Время иных (СИ) - Светлана Барс Страница 32

Мгновения. Лапы отталкиваются от земли, в воздухе мелькают бурые тела и обрушиваются на крышу телеги, подминая под себя беспомощных жертв. Берущий смахнул головы сразу троим монстрам, мельком увидел вытаращенные глаза воинов, на которых навалились обезглавленные тела, но с этим пусть разбираются сами. Он уже развернулся, ловя клинком подставившей в прыжке живот очередной твари, ударом меча придал телу гримтона скорость, и тот перелетел через телегу на другую сторону, по пути сбив ещё двоих монстров.

Мир вдруг мигнул, изменяя все цвета на серую, размытую пелену.

— Не сейчас, — сквозь его стиснутые губы вырвался полу-стон полу-всхлип. Сташ пошатнулся, понимая, что падает. Ему удалось сделать шаг к краю крыши, упруго оттолкнуться и прыгнуть вниз. Он ещё ощутил, как спину защипало от очень близкого нахождения энерго-барьера. Соприкосновение с землёй отозвалось болью сразу во всех мышцах, но он вскочил на ноги, сосредоточившись на единственном звуке — стуке колёс отдаляющейся телеги.

Глава 13

Лапы гримтонов вспахали землю, чудовища, не ожидавшие такой подачки в виде одинокого человека, попытались одновременно схватить его зубами. Сразу четыре громоздких тела столкнулись прямо перед Сташем, двое не удержались на лапах и покатились по траве, увлекая за собой третьего. Берущий резко отскочил, попятился, четвёртый монстр ловко подпрыгнул и вонзил когти в его правое плечо, стараясь посильнее зацепить жертву и подтащить к себе.

Парень зашипел от боли, выругался, в развороте сдёрнул своё тело с когтей. Меч пришлось перехватить левой рукой, правая мгновенно онемела. Разозлённый гримтон подскочил почти вплотную, сзади уже напирали его собратья, и монстр стремился первым завладеть добычей.

Сташ наискось рубанул по морде, услышал, как лезвие заскрежетало по зубам, зло усмехнулся. Гримтон взревел и пошатнулся. Берущий повёл рукой, отстранёно наблюдая, как за клинком потянулась багровая тень. В голове успела мелькнуть мысль, что Предел не может ждать его вечно, и сразу вместе с тенью в тело впилась колючая, почти парализующая боль. Он глухо застонал, на подгибающихся ногах шагнул назад. А через упавшего гримтона уже перепрыгивали новые монстры.

Меч заплясал в его руке, исполняя свой последний танец. Ещё шаг назад, спина обо что-то ударилась. Сквозь застилающую взгляд пелену он увидел, как из узких бойниц в стене чуть выше его головы ударили яркие полосы энергетических разрядов. Гримтоны отскочили, попятились. Сташ побрёл вдоль препятствия, умом понимая, что это забор, но почти ничего не видя — перед взглядом всё больше клубился туман. Очень близко оглушающе выли монстры, разряды их надолго не задержат. Неожиданно мелькнули створки закрывающихся ворот, Берущий последним усилием протиснулся в узкую щель и выдохнул, не совсем осознавая, что всё ещё жив.

Сташ с трудом разомкнул сведённые судорогой губы, криво усмехнулся и ощутил во рту привкус крови. Он устало опёрся о закрытые ворота рукой, потом прижался к прохладному металлу лбом. Перед взглядом так и плясали серые тени, зрение не желало становиться более чётким. Что дальше?

На затылок вдруг обрушился сильный удар, в глазах ещё больше потемнело, но лишь на мгновение. Неимоверным усилием Сташ заставил себя быстро обернуться. Следующий удар чем-то тяжёлым и твёрдым пришёлся ему в лицо. Берущий качнулся, из рассечённого лба, заливая глаза, заструилась кровь.

Перед ним толпились те же воины, что только что ехали с ним на одной телеге. Во взглядах людей читалось изумление перемешанное со страхом. Удар, нанесённый с такой силой, должен был сразу свалить с ног.

Сташ крутанул в руке меч, направляя на противников. Те лишь придвинулись ближе, заставив его шагнуть назад. Он слишком хорошо понимал их действия, страх за родных способен толкнуть и не на такое.

Он спас этих людей, и что теперь? Убить? Он вновь отступил, криво усмехнулся и бросил собственное оружие на землю — под ноги селянам. Они не остановились, на голову обрушился новый удар. Сташ молча терпел, проклиная собственную живучесть. Его били долго, пока он не повалился на землю, пока перед глазами не замелькали чёрные пятна, и пока они не убедились, что он потерял сознание.

****

Ему показалось, что это сон, жаль только, он слишком хорошо знал, что сны остались в другой жизни — в далёком детстве. Но как ещё объяснить эти удивительные ощущения окружающего спокойствия — вокруг шумело своими повседневными заботами большое селение, люди не спеша прохаживались, разговаривали, занимались насущными делами. Сташ до последнего не хотел открывать глаз, боялся, что иллюзия безопасности исчезнет.

Впрочем, когда он решился приоткрыть веки, окружающая действительность не показалась такой уж радужной. Взгляд сразу наткнулся на вертикальные металлические прутья, расположенные очень близко друг к другу, над головой простирался деревянный потолок, обшитый матово-серыми листами, и снова прутья, расположенные по периметру. Клетка, в которой находится всего один обитатель.

Берущий глубоко вдохнул, прислушиваясь к собственному телу, боль притаилась лишь в правом плече, да и та была не резкой, а едва ощутимой. Голова, принявшая на себя столько ударов, и вовсе не болела. Он некоторое время лежал неподвижно, пытаясь понять, что с ним произошло. Зрение восстановилось, слабости не чувствуется, словно он действительно проснулся полностью отдохнувшим.

Объяснение могло быть только одно — вся та излишняя энергия, что уже начала сжигать его тело пошла на заживление полученных ран. А раны действительно были серьёзными — особенно разодранное когтями плечо, да и голову ему сильно разбили.

Он знал, что находился на грани и даже был уверен, что переступил эту грань, но получалось, что именно ранения предотвратили неизбежное. Тело было повреждено, и энергия перекинул не на его преобразование, а на спасение жизни.

Сташ невольно усмехнулся, это был вполне реальный вариант подольше задержаться в образе человека.

Он осторожно провёл рукой по лицу и ощутил под пальцами корку из засохшей крови, притронулся к волосам — тут же наткнулся на слипшиеся и отвердевшие пряди. Значит, лежит он здесь довольно долго, скорее всего, наступил другой день. Мгновенно кольнуло тревогой, Братство не остановится, сейчас у них только одна цель — уничтожить изгоя.

Он и сам не понимал зачем бежит, всё было бы на много проще, если бы он погиб, падая с того обрыва. Ненужно было бы ничего решать и мучится от тоскливого ожидания, когда собственное сознание погрузится во тьму, уступая место чуждым инстинктам перерождённого. И сегодняшнего дня уже не было бы….

Сташ приподнялся, сел и обнаружил, что на пол кем-то заботливо положена набитая травой подстилка,