Ателье три нити. Книга 1 - Виктория Крафт Страница 36

на меня в ресторане. Понял раньше, чем я сама. — Сашка, — прошептала я. — Ты не дурак. Ты самый умный из всех, кого я знаю. Я вскочила, накинула куртку и выбежала на улицу. Автобус, метро — я неслась через весь город к дому родителей. К Сашкиному дому. Может, ещё успею. Может, он ещё не уехал. Я взлетела по лестнице на пятый этаж и позвонила в дверь Сомовых. Открыла тётя Света. Глаза у неё были заплаканные. — Анечка... — Где Саша? — Уехал, — она всхлипнула. — Такси час назад забрало. В аэропорт. — В какой? — я вцепилась в косяк. — В Шереметьево. Но он уже, наверное, на посадке... Я прислонилась к стене. Опоздала. Час. Всего час. — Он передал тебе это, — тётя Света протянула мне свёрток. Я развернула. Там лежала его старая флешка — та самая, на которую он скидывал мне музыку, когда мы ещё в школе учились. И записка, всего несколько слов: «Если захочешь послушать. Сашка» Я сжала флешку в кулаке. Тётя Света смотрела на меня с сочувствием. — Он очень тебя любит, Аня. Просто... он понял, что тебе нужно другое. — Я тоже его люблю, — сказала я. — Как самого лучшего друга. Как брата, которого у меня никогда не было. — Он знает, — она погладила меня по плечу. — Поэтому и уехал. Чтобы стать сильнее. Чтобы найти себя. Я медленно спустилась по лестнице и вышла во двор. На лавочке, где мы столько раз сидели вместе, было пусто. Ветер гнал по асфальту жёлтые листья. Я села и достала телефон. Написала Сашке сообщение: «Ты всегда был самым умным из нас. Я люблю тебя. Возвращайся скорее. Мне будет тебя очень не хватать». Ответ не пришёл. Наверное, он уже был в самолёте. Я сидела на лавочке долго. Вспоминала, как мы ели мороженое на этой скамейке, как он рассказывал про свой код, как мы спорили о фильмах. Вспоминала, как он сказал в десятом классе: «Мы с тобой поженимся». И как я тогда засмеялась. Я всегда смеялась, а он не смеялся. Он ждал. Теперь он уехал. Но он не пропал. Он просто отправился в свой собственный путь. Я встала и пошла домой. Флешка лежала в кармане. Вечером я включу её и послушаю, что он мне оставил. Но сейчас нужно было просто дышать.

Глава. 21.Возмездие и права

После отъезда Сашки я несколько дней ходила как в тумане. Флешку послушала — там была наша старая музыка, которую мы слушали в школе, и один новый трек, который он записал сам. Простая гитарная мелодия, без слов. Но я слышала в ней всё, что он хотел сказать. Я скучала по нему. Но понимала: он прав. Ему нужно было уехать. Найти себя. Перестать быть «Сашкой с соседнего двора» и стать кем-то. А мне нужно было разобраться с Маргаритой. Потому что после скандала в ресторане она не остановилась. Сначала были звонки. Молчаливые — в трубке дышали и бросали. Потом — записки в двери. «Ты ведьма». «Я всем расскажу». «Твоя бабка горела бы в аду, если бы не сдохла раньше». Последнюю я скомкала и выбросила, но руки дрожали. Она приходила к моему подъезду. Я видела её из окна — тёмная фигура на скамейке, которая сидела и смотрела на мои окна. Соседи начали коситься. Однажды баба Клава с третьего этажа спросила: «Ань, а что это за женщина тут ходит? Какая-то странная. Всё на твои окна смотрит». Нужно было что-то делать. Я поехала к Эразму. Он выслушал меня на своей кухне, помешивая чай. Я рассказала всё: про скандал в ресторане, про звонки, про записки, про то, как она стоит под окнами. — Она опасна? — спросила я. — По-настоящему? — Она зла и обижена, — Эразм покачал головой. — Но магии у неё нет. Если бы была — магазин бы её почувствовал. Она просто человек. Очень несчастный и очень упрямый. — Но она преследует меня. Она разрушила мой вечер. Она кричит на весь город, что я ведьма. Что моя бабушка была ведьмой. — Это клевета. И преследование. В твоём мире за такое наказывают. — Вы имеете в виду полицию? — Я имею в виду закон, — он спокойно посмотрел на меня. — Ты хозяйка межмирового ателье, но в своём мире ты гражданка. У тебя есть права. И ты можешь их защитить. Я задумалась. Полиция. Заявление. Свидетели — администратор ресторана, охрана, посетители. Записки с угрозами. Звонки. То, что она стоит под окнами, могут подтвердить соседи. — Но мне нужны доказательства, — сказала я. — Записки сохранила? — Да. — Камеры у подъезда есть? — Есть, но они не работают. Вечная история. — Тогда начни с того, что есть. Подай заявление. Пусть с ней поговорят. Иногда этого достаточно. Я кивнула. Эразм был прав. Я слишком привыкла рассчитывать только на магию и забыла, что у меня есть другие инструменты. На следующий день я пошла в полицию. Это было непросто. Я просидела в коридоре два часа, заполнила кучу бумаг, описала все случаи. Показала записки. Молодой участковый, который принимал заявление, хмурился и переспрашивал. — Значит, она называет вас ведьмой? В прямом смысле? — В прямом. — И вы хотите привлечь её за клевету и преследование? — Да. Она мешает мне жить. Она угрожает моей репутации. Он покачал головой, но заявление принял. Сказал: «Вызовем, побеседуем. Если повторится — будем принимать меры». Я вышла из участка и выдохнула. Первый шаг сделан. А на следующий день случилось чудо. Маргарита исчезла. Не в магическом смысле — просто перестала звонить, писать записки и стоять под окнами. Я узнала от участкового, что с ней провели беседу. А ещё — что у неё нашли старый долг по кредиту, и она срочно уехала из города. Не то к родственникам, не то в другой регион — участковый не уточнил. Но самое главное: она убралась из моей жизни. Я не знала, радоваться или грустить. Она была злой и мстительной, но она была несчастна. Её муж погиб, её жизнь не сложилась, и она нашла виноватого — мою бабушку. А потом и меня. Но теперь это кончилось. — Прощай, Марго, — сказала я в пустоту. — Пусть у тебя всё наладится. Где-нибудь далеко отсюда. И жизнь пошла дальше. Теперь, когда Маргарита исчезла, я почувствовала себя свободной. По-настоящему свободной. И решила: пора делать то, что давно откладывала. Права. Я хотела водить машину. Записалась в автошколу на следующей неделе. Это было странное ощущение — снова стать ученицей. Я, хозяйка межмирового ателье, которая управляет магией, тканями и целым штатом