Серж Неграш - Талисман Страница 37

Эльбер умоляюще покосился на нее.

Он задыхался. Язык, зажатый кольцом, стремительно распухал во рту, отчего на глазах сами собой выступали слезы. Заметив его состояние, девушка, прервав рассказ, подползла к бедолаге.

— У меня зубы свободны, сейчас помогу…

Зацепившись за шнурок, которым были связаны пальцы ее друга, Ника, повозившись, перегрызла тонкие, но прочные путы. Когда Эльбер, в свою очередь, освободил ее собственные руки, быстро вытащила у него изо рта кляп.

— Ну вот, совсем другое дело, — удовлетворенно сказала она. — Дыши, дыши, лучший охотник!

Ночь сменилась рассветом. Очевидно, невидимка решил дать им пару-тройку часов на отдых.

— Ничего себе повеселились, — протянула Ника. — За эти часы стала умнее, чем за три года. Теперь он меня так просто не поймает. Что молчишь?

— Говорить больно, — с трудом ворочая языком, мрачно отозвался Эльбер.

— Может, пойдем покупаемся? — предложила девушка. — Таким роскошным бассейном, как у тебя в саду, грех не воспользоваться! Да и у меня от пота куртка уже к телу липнет.

— Ну уж нет, — не очень разборчиво произнес Эльбер, — эта тварь нас в бассейне не утопит.

— Она, что, еще и плавает?

— Хорошо, если не летает.

— Ну, ты как хочешь, а я все-таки искупаюсь, — упрямо заявила Ника. — У тебя руки-ноги целы?

— Пока почему-то да…

— Тогда постой возле бассейна, покарауль. Сейчас светло, ее нельзя будет не заметить.

— Если ты настаиваешь…

Оставив Эльбера охранять ее, девушка разделась и с наслаждением окунулась в воду.

«Здесь не глубоко, дно прекрасно видно, — размышляла она, — ничего, ровным счетом ничего со мной не случится!»

Она помахала Эльберу. Он застыл, точно изваяние, на краю бассейна и прислушивающегося к малейшему шороху так напряженно, что казалось, у него вот-вот зашевелятся уши.

— Эй, — крикнула Ника, — так кто из нас собственной тени боится?

Она демонстративно повернулась на спину и замерла в таком положении, жмурясь от удовольствия.

Поблаженствовать ей толком не довелось. Игла — такая же, как та, что поразила ночью Эльбера, — глубоко вонзилась в предплечье девушки, и рука тотчас повисла как плеть. От боли и неожиданности Ника вскрикнула и, лихорадочно торопясь, вылетела из бассейна.

Вокруг места укола расплылось угрожающее багровое пятно.

— Я не могу пошевелить рукой… — призналась она. — Не чувствую собственных пальцев.

— Доигралась! Проклятье, а я предупреждал!

Эльбер резко выдернул торчащую из руки девушки иглу и припал к ранке губами, высасывая яд.

У Ники все плыло перед глазами, она чувствовала, что от его действий толку мало. Искательницу приключений, благополучно их находящую каждый раз сверх всякой меры, уже начал бить озноб, а пятно продолжало расползаться.

Эльбер снова выругался, схватил нож — его собственные руки при этом заметно дрожали — и сделал глубокий крестообразный надрез, выпуская отравленную кровь.

Белый Воин знал, как действует сильный яд — человек умирает быстро, у него останавливается дыхание, и…

— Бара… Ника… — бормотал он в отчаянии, — держись!

Девушка, сотрясаясь в судорогах, слышала его голос, как во сне.

— Прижги… чем-нибудь… — выдавила она.

Ника старалась ни в коем случае не закрывать глаза. Ей мнилось: стоит перестать видеть солнечный свет, и зацепиться за жизнь уже не удастся.

Эльбер заметался в поисках огня. Его подруга умирала, а он не был способен ее спасти.

— Даже если ты отрежешь ей руку, это ничего не даст, — раздался позади него спокойный голос. — Не оборачивайся! Возьми женщину на руки и неси в дом.

Бережно подхватив безжизненное тело Ники, мужчина выполнил приказание.

Девушка пришла в себя, но выдавать это не спешила, стараясь не позволить собственным векам дрогнуть.

— …и ты, великий неустрашимый боец, вернулся в Рим, чтобы мстить? — услышала она. — И приволок с собой женщину, словно не знаешь, что присутствие дорогого человека делает тебя еще более уязвимым, чем обычно?

— Таймацу, но я неплохой боец, — оправдывался Эльбер.

— Ты вообще не боец, — возразил неизвестный Нике человек на итальянском, порой добавляя английские слова; судя по всему, он знал языки ничуть не хуже ее или даже лучше. — У этой женщины хватка и то надежнее твоей.

— Но в Колизее я…

— Мир — не арена Колизея! Здесь тебя никто заранее не станет предупреждать о нападении и ставить лицом к лицу с противником. Врагом может оказаться кто угодно! И атакует он с любой стороны! Или даже со всех сразу!

— Я ведь не предполагал сражаться с тобой или с таким, как ты. Я вообще думал, что ты просто знахарь с Радужных Островов, лекарь-бродяга, каких множество…

— Люди носят маски, скрывающие их истинные лики. Верно, и на Радужных Островах таких, как я, — единицы, но ты бы не справился и с воином попроще. Ты все еще слишком доверчив, Эльбер!

Ника осторожно приоткрыла глаза, мечтая увидеть лицо «призрака», едва не прикончившего ее, а потом вернувшего к жизни. Но ей это не удалось — он расположился так, что ничего, кроме неясного силуэта, рассмотреть было нельзя.

— Ты превратил мой дом в настоящую крепость, — заметил Эльбер.

— Конечно! Я же жил здесь все годы после того, как ты ушел. Порой тут появлялись какие-то люди, но они надолго не задерживались, и хорошо, если им удавалось убраться восвояси живыми. Так что мне они не слишком мешали. Женщина очнулась, — без перехода, не меняя интонации, произнес незнакомец.

Как он это понял, даже не посмотрев в ее сторону?..

Эльбер сразу же метнулся к девушке, наклонился, всматриваясь в ее лицо с тревогой и участием.

— Бара? Как ты?

— Мне лучше, — сказала она, — правда, лучше.

Рука от плеча до кисти сильно распухла и болела. Но было ясно: смертельная опасность больше искательнице приключений не грозит.

Красавица села.

— Нет-нет, лежи, — воскликнул Эльбер, — сейчас я дам тебе напиться! — он протянул Нике плошку с каким-то отваром. — Тебе помочь?

— Не надо, справлюсь. — Девушка поднесла жидкость к губам и сделала несколько неуверенных глотков, чувствуя, как стремительно возвращаются силы, а вместе с ними — и мучительное любопытство: что же происходит?

— Эльбер, я не закончил разговор с тобой, — проговорил Таймацу вроде бы совершенно спокойно, но в его тоне угадывались нотки недовольства. — Я ждал тебя.

— С чего ты взял, что я вернусь?

— Догадался. Я наблюдал за тобой давно, еще с тех пор, когда ты сражался на арене.

— Как?.. Я-то считал, что ты…