Кровь и Пламя - Максим Вишневенко Страница 41

Салтыков тяжело вздохнул, его шея побагровела. Его взгляд должен был прожечь главу аналитиков насквозь, но натолкнулся на непробиваемую стену. Михаил смотрел точно таким же взглядом на него.

— Я верно понимаю, что за два дня у нас возникла угроза оказаться вне закона на территории Германии? — подал голос Эдик в попытке разрядить обстановку.

— Не совсем так, Эдик, — Свят Вениаминович поглядел на Рихтера, — Просто сейчас всё зависит совсем не от нас. Скорее от того, сумеет ли наш нынешний заказчик удержать власть в стране.

— Наш заказчик это же Виктор Шваниц из Департамента Магического Правопорядка? — юноша судорожно пытался вспомнить наименование контрагента.

— Да, просто теперь они поддержали госпереворот, — усмехнулся Салтыков.

— Я думал, это были выборы, — саркастически заметил Романов.

— Под дулами автоматов, а раз так, то у наших заказчиков имеются некоторые проблемы.

— Ну, про вывоз погибших я понял, а про ненапрасность жертв? — Рихтер внимательно посмотрел на него.

— А здесь я врал, — пожал плечами тот, — Очень может оказаться, что наш разгромленный офис останется всего-лишь разгромленным офисом, мы не успеем подобраться к туркам и никто в Кремле ничего не будет делать с возмездием, правосудием и прочими громкими словами. Ты хотел, чтобы я прямо вот так высказался?

— Что, Эдик, каково быть инструментом большой политики? — бросил зло Романов.

— Пойду расскажу нашему психологу, как это больно, поплачу в жилетку, — саркастически ответил Рихтер.

— Миша, ты доволен? — пробасил Свят Вениаминович.

— Я верно понимаю, что разговор с нашим куратором обрисовал крайне мрачное будущее? — спросил тот.

— Будущее неопределено, но у нас по-прежнему есть четыре объекта за пределами нашей базы, которые следует охранять. Никто с нас не снимал эти задачи.

— Каково это, Эдик, ощущать, что твоя смерть станет напрасной? — глухо произнёс Михаил.

— Перспективы шедевральны, как и всегда, — пожал плечами юноша.

— Ты неплохо держишься, — вдруг сказал Романов, смягчившись. Он пересёкся взглядом с молодым человеком и смущённо улыбнулся, — Я вот, как видишь, не очень хорошо.

— Миша, всё бывает в первый раз, даже гибель офисных работников, — Салтыков положил ему руку на плечо, — Езжай домой, и Эдика отвези. До утра уже ничего не случится.

— А если в ворота базы влетит КАМАЗ со взрывчаткой от Али Демира?

— У тебя нет в личном деле пометки, что ты знаешь заклинание Камазикус Останавликус, — глава WarConsulting по-доброму улыбался, — Так что если такое случится, это будет моей проблемой.

— Значит надо будет изучить на досуге, — согласился глава аналитиков.

***

(19 августа)

Рудольф очнулся от аккуратного прикосновения к руке.

Он попытался открыть глаза, но не смог — любое движение, даже веками, отдавало резкой болью в висках. К нему возвращались запахи, его запахи, и похоже что сейчас он снова оказался в небольшой комнате, куда его поместили ночью. Нос уловил резкий запах нечистот, поверх которого звучали сладкие благовония.

— Попей, — до слуха юноши донёсся взволнованный голос Марты и в его свесившуюся с койки руку ткнулся холодный стакан.

Рудольф пошевелился, облизнул пересохшие губы и чуть приоткрыл глаза. У его постели стояла девочка и взволнованно смотрела на него:

— Попей, это вода.

— Спасибо, — прошептал юноша и взял стакан. Виски ломило, руки ощутимо подрагивали. Он приподнялся на локте и сделал несколько глотков. Вода была ледяной и отдавала чем-то маслянистым, однако боль в висках чуть отступила, а в голову вернулись воспоминания, — Сколько времени прошло?

— Несколько часов, уже темнеет, — Марта посмотрела в сторону небольшого окна под потолком.

Рудольф вздохнул и сделал ещё один большой глоток:

— Они что-то говорили?

— Нет, только принесли тебя.

— Я… — юноша допил воду и протянул стакан девочке, его руки заметно тряслись, — Я был тобой. Это было странно.

— Оборотное зелье, — кивнула девочка, — Они забрали мой волос, когда привезли сюда, — она тяжело вздохнула и приняла стакан.

— Кто это вообще? — Рудольф опустился обратно на лежанку и прикрыл глаза.

— Турки, — пожала плечами Марта, поставила стакан и уселась на свою койку.

Комната, где они вдвоём с юношей располагались, вмещала только две узкие кровати, колченогую тумбочку с тазом под ним и лампочку под потолком. Лампочка тускло горела, создавая неверные тени по углам.

— Что там было? — спросила девочка после недолгого молчания, — Куда тебя возили?

— Я был в Трептов-парке, — юноша говорил, не открывая глаз и не поворачивая голову в её сторону, — Я был тобой в Трептов-парке, а там были четыре Кристины, они пришли за мной.

— Четыре фройлян Фавр де Поль? — удивилась Марта.

— Да. А потом меня начали ловить, уж не знаю, чего я так напугался, но было чертовски страшно. А потом снова пришёл этот белый старик.

— Это не человек, — она покачала головой.

— А кто? Опять какой-то ваш маг?

— Я не знаю, папа ничего про таких не говорил, но это точно не цаубер, он словно призрак или какая иная тварь.

Рудольф издал неопределённый звук, а Марта внимательно посмотрела на него:

— А что произошло дальше? Когда старик появился.

— Там появились турки, такие же, с ятаганами, как и ночью, — юноша облизал губы, — А ещё какой-то парень. Он что-то сделал и пропал вместе с одной из Кристин. А трёх остальных забрал этот белый старик. Я не совсем понимаю, что там было, и зачем мы этим людям.

— Фройляйн Фавр де Поль хотела меня вытащить отсюда… — пробормотала девочка и обернулась на резкий звук из-за двери. Кто-то громко прошёлся по коридору, а затем снова всё стихло.

— Никто нас отсюда не вытащит, — с горечью произнёс Рудольф.

— Значит надо самим выбираться, — покачала головой Марта.

— Ты же волшебница, ты же можешь что-то, как-то помочь нам.

Она нахмурилась и покачала головой:

— Я не могу, я мало что умею пока.

Юноша зажмурился и открыл глаза, боль отступила, но тело всё ещё оставалось слабым. С его лежанки было видно темнеющее небо в окне под потолком, серый облезлый потолок и тусклую лампочку.

— Помнится, ты вместе с фрау Брунгильдой рассказывала, что в вашем сообществе боятся, что обычные люди узнают про волшебство, а как узнают, так придут и всех убьют, — голос Рудольфа звучал раздражённо, — Но пока что меня все эти волшебники сами только и хотят убить. Особенно с прошлого вечера.

— Это не те волшебники, хотя да, некоторые считают ровно, как ты и сказал.

— Мне почему-то кажется, что это неважно, а вся эта ваша секретность… — он не договорил, лишь шевельнул плечами и глубоко вздохнул.

— Ты думаешь, если бы её не было, что-то бы изменилось?

— Нас похитили прямо посреди Германии, и ещё пять дней назад я бы надеялся на полицию, я бы сказал, что нас обязательно