром. Что бы это ни было за оранжевое вещество, это был не сыр.

Киф не смог удержаться от смеха.

— Так вот чем ты занимался, пока меня не было?

— Я же говорил тебе, что у меня было много свободного времени.

— Наверное. — Киф доел последний кусочек своей «Павловой». — Ты уже пробовал кофе?

— Да. Вкус ужасный, но где же я был, когда мне приходилось сидеть на уроках истории эльфов? А ты заметил, сколько у них повсюду картин? Уличное искусство — мое любимое. Дико осознавать, что кто-то просто сказал: «Забудь о правилах, мне нужно творить прямо здесь и сейчас!» Одна из самых крутых работ, которые я видел, — это картина на стене здания рядом с нашим отелем. Она не большая и не вычурная, ничего такого. Просто две руки, образующие сердечко, вот так, — он сложил ладони буквой «с», а затем прижал их друг к другу, — а под ними написано: «Мы любим тебя». Как будто кто-то знал, что людям может понадобиться увидеть это сообщение.

Киф присвистнул.

— Ух ты. Я никогда не думал, что ты такой… сентиментальный.

Было трудно сопоставить это с тем ожесточенным, разъяренным Альваром, когда Киф нашел его прячущимся в Кэндлшейде.

— Еще один побочный эффект от того, что ты почти умираешь, — тихо сказал Альвар. — Это заставляет тебя осознать, что жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на гнев и ненависть. Лучше сосредоточиться на том, что делает тебя счастливым. Например, на блинах. И… друзьях.

Он взглянул на Кифа, а затем быстро отвел взгляд, ковыряя в том, что осталось от буррито «фейри флосс».

Киф провел вилкой по взбитым сливкам из своей «Павловой».

Он не был уверен, сможет ли когда-нибудь видеть в Альваре друга после всего, что тот сделал.

Но он также не был полностью против этой идеи.

— Знаешь, что еще мне нравится в людях? — спросил Киф, решив, что, вероятно, лучше сменить тему на более безопасную. — Эти крошечные бутылочки с острым соусом, которые они подают в номер.

— Да, я точно сохранил парочку из них! — признался Альвар.

Киф рассмеялся.

— Я то же.

— Давай посмотрим… что еще? — Альвар оглядел комнату. — О, знаешь, что я заметил? Похоже, в этом мире нет подбора пар… и это потрясающе.

Киф нахмурился.

— Я думал, ты только и делаешь, что подбираешь партнеров. Разве ты не взял свой первый список, как только он стал доступен?

— Я так и сделал. И я встретился почти со всеми, кто там был. Но это было так… вынужденно. Вот почему я никогда не брал другие списки. Это как «Вот люди, с которыми ты генетически совместим. Влюбись в кого-нибудь из них, и у тебя родится ребенок с особыми способностями».

— Тьфу, когда ты так говоришь, я рад, что не зарегистрировался.

Альвар ухмыльнулся.

— Думаю, мы оба знаем, почему ты не зарегистрировался.

Киф ненавидел себя за то, что покраснел.

— Не волнуйся, я не собираюсь заставлять тебя говорить об этом, — пообещал Альвар. — Но скажу вот что: прислушивайся к своему сердцу, хорошо? Никаких списков. Просто люби. Так все становится намного реальнее. Ты можешь увидеть разницу. — Он кивнул подбородком в сторону других столиков, за которыми сидело множество улыбающихся пар и семей. — А ты заметил? Официантка сказала, что у нее есть жена.

— Да, — понял Киф. — И теперь, когда я думаю об этом, я действительно встретил в Лондоне парня, который рассказывал о своем муже.

— Да, это действительно круто.

— Да, — согласился Киф, взглянув на официантку, которая так хохотала над чем-то, сказанным другим посетителем, что ее бледные щеки покрылись розовыми пятнами. — Как думаете, Совет когда-нибудь избавится от подбора пар?

— Они должны. Это причинило боль многим людям и вызвало массу проблем.

— Так и есть.

Брант присоединился к Невидимкам, потому что его сочли неподходящей парой для Джоли.

А Декс всю свою жизнь сталкивался с драмами, потому что его родители не подходили друг другу.